Наш Призрачный форум

Объявление

Уважаемые пользователи Нашего Призрачного Форума! Форум переехал на новую платформу. Убедительная просьба проверить свои аватары, если они слишком большие и растягивают страницу форума, удалить и заменить на новые. Спасибо!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Опера и ее Призраки

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Название: Опера и ее Призраки
Автор: Mori_Arti
Summary: О взаимоотношениях с Будущим
Рейтинг: G
Персонажи: Кристина, Рауль, Эрик, ОМП (3 шт.)
Жанр: Экшн
Основа: книга Г. Леру, разные экранизации и постановки (в том числе гипотетические)
Размер: мини (4854 слов)

Опера и ее Призраки

Парижской Опере суждено было пережить череду событий гораздо более странных и таинственных, чем думал Гастон Леру, совершенно справедливо полагавший, что Призрак Оперы был вполне реальным лицом и всем остальным телом. Но он не знал всего, что можем знать мы, далекие потомки его современников, глядя в прошлое с перспективы еще одного столетия…

Глава 1. Замок не открылся

Кристина Даэ, начинающая оперная звезда, вошла в гримерную и плотно закрыла за собой двери. Урочный час наступил, и она едва отбилась от влюбленного в нее виконта Рауля де Шаньи, который до сих пор не мог понять, почему ее загадочный учитель пения не перетерпит опоздания ученицы хотя бы на пять минут. Хотя, с другой стороны, логика в этом была: пять минут сегодня, пять минут завтра, пять минут послезавтра – и вуаля: «без пяти минут он мастер», и тех самых пяти минут этому мастеру не хватит, чтобы в ответственный момент сделать всё как следует. А Кристина очень хотела стать настоящей примадонной, умеющей всё, что следует уметь таковой.
Итак, Рауль удалился, Кристина плотно закрыла двери и застыла в ожидании Голоса, который вот уже три месяца обучал ее правильному вокалу, являясь из стены – сложно понять, какой, – и было неведомо, обладал ли он каким-либо телом или был существом чисто звуковым и исключительно бестелесным. Он не замедлил пропеть приветствие, но вместо привычных распевок приказал: «Кристина, подойдите к зеркалу». Кристина удивилась, но подошла. Неожиданно вся панель, на которой было укреплено зеркало, повернулась, и Кристина сама не заметила, как оказалась в зазеркалье. Панель почти неслышно закрылась. В зазеркалье было темно, сыро и затхло: видимо, нечасто сюда ходили. На несколько минут Кристина осталась одна, и ей казалось, что неподалеку от нее происходит какая-то возня: слышались шорохи, стук и тяжкое сопение. Потом кто-то из темноты подал ей руку и повел бесконечными коридорами вниз, вниз, вниз. В какой-то момент недостаток воздуха и избыток тайн произвели свое действие на организм девушки, и она упала без чувств. Ее спутник оставил ее ненадолго и вскоре привел белого коня по имени Июль. Ведомый под уздцы конь повез девушку, и опять они двигались вниз, вниз, вниз. Остановились у озера, зиявшего на уровне основания фундамента, Кристина открыла глаза и устремила взгляд на стройную фигуру в полумаске. Она ждала, что же он теперь запоет. И он что-то запел. О том, как хороша и мягка тьма, давно ставшая его домом и почему-то до сих пор не оцененная человечеством – за исключением разве что влюбленной молодежи, о том, что тьма легко становится музыкой и обретает цвета – миллионы оттенков черного. Он пел парадоксами и оксюморонами, и музыка его песни была хороша и непривычна, но Кристину всё время не покидало странное чувство, что:
1) ее учитель не совсем понимает, что он поет;
2) время от времени он забывает слова;
3) у него совершенно нет голоса, и временами он – о ужас, вот теперь тоже! – мажет мимо нот! Ой! Ой! Снова и снова!
Это было так не похоже на ее Ангела Музыки, обладавшего феноменальным, чарующим голосом и всегда виртуозно, убийственно точно интонирующим, что она испугалась. У Кристины был прекрасный музыкальный слух, и теперь он стал для нее сущим наказанием. С трудом, уже утратив интерес к угадыванию, несомненно, интересной мелодии, она дослушала песню до конца и спросила:
– Мой Ангел, учитель мой, что с Вами? Вы схватили ангину?
Мужчина в маске не отвечал.
– Я никогда раньше не видела Вас, и Ваш прекрасный голос – это всё, что я о Вас знаю. Но теперь я вижу мужчину, вполне материального, и, увы, без этого прекрасного голоса – да вообще без голоса, уж простите за откровенность.
– Да, я не ангел и не призрак, я мужчина, – ответил человек в полумаске. – Меня зовут Эрик.
– Очень приятно, – сказала Кристина. – Но Эрик, неужели это Вы учили меня все эти три месяца?
– Я, – ответил мужчина.
– Прямо не верится, – усомнилась Кристина. – И ведь когда Вы пришли ко мне сегодня, с Вашим голосом было всё в порядке. Что же произошло за время пути?
– Я переел мороженого, ¬– после паузы сказал мужчина. ¬– Я очень люблю мороженое и всегда стараюсь брать с собой несколько пачек. И вот сегодня я не выдержал и сразу съел всё, что взял с собой.
– Там, у зеркала? – уточнила Кристина.
– Да, – подтвердил Эрик.
– Так вот откуда эти шорохи и сопение: значит, это Вы так ели мороженое…
– Давайте выйдем на берег, – предложил Эрик, и это было вовремя, потому что лодка уже несколько минут болталась у причала.
Они вышли и остановились перед высокими дверями.
– Сейчас я покажу Вам мой дом, – пообещал Эрик.
– Подождите, – остановила его Кристина. – А что это у Вас в верхнем левом углу лица?
– О, ради Вашей безопасности, никогда не спрашивайте меня об этом! ¬– остановил ее Эрик.
– Почему? Вы от кого-то прячетесь?
– Вы испугаетесь, если увидите то, что находится там, под маской.
– Почему же? – спросила Кристина. – Ведь оно там и сейчас находится. Какая разница, вижу я это или не вижу?
– Лучше не видеть, – предостерег Эрик.
– Так Вы только разожжете мое любопытство, – призналась Кристина. – Я обещаю не пугаться. Покажите, что там. Я не завизжу и не упаду в обморок, у меня крепкое здоровье.
– Видел я Ваше здоровье, – негромко сказал Эрик. – Никаких «покажите». Лучше я покажу Вам дом.
Он энергично направился к дверям и начал трясти замок.
– Черт, как же он открывается? – пробормотал Эрик. Он сунул руку в задний карман брюк, достал оттуда несколько свернутых листков бумаги и начал лихорадочно их пересматривать.
– Знаете, – обратилась к нему Кристина, – а когда Вы говорите, по голосу и не сказать, что Вы простужены. Обычный голос, хотя совсем не того тембра, что я привыкла слышать. Эрик, возможно, Вам уже лучше? Спойте мне. Удовольствие слышать Ваше пение заставит меня забыть о промокших ногах и о том,  что мы, кажется, застряли в этом подвале.
– Подождите, пожалуйста, минуту, ¬– попросил Эрик, продолжая отчаянную борьбу с замком. Но дверь не поддавалась. Эрик остановился, тяжело дыша, вытер рукавом пот со лба и вновь вцепился в замок.
Кристине наскучило всё это, и она решила из двух своих желаний – 1) услышать пение Ангела и 2) увидеть, что у него под маской, – осуществить второе, по всей вероятности, более осуществимое, чем первое. Она осторожно протянула руку, другой рукой потянула за завязки, и маска упала к ее ногам. Кристина приготовилась к тому, что увидит что-то ужасное, но ничего подобного: на нее смотрело приятное мужское лицо, совершенно ей незнакомое.
– Чего же я должна была испугаться? – проговорила Кристина.
– Всё, достаточно, – устало сказал обладатель приятного лица. – Вы никому ничего не должны. Не знаю, как там с инструкциями, но Вы разумная и милая девушка, и, думаю, с моей стороны будет честным извиниться перед Вами и рассказать всё. Я не Эрик, меня зовут Джон.
– Вы англичанин?
– Американец. Но это не так важно. Я актер, и живу я на двести лет позже сегодняшнего дня.
Кристина молчала, потому что не знала, как реагировать на такое известие. Она решила слушать дальше, чтобы понять, что к чему, чему верить и что потом с этим делать. Джон продолжал.
– Мои современники наконец-то изобрели машину времени, подходящую для практического использования. Сюжет о Вас, Вашем друге Рауле и несчастном Эрике стал очень популярным в наши дни, о нем ставят спектакли, снимают фильмы…
– Снимают что? – не поняла Кристина.
– Это долго объяснять. Движущиеся и говорящие изображения, которые можно просматривать много раз. Только не спрашивайте меня, как это делается: я актер, а не техник. Я тоже собираюсь сыграть в фильме – мое изображение будет записано, и его сможет увидеть множество зрителей. Я готовлюсь играть роль Эрика. И вот сейчас меня отправили на стажировку сюда, в прошлое, чтобы я вжился в роль, почувствовал дух времени…
– Хорошо, – сказала Кристина. – Признаюсь Вам: я ничего не поняла, кроме того, что Вы не Эрик, а Джон и для чего-то непонятного откуда-то отправились сюда. И Вы определенно не Ангел Музыки, которого обещал мне прислать мой отец и прислал, и я пошла за ним и хотела бы его сейчас увидеть, а вместо него почему-то вижу Вас. А куда делся он?
– Он не Ангел, – сказал Джон. – Он и есть Эрик.
– И я смогу еще услышать его? Меня пугает, что Вы что-то сделали с ним, он в опасности, и я никогда больше его не услышу!
– Услышите, – пообещал Джон. – Всё с ним в порядке.
– Отведите меня к нему, – потребовала Кристина.
Они сели в лодку и переплыли озеро, затем Джон усадил Кристину на коня, и весь пройденный путь был проделан в обратном порядке. Возле выхода из гримерной Кристины в зазеркалье Джон замешкался, шаря рукой по стенам.
– Так я ничего не вижу, нужен свет, – послышался голос Джона. ¬– Кристина, надо приоткрыть гримерную: где-то здесь была кнопка.  Помогите ее найти.
Кристина присоединилась к поискам, и скоро они вместе нащупали кнопку, плавно повернувшую панель в стене. Слабый луч света просочился из гримерной, и Джон, указывая рукой на темную груду у стены, воскликнул:
– Вот он!
Кристина присела, протянув руки к лежащей фигуре.
¬– Ангел Музыки! Ведь Вы еще споете мне? – спросила она.
Ответом было молчание. Кристина нащупала и сжала руку лежащего человека. Прикосновение оказалось крайне неприятным: рука была холодной, влажной и костлявой, как рука мертвеца. Кристина отдернула свои пальцы.
– Подождите, – сказал Джон. – Он спит. Я усыпил его.
– Зачем?
– Чтобы попробовать занять его место, сыграть его роль… Осторожно, эта тряпка пропитана хлороформом…
– Но Вы совсем не умеете петь, – заметила Кристина. – Вам надо очень, очень многому учиться. И, Вы не обижайтесь, но я сама певица и могу достоверно сказать Вам, что, еще даже не умея петь, чтобы научиться, надо уже иметь определенные данные, а у Вас их нет. Нет даже музыкального слуха.
– Это моя трагедия, – со вздохом сказал Джон. – К этой роли я шел всю жизнь.
– Вы молоды, и есть много хороших ролей, к которым еще можно идти, – заметила Кристина. – Например, Фауст.
– Да, – согласился Джон. – Или Дон Жуан… Кристина, нам опасно оставаться здесь. Скоро он проснется.
– Вы предлагаете вот так вот бросить его здесь?
– С ним ничего не случится: проснется и пойдет к себе домой, в подвал. Он тут дома.
– Ангел Музыки живет в подвале? Это невероятно, – засомневалась Кристина.
– Он не ангел. Он настоящий монстр. Я читал книгу о вас и знаю всю вашу историю. Мне запрещено рассказывать ее Вам, но поверьте, Вам очень повезло, что Вы оказались в подвале со мной, а не с ним.
– Что же в нем такого монструозного?
– Как я уже говорил, Эрик – не Ангел Музыки и не Призрак оперы, как называют его все, кроме Вас. Это человек из плоти и крови. Это несчастный человек: у него действительно потрясающий голос, у него много достоинств, среди которых высочайшая одаренность сразу в нескольких областях, включая музыку. Но внешность его ужасна, потому он всегда носит маску. Уродливость и длительная изоляция – его большое несчастье, и временами оно делает его крайне жестоким. Кристина, остерегайтесь Ангела Музыки.
Из-под стены, где лежал Эрик, донесся стон.
– Он просыпается! Бежим! – сказал Джон и, держа Кристину за руку, выскочил в гримерную.
Зеркальная панель повернулась и беззвучно скрыла за собой пока что не осуществившийся ужас.
Кристина плохо запомнила детали того, что было потом, всё происходило в полутьме, и ее разум был уже истощен событиями этого вечера. Но результаты были очевидны: Джон загадочным образом исчез, как будто его и не было, и Ангел Музыки не появлялся весь следующий день. «Три месяца без перерывов – это большое напряжение, – подумала Кристина. – Наверное, он решил взять выходной».

Глава 2. Эрик-потрошитель

На следующий день Кристина вошла в гримерную и плотно закрыла за собой двери. Урочный час наступил, и она снова едва отбилась от влюбленного в нее виконта Рауля де Шаньи, который до сих пор не мог понять, почему ее загадочный учитель пения не перетерпит опоздания ученицы хотя бы на пять минут.
Кристина застыла в ожидании Голоса. Долго ждать не пришлось: знакомый Голос пропел приветствие, а затем вместо привычных распевок приказал: «Кристина, подойдите к зеркалу». Кристина удивилась, но подошла. Неожиданно вся панель, на которой было укреплено зеркало, повернулась, и Кристина сама не заметила, как очутилась в зазеркалье. Панель почти неслышно закрылась. Невидимый спутник подал Кристине руку, прикосновение к которой заставило девушку содрогнуться: рука была холодной, влажной и костлявой. Но теперь Кристина могла быть уверена, что ее ведет Эрик. Вновь они устремились вниз, вниз, вниз, и Кристина, глядя на фрактальные лестничные пролеты, почувствовала сильное головокружение. Очнулась она уже лежа на коне по имени Июль, который мерным шагом подходил к озеру. «Сейчас мы сядем в лодку, и я услышу, как Эрик поет ту необычную красивую песню», – подумала Кристина. Они сели в лодку, и Эрик действительно запел. Но… он опять явно был не в голосе, точнее, не в своем голосе – как иногда бывают не в своем уме. А скорее всего, как сообразила Кристина, это опять был не он. Правда, на этот раз мужчина в лодке пел очень артистично, и, можно сказать, злобно. Мимо нот он не мазал прежде всего потому, что большую часть песни прохрипел речитативом. Окончив пение, он негромко добавил:
– Черт бы побрал этот мюзикл! И почему мы обязаны петь в этой лодке? Самая дурацкая часть инструкции!
– Я в сознании, – сказала Кристина. – А Вы не Эрик.
– Как это не Эрик! – возмутился мужчина. – Самый что ни на есть Эрик.
Он полез в карман и достал паспорт:
– Вот, смотри: Эрик Ларсен. Видишь?
– Да, действительно Эрик, – признала Кристина. ¬– Но, возможно, Вы еще один Эрик? Не тот, что пел для меня и хотел, чтобы я пела для него.
– Тот, не тот… Приплыли, выходим, – сказал Эрик Ларсен и, дернув Кристину за руку, вытащил ее на берег.
Дверь в загадочный подземный дом он открыл ударом ноги.
– Ха-ха-ха! – разразился он громовым хохотом. – Трепещите, козявки! Я великий и ужасный Эрик, приводящий в содрогание Стокгольмский оперный театр!
– Но это Парижская Опера, – напомнила Кристина.
– Ну не знаю, по моей информации Стокгольмская – и точка. Где моя кровавая опера? Я пришел сюда творить гениальную музыку и убивать!
Кристина забеспокоилась. Этот Эрик выглядел очень опасным, куда опаснее, чем Ангел Музыки, которого она пока что видела только в роли учителя пения и несчастной жертвы актера по имени Джон. Похоже, теперь перед ней еще один актер. Но он говорит, что пришел убивать. Как ему удалось занять место того, другого Эрика? А вдруг Ангел Музыки уже убит им?
– Эрик Ларсен, – обратилась к нему Кристина. – Вы тоже приехали сюда на эту… на Сторожевку?
– На что?
– Вы будете сниматься в фильме, а сейчас пришли, чтобы вжиться в роль?
– Ну да, – сказал Эрик Ларсен. – Похоже, кто-то до меня уже нарушил инструкцию, и я даже догадываюсь, кто.
– Послушайте, Эрик Ларсен, – сказала Кристина. – Это всё Ваши дела, меня они совершенно не касаются. Я хочу знать только об одном: где Эрик – тот человек, с которым я начала путь от своей гримерной сюда?
– А знаешь, детка, этого я и сам не знаю, – ответил Эрик Ларсен после некоторого размышления. – Где-то в переходах этого подземелья.
– Он жив? – спросила Кристина.
– Думаю, что да, – ответил Эрик Ларсен. – Хотя мне пришлось нейтрализовать его ударом по голове.
– А почему Вы его не усыпили?
– Ага, такого усыпишь, он притащил с собой удавку. Мой флакон со снотворным он швырнул мне в лицо, и теперь, боюсь, у меня вот тут останется шрам, а моя страховка закончилась две недели назад.
– У него тоже может остаться шрам, – заметила Кристина.
– Ну, ему от этого хуже не станет, – ответил Эрик Ларсен. – Впрочем, всё к лучшему: драка с настоящим Эриком – это такая практика, о которой я даже не мечтал. В общем, я знаю, какой теперь мне нужен грим, ну и реквизит пусть готовят как следует, на этом не стоит экономить.
– Значит, теперь в фильме об Эрике будет играть не Джон, а Вы? – спросила Кристина.
– Нет, это другой фильм. Тот фильм уже давно снят, и сыграл там не Джон, – сообщил Эрик Ларсен.
– А тот, другой, который там сыграл, хотя бы умеет петь? – спросила Кристина.
– Да я в этом не разбираюсь, – признался Эрик Ларсен. ¬ – Ну, напел что-то. Вот в моем фильме не поют. Эрик в нем – ужасный кровожадный маньяк, которому ничего не стоит вспороть брюхо первому встречному. День напролет он порет брюхи, а по ночам пишет свою ужасную оперу.
– Но если Ваш герой имеет отношение к музыке, он должен хотя бы иметь музыкальный слух!
– Так мой герой и имеет его, навалом. Он даже играет на скрипке.
– А Вы умеете играть на скрипке? – поинтересовалась Кристина.
– Я не умею, – сообщил Эрик Ларсен. – Но у меня есть дублёр.
– Он заменит Вас, если Вы так и не научитесь?
– Нет, он просто сыграет вместо меня. Покажут мое лицо и его руки, а выглядеть будет так, будто играю я.
– Это же нечестно! – сказала Кристина.
– Да нормально это, все так делают, – заверил Эрик Ларсен.
Он оглянулся по сторонам и спросил:
– Ну что, в дом пойдем?
– Не надо, – попросила Кристина. – Это же не наш дом, а его.
– Ну да, – согласился Эрик Ларсен. – Хотя и интересно было бы глянуть на его логово.
– А Вам было бы интересно, если бы он пришел без приглашения в Ваше логово? – строго спросила Кристина.
– Наверное, нет, – ответил Эрик Ларсен. – Ладно, не будем. Поехали назад.
И они поехали. Спускаясь с коня, Кристина поскользнулась. Она боялась сделать следующий шаг: пол был залит чем-то скользким, и в темноте было не рассмотреть, где чистое место. Кристина коснулась пальцем подошвы и поднесла руку к глазам.
– Кровь, – определила Кристина. – Что здесь было?
– Да, кажется, здесь я ему и врезал, – сказал Эрик Ларсен.
– И где он теперь? – осведомилась Кристина.
– Определенно не здесь. Ушел, – Эрик Ларсен развел руками, показывая, что ни в них, ни поблизости ничего нет.
– Ушел – значит, жив, – заключила Кристина. – Давайте вернемся в гримерную.
И снова она не смогла запомнить в деталях, как исчез Эрик Ларсен, вместо этого она впала в какое-то забытье. Три дня после этого в час урока она приходила и ждала своего Ангела, но он не появлялся. Кристина подозревала, что Эрику пришлось залечивать достаточно тяжелую травму. Ее беспокоило, что будет дальше: если на этот момент уже пришло два актера, и оба покусились на Эрика, где гарантия, что не придет третий, а то и, не дай Бог, четвертый или пятый? И не убьет ли кто-нибудь из них Эрика окончательно? Тогда она больше никогда не услышит его пения, и это будет потеря, с которой невозможно смириться! Затем Кристину пронзила еще более ужасная мысль: что если кто-нибудь еще придет и захочет заменить Рауля или ее саму? Нет, определенно надо было что-то предпринимать!

Глава 3. Песня из будущего

– Рауль, у меня к тебе очень серьезный разговор, – сказала Кристина. – Мне нужна твоя помощь.
– Я готов на всё ради тебя, – заявил Рауль.
– И не только мне. Эрик в опасности. А возможно, что и мы с тобой тоже.
– Сначала объясни, кто такой Эрик и почему то, что он в опасности, как-то касается нас?
– Помнишь, я тебе рассказывала, что Ангел Музыки приходит ко мне и дает мне уроки вокала?
– Да, помню, – подтвердил Рауль. – И ради этого ангела, черт бы его побрал, я должен по вечерам расставаться с тобой, хотя считаю, что каждый раз это слишком рано.
– Рауль, речь сейчас не об этом.
– Однажды я задержался у твоей двери и слышал мужской голос, – настойчиво продолжал Рауль. – Этот Ангел – мужчина?
¬– Да. Раньше я думала, что это мистическое создание, но теперь знаю, что он человек.
– И не иначе как его зовут Эрик, – догадался Рауль. – Знаешь, пока что у меня нет никакого желания ему помогать.
– Рауль! – воскликнула Кристина, заломив руки. – Ты ревнуешь! Поверь, сейчас не время и не место ревновать. Сегодня вечером тебе предстоит поверить во множество невероятных вещей, но всё это правда, потому что я видела это своими глазами. Рауль, выслушай меня, прошу тебя! Ради нашей любви!
– Хорошо, – согласился Рауль. – Ради нашей любви я весь обращаюсь в слух.
– Только, пожалуйста, не перебивай. Если что-то будет непонятным, можешь задавать вопросы.
– Ладно, рассказывай, что произошло.
Кристина постаралась как можно подробнее и понятнее описать визиты двух актеров из будущего.
– Я видела их сама, сидела с ними в одной лодке, там, на подземном озере, говорила с ними и даже прикасалась к ним.
– Знаешь, я и в подземное озеро верю с трудом, – признался Рауль.
– Но оно там есть. Рауль, если ты мне не поверишь, мы все можем погибнуть. В первый раз Эрика только усыпили, во второй – ранили так, что он не появляется уже три дня, сегодня четвертый. Я надеюсь, что он еще жив, но чего ждать от следующего визитера?
– А может, он не придет?
– Это было бы хорошо, – сказала Кристина. – А если придет? К этому необходимо подготовиться. Нельзя исключать и возможность того, что сюда могут явиться не только претенденты на роль Эрика, но и исполнители твоей или моей роли. Пока что этого не произошло, но теоретически это вполне возможно!
– Это исключено, – возразил мужской голос.
– Рауль, почему ты уверен в этом? – спросила Кристина.
– Я этого не говорил. То есть это сказал не я, – растерянно сообщил Рауль.
– Эрик? – спросила Кристина.
– Зовите меня Алекс, – представился голос, и из-за портьеры вышел его обладатель – очередной молодой человек приятной наружности. – Как вы уже, наверное, догадались, я актер, и я прибыл из будущего. Могу успокоить вас и на счет Эрика: в инструкцию, которой мы обязаны следовать при путешествиях во времени, теперь добавлен пункт: «Не трогать Эрика». Кто-то коряво вписал его красными чернилами, но цвет и почерк неважны: мысль разумная.
– Действительно, вполне разумная: зачем вам его трогать?
– Тут не всё просто. Фактически, артисты приезжают сюда на репетиции. У нас очень жалеют, что не могут доставить в прошлое операторов с камерами – уж мы бы тут наснимали! Но их тут не должно быть. И любых наших следов должно быть как можно меньше, даже если речь идет о следах, оставленных там, где не ступала нога человека.
– А почему Вы уверены, что никто не приедет репетировать роли нас? – спросила Кристина.
– Потому что им придется иметь дело с самим Эриком, а это слишком опасно. Мы же готовим актеров, а не камикадзе.
– Не кого? – переспросил Рауль. Но ответа не последовало. Кристина нетерпеливо спросила:
– Алекс, а почему Эрик не появляется уже четвертый день?
– Не появляется? Как это не появляется? Я жду как раз его.
– Но как Вам удастся заменить его, не трогая его самого?
– Я не буду никого заменять. Я вообще не буду показываться ему на глаза. Моя задача – наблюдать и слушать из укрытия. Ведь так тоже можно многому научиться. Но если он не появится, то и научиться я ничему не смогу. Впрочем, я могу немного подождать. Мне очень важно услышать, как он поет. Потому что мне тоже предстоит петь – партию Эрика.
– И Вы действительно умеете петь? – спросила Кристина.
– Ну да, это моя профессия, – подтвердил Алекс.
– А вы можете спеть ту песню, которую Ваши коллеги пытались воспроизвести на подземном озере? Мне кажется, она очень красива, но мелодию этой песни было так сложно уловить.
– Конечно, – сказал Алекс. – Это ария из популярного мюзикла.
– Популярного чего? – хором переспросили Кристина и Рауль.
Алекс, как мог, объяснил им – мы не будем вдаваться в эти подробности – и запел. Кристина отметила, что это было, по крайней мере, чисто, и она, наконец, смогла вполне оценить красоту мелодии. Некоторое время все молчали, и каждый обдумывал что-то своё.
– Уже поздно, а его всё нет, – наконец сказал Алекс. – Я начинаю беспокоиться. Времени у меня остается всё меньше, а я должен услышать его.
Алекс подошел к зеркалу и начал ощупывать стену по его периметру.
– Вы хотите сами пойти к нему? – спросила Кристина.
– Да. Иначе я рискую отбыть отсюда ни с чем.
– Если Эрик в беде, помогите ему, – попросила Кристина.
Алекс отошел от зеркала, но внезапно панель повернулась сама. Алекс решительно шагнул в темноту. Обернувшись, он сказал:
– Я передам ему привет от вас, – и исчез во тьме подвалов.
Теперь настало время узнать, о чем думал Рауль.
– Алекс, Эрик Ларсен, просто Эрик, Джон... Сколько их у тебя? – спросил он сквозь зубы.
– У меня? Почему у меня? – растерялась Кристина.
– Я слышал по меньшей мере два мужских голоса в твоей гримерной, – подсчитал Рауль. – И сегодня я видел, кому принадлежит один из них. Да о чем же я... Ты актриса, я аристократ, нам всё равно не быть вместе. Но почему, почему я не могу сейчас просто встать и уйти? Кристина, мое сердце разрывается.
– Думаю, сейчас, именно сейчас, тебе необходимо встать и уйти, – сказала Кристина. – Так будет лучше для всех нас.
– Но я смогу еще вернуться?
– Не знаю, – ответила Кристина. – Сейчас я не могу сказать ни «да», ни «нет».
Рауль задержался на месте еще минуту, после чего стремительно направился к двери.
Кристина осталась одна в гримерной. Вокруг царили тишина и полутьма. Внезапно ее взгляд остановился на странном предмете, белевшем ровно  на том месте, которое во время недавнего разговора занимал Алекс. Кристина взяла предмет в руки и опознала в нем книгу. Похоже было, что у нее оторвана обложка, но, присмотревшись, Кристина поняла, что обложка на месте, просто она бумажная – почти такая же тонкая, как страницы. На обложке значилось: «Гастон Леру». И чуть ниже, большими буквами: «Призрак Оперы». Кристина открыла книгу и начала читать. Она читала всю ночь, и весь следующий день, и ей казалось, что фрактальные пролеты фантастической лестницы уносят ее вниз, вниз, вниз.
Ближе к вечеру Рауль подходил к дверям гримерной Кристины и даже приоткрыл их, но услышал сдерживаемые рыдания. Сквозь слёзы Кристина повторяла:
– Бедный Эрик, бедный Эрик...
– Бедный Эрик... Бедный Йорик... – передразнил Рауль. – Почему не бедный Рауль?
Его сердце продолжало разрываться, но сейчас он мог только уйти.

Глава 4. Урок пения, или Добро пожаловать в леса Конго

Кристина не заметила, как наступил поздний вечер, когда в театре стихли все звуки, замолкли все шаги. События загадочной книги потрясли ее, кроме того, она чувствовала, что прикоснулась к чему-то, чего не должна была касаться. Потеряв ощущение времени – потеряв напрочь, включая представление о том, какой нынче год (ибо в выходных данных книги значился 2025-й), – она упустила и привычное время начала своих уроков пения и вздрогнула, когда услышала знакомый голос:
– Добрый вечер, Кристина.
– Ангел Музыки? Ты вернулся?
– Я здесь, Кристина, – ответил голос. – Ты плачешь.
– Да, Эрик, – сказала Кристина и, спохватившись, пояснила: – Я знаю, что тебя зовут Эрик.
– Да, я тоже это знаю, – ответил Эрик. – И знаю, что тебе мое имя уже известно.
– Ты знаешь... всё? – спросила Кристина, не придумав лучшей формулировки.
– Скажем так: я знаю достаточно, – уточнил Эрик, причем последнее слово его фразы прозвучало из пудреницы.
– Тебя не было... долго, – Кристина снова задержалась с формулировкой. – Ты был болен?
– Ангелы не болеют, – ответил Эрик. – Иногда они плачут, но всегда отменно здоровы.
– Мне страшно, – призналась Кристина.
– Отчего, дитя? – спросил Эрик. – В нашем мире слишком много поводов для страха, чтобы бояться всего этого. Конкретизируй, что тебя беспокоит?
– Это непросто, – сказала Кристина, но постаралась сосредоточиться: – Наверное, меня беспокоит всё, что происходит в последние дни, – с того самого момента, как я впервые прошла вслед за тобой сквозь зеркало. И еще... я читала книгу, вот эту. То, что я прочитала, пугает меня: ведь там написано о нас, о том, что должно произойти со всеми нами. Неужели это всё правда?
– Открой самую первую страницу. Видишь, там две строки? Прочитай их вслух.
Кристина удивилась тому, что увидела: когда она начинала читать, не заметила этих строк и вообще не помнила, чтобы они там были. Однако она послушно воспроизвела:

«Все персонажи и события этого повествования вымышлены.
Любые совпадения с реальными лицами и фактами случайны».

– Хорошая идея, правда? – тут Эрик засмеялся. – Кажется, им она понравилась.
– Значит, всё, что описано здесь, не более чем совпадения? – задумчиво произнесла Кристина. – Но почему их так много? Может ли это быть случайным?
– Может быть всё, что угодно, – заверил Эрик.
– Значит, всё это может быть и правдой, – заключила Кристина. – И тебя ждет смерть.
– Покажи мне, кого она не ждет. И, главное, кого не дождется, – возразил Эрик.
– Наверное, ангелов, – предположила Кристина. – Но ведь теперь мы оба знаем, что ты только человек.
– Да, это уменьшает мои шансы на бессмертие, – согласился Эрик. – Но пока что оно мне не нужно.
– Еще я боюсь их... – Кристина замолчала, опять стараясь подобрать верные слова.
– Гостей из будущего? – подсказал Эрик. – Не бойся. Мне пришлось потратить на это некоторое время – главным образом на их замечательную машинку, которая теперь в надежном месте – там, где ей надлежит быть. Надеюсь, мне удалось убедить их, что любое вмешательство в мои дела излишне. А если кто-то из них не понял, что ж: здесь их ждет достойная встреча. Для начала плакат: «Парижане и гости столицы! Добро пожаловать в леса Конго!». И затем приятная прогулка по этим самым лесам. Они не придут к нам, потому что в лесу легко заблудиться.
– Я не понимаю, о чем ты.
– Понимать не обязательно. Главное – нас они больше не побеспокоят.
– Меня они беспокоят, даже если они не здесь, – продолжила Кристина. – Беспокоит то, что они могут снять плохие фильмы, поставить плохие спектакли. Эрик, ты слышал, как они поют, делая вид, что это поешь ты? Мне страшно вообразить, как поют их Кристины. Это же позор на всю жизнь, на всю... вечность!
Кристина чуть не плакала от обиды, но Эрика, кажется, весьма позабавила такая перспектива: никак не менее минуты из разных углов гримерной слышался его смех.
– Пусть позорятся, – наконец снисходительно произнес он. – Мы от этого хуже не станем.
– И всё равно я боюсь будущего, – сказала Кристина. – Нашего будущего. Независимо от того, ждет нас описанная в книге трагедия или нет. Прочитав ее, я поняла, что будущее в принципе может быть страшным.
– Может, – согласился Эрик. – Занимательно страшным или страшно занимательным. Но оно в любом случае будет, независимо от наших страхов. Бойся – если тебе нравится бояться, иногда это тоже приятно.
– А ты действительно любишь меня? – спросила Кристина. Она не собиралась задавать этот вопрос, он вырвался сам, хотя нельзя сказать, что до этого он не пытался вырваться – Кристина просто изо всех сил его сдерживала.
– Давай лучше займемся музыкой, – предложил Эрик. – Перерыв в уроках не пошел тебе на пользу. Спой мне, давай послушаем, над чем нам работать сегодня.
И Кристина запела. Не те упражнения, с которых обычно начинались занятия, а песню, которую ей удалось запомнить благодаря Алексу.
– Неплохо, – одобрил Эрик. – Но зачем этот визг на верхнем «фа». Смотри, как можно. Давай попробуем еще раз.
Кристина полностью углубилась в занятие. Недавно ее назначили дублершей на роль Маргариты в «Фаусте». И хотя возможность попасть в этой партии за пределы репетиционного зала ей пока что явно не угрожала, в будущем, даже самом недалеком, могло быть всё, что угодно. Хотя если слишком много думать о будущем, там недолго и заблудиться – и никогда не пережить свое настоящее.

Все персонажи и события этого повествования вымышлены. Любые совпадения с реальными лицами и фактами, а также с сюжетами и героями других книг случайны.

Отредактировано Mori_Arti (2017-05-03 15:08:13)

2

Хм... Идея хорошая, но сюжет имхо получился не очень внятным. Плюс подпортило картину то, что вы как будто не могли решить, хотите вы сделать юмор или пародию. В итоге имхо не вышло толком ни того, ни другого. (Еще печальнее, если ни того, ни другого вы и вовсе не планировали.) Теперь насчет персонажей. Понятно, что все эти "Эрики" были функциями, что основной их смысл - чтобы Кристина прочитала книгу и чтобы состоялся последний разговор, но зачем же делать их такими картонными? Такими одинаковыми? Более того, оригинальный Эрик оказался таким же - я до последнего ждала, что он тоже будет очередным "гостем из будущего". Потом - в чем был смысл вводить Рауля? Он никак в этом фике не сыграл. Вообще. Кристина вышла неплохо, разве что какая-то вялая, хотя это канон.))
Ну, как-то так.

3

Lupa, спасибо за прочтение и за отзыв! Отрезвляет. Это моя первая попытка, появилось намерение доработать (но надо хорошо подумать, как). Позиции, по которым критикуете, понятны. Для меня будет интересной задачей поиск способов это исправить.

Lupa написал(а):

Плюс подпортило картину то, что вы как будто не могли решить, хотите вы сделать юмор или пародию. В итоге имхо не вышло толком ни того, ни другого. (Еще печальнее, если ни того, ни другого вы и вовсе не планировали.)

Пожалуй, это была попытка вообще выйти за рамки какого-либо жанрового канона. Отсюда и трудность собственно с обозначением жанра. Ирония присутствует, так что, надеюсь, тут не всё так плохо.

Lupa написал(а):

Понятно, что все эти "Эрики" были функциями, что основной их смысл - чтобы Кристина прочитала книгу и чтобы состоялся последний разговор, но зачем же делать их такими картонными? Такими одинаковыми?

Наверное, это вообще мой недостаток как "писателя" -- создание психологически достоверных героев, в голове действительно в первую очередь схема. Есть над чем работать )

Lupa написал(а):

Более того, оригинальный Эрик оказался таким же - я до последнего ждала, что он тоже будет очередным "гостем из будущего". Потом - в чем был смысл вводить Рауля? Он никак в этом фике не сыграл.

Первоначальный замысел был немного другим, и настоящий Эрик совсем не должен был появляться, добитый последующими актерами. Но такая развязка, по-моему, неправильна: Эрик -- персонаж, способный хорошо сопротивляться, и история в театре должна была продолжаться. Рауль, видимо, тоже "остаточное явление", он "просто был" -- подумаю, что с этим делать.

Приношу извинения за занудный самоанализ, задачи вырисовываются интересные и для меня неожиданные, может, в результате что и получится.