Наш Призрачный форум

Объявление

Уважаемые пользователи Нашего Призрачного Форума! Форум переехал на новую платформу. Убедительная просьба проверить свои аватары, если они слишком большие и растягивают страницу форума, удалить и заменить на новые. Спасибо!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Точка невозврата.

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Название: Точка невозврата
Автор: Danse dans la nuit
Рейтинг: PG-13
Основа: Фильм Шумахера
Жанры: Гет, Ангст, Драма, Мистика, Психология, Hurt/comfort, AU
Предупреждения: OOC, ОЖП
Размер: планируется Миди

Описание:
Мне было всего шесть, когда я попала в сказку. Странную сказку. Где люди говорили на чужом языке. Где одевались, как в книжках про принцесс.
Я попала в чудное место. Опера Популер - так оно называлось. И мне казалось, что это сказочный замок, в котором живут самые настоящие принцессы.
Однако, как и во всех сказках, там жил страшный дракон.

Примечания автора:
Сидя в три часа ночи и рыдая о том, как несправедливо судьба обошлась с Эриком, я налила себе вина, позвала Муза и начала творить-вытворять.
Основывалась исключительно на фильме 2004 года. Так что не связывайте с книгой все мои излияния.
И, да, сюжет банален, скорее всего, но почему бы и не попробовать?..

Отредактировано Danse dans la nuit (2015-07-26 23:58:58)

2

Пролог.

Зима выдалась холодной. Старая куртка не спасала от сильного ветра. Я потопталась на месте и, в который раз, посмотрела на дверь дома. Мама зашла туда минут десять назад, оставив меня на улице. Строго-настрого запретила входить. Но... я ведь так замерзла. Не думаю, что она будет сильно ругаться, если я зайду погреться хотя бы на минутку. Ведь так?
Я неуверенно обхватила ручку и открыла дверь. Из помещения повеяло теплом, и я мгновенно юркнула внутрь. Усевшись прямо на полу, я не сразу заметила высокого мужчину, который что-то яростно говорил маме.
Мне было так хорошо, что я прикрыла глаза и перестала прислушиваться к разговору. Возможно, я задремала на пару минут. Очнуться меня заставил резкий щелчок и громкий крик. Повернув голову в сторону, я увидела, как мама падает на пол. Незнакомец стоял там же, опустив руку с пистолетом.
- Мама, - я вскочила и подбежала к некогда прекрасной женщине. Сейчас ее лицо побледнело, глаза покрывались мутной пленкой, а на полу вокруг тела расплывалось пятно крови.
- Твое мерзкое отродье, Катерина? - мерзко ухмыльнулся мужчина, схватив меня за руку. - Нечего ей жить. Смотри, как я убью ее! - подняв руку, он приставил оружие к моему виску и нажал на курок. Я лишь успела увидеть ужас в маминых глазах, а потом все исчезло. Я умерла.

***

Холодно. Почему так холодно? Разве на том свете есть зима?
Я медленно открыла глаза и тут же увидела чьи-то туфли прямо перед своим носом. Приподнявшись на руках, я с удивлением поняла, что все еще не на Небесах, а осталась жива. Вот только город был мне не знаком. А уж женщина, стоявшая прямо передо мной, и подавно. Она протянула мне руку и что-то спросила:
- Бедное дитя. Что с тобой случилось?
- Простите. Я вас не понимаю, - пробормотала я, отряхивая штаны от грязи. На своих руках я заметила кровь. Неожиданно стало очень страшно. Глаза женщины расширились. Она указала на себя и медленно проговорила:
- Нинон. Ни-нон.
По-видимому, она представилась. Я послушно повторила ее имя и, заметив, как она еле заметно улыбнулась и кивнула, точно так же показала на себя и сказала:
- Аня. Анна.
Нинон нахмурилась и покачала головой. Взяв меня за руку, она прошептала:
- Аннет, моя дорогая. Аннет.
Я послушно кивнула головой, привыкая к новому звучанию своего имени и доверчиво сжала ладонь женщины.
Она казалась мне сказочной принцессой. И, как любая принцесса, она была красива, добра и приветлива. Я доверилась ей.
Она привела меня в большое здание. Оно походило на дворец, да и где еще жить принцессе?
Я восторженно осматривалась, отмечая глазами пышное убранство "дворца": красивые росписи на потолке, статуи, большие лестницы с ковровыми дорожками, высокие двери. И много-много нарядных людей. Они смеялись, что-то говорили Нинон и поглядывали на меня порою даже со страхом.
Моя новая знакомая привела меня в кабинет. За большим столом сидел приятный на вид мужчина.
- Монсеньор Лефевр, добрый день.
- Мадам Жири, рад видеть вас. С чем пожаловали? - мужчина встал из-за стола и кивнул на диван, что стоял рядом. Заметив меня, он приподнял брови: - Кто это?
- Я нашла ее на улице. Девочка лежала на земле без сознания, да еще и в крови. Она совсем не знает нашего языка. Я хотела бы помочь ей. Можно оставить ее в Опера Популер?
- выпалила Нинон и с надеждой посмотрела на Люфевра (кажется, так звали мужчину).
Тот помолчал, а затем кивнул:
- Я доверяю вам, Нинон. Пусть девочка остается у вас. Надеюсь, вы найдете ей применение.
- Спасибо, монсеньор. - Женщина поднялась и окликнула меня: - Аннет, пойдем.
Видимо, она предлагала мне следовать за мной. Я подошла к ней и оглянулась на мужчину:
- Мерси, монсеньор.
Он рассмеялся моей неловкой попытке и чуть поклонился мне. Я сделала неуклюжий реверанс, а потом взяла Нинон за руку, и мы ушли.

Отредактировано Danse dans la nuit (2015-07-27 20:55:17)

3

Критика приветствуется или автор предпочитает только положительные комментарии?

4

Мышь_полевая написал(а):

Критика приветствуется или автор предпочитает только положительные комментарии?


Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моей работы.

5

Глава 1.

Прежде чем попасть в комнату Нинон, нам пришлось довольно долго поплутать. Я и представить не могла, что здание окажется таким большим. В длинных и слабо освещенных коридорах хватало темных мест. Люди попадались все чаще. Все, кто встречался нам, улыбались или даже хохотали во весь голос. Несколько девочек чуть постарше меня кидали на мою спутницу испуганно-восхищенные взгляды. На меня либо никто не обращал внимания, либо удивленно окидывали взглядом, а потом почти сразу забывали. Это было странно, учитывая, что мои волосы были в крови.
Нинон отчего-то нервничала и беспокойно поглядывала по сторонам. Успокоилась она лишь возле одной из комнат. Дверь, ничем не отличающаяся от остальных, тихо скрипнула, пропуская нас. Внутри не было ничего особенного: широкая кровать возле стены, письменный стол напротив, два стула, комод, на котором стояла ваза с цветами, старый коврик посреди комнаты и еще одна дверь. На кровати сидела немолодая женщина в сером платье, держа на руках девочку лет двух. У нее были короткие золотистые волосы, пухленькие щечки и удивительно красивые глаза. Увидев нас, она соскочила с рук няни и подбежала к Нинон:
- Мама!
Женщина подхватила ее на руки:
- Моя красавица! Знакомься, это Аннет, - она кивнула на меня. - Твоя старшая сестра.
Девочка повернулась ко мне и, запинаясь, выговорила:
- Меня зовут Мэг. Я рада, что у меня будет сестра.
Единственное, что было мне понятно, так это ее имя - Мэг. Нинон, заметив мою растерянность, обратилась к дочке:
- Она не умеет говорить как мы. Нам следует научить ее.
После этого женщина поставила Мэг на пол и обратилась к няне:
- Катарина, спасибо, что посидела с ней. - Услышав знакомое имя, я вспомнила про маму. Вспомнила красные ручейки крови на полу и на ее руках, которыми она держалась за живот. Вспомнила ухмыляющегося убийцу. И он убил меня. Убил нас.
Мне стало так плохо, что я заплакала. Нинон с беспокойством посмотрела на меня и присела рядом. Она ничего не сказала, только обняла меня покрепче и что-то запела. Уткнувшись лицом ей в шею, я выплескивала всю горечь от утраты матери, всю боль и непонимание происходящего. Мою руку сжала Мэг, как бы прося перестать, но я не могла остановиться. В какой-то момент я почувствовала, что меня поднимают и укладывают на кровать. Кто-то снял с меня одежду и укрыл одеялом. Я все еще слышала голос Нинон, поющий колыбельную, но уже не могла сопротивляться сну. Последним, что я запомнила, был нежный поцелуй в лоб.

Очнулась я от того, что кто-то чем-то хлопнул. Приоткрыв глаза, я увидела мужчину в черном плаще, который быстро проскользнул мимо меня и открыл другую дверь. В комнате было темно, однако я поняла, что рядом со мной спит Мэг. Соскользнув с кровати и обмотавшись пледом, я осторожно подошла к приоткрытой двери и заглянула внутрь. На диване сидел тот самый мужчина в черном костюме и плаще. Судить о его возрасте было проблематично из-за того, что половину его лица закрывала белая маска. Но он был младше Нинон.
- Кого ты привела?
- Это моя новая воспитанница Аннет. Она лежала на улице: все волосы заляпаны кровью, странная одежда, явно не подходящая девочке,
- женщина разлила по кружкам чай. Я поняла, что они говорят про меня. Гость скривился и спросил:
- На улицах довольно побродяжек, которых жалко, почему бы тебе не приютить их всех? Что у тебя за странная любовь к несчастным?
- Я не знаю. У нее был такой ужасный вид. И... на секунду я представила, что моя дочь лежала бы также, а люди безучастно проходили мимо. Я не смогла оставить ее
. - Нинон положила руку на плечо собеседника и тепло улыбнулась: - Как не смогла оставить тебя тогда, Эрик. Не переживай, я не перестану любить тебя.
Он чуть расслабился и сжал ее руку. А после неожиданно посмотрел в мою сторону. Я шмыгнула в сторону и затаила дыхание. Кажется, не заметил.
Эрик. Теперь я знала и его имя. Но не то, о чем они говорили. И мне хотелось поскорее наверстать упущенное. Хотелось понимать, о чем все говорят.
За дверью вновь послышались голоса, но я больше не решилась подглядывать. Да и смысла никакого не было. Поэтому я снова забралась на кровать и уснула.

Отредактировано Danse dans la nuit (2015-07-27 20:57:07)

6

Угу, по недостаткам. Основной - перестаньте использовать французскую речь, это ужасно раздражает и утомляет читателя. Вы видели хотя бы одну серьёзную художественную книгу, где куча диалогов произносится на иностранном языке со сносками? Иногда использование иностранной речи может быть оправдано контекстом, но не в данном случае. Здесь это выдаёт лишь неопытного фанфикера, который стремится блеснуть своим знанием французского, тексту это на пользу не идёт.
Либо мы понимаем, что говорят присутствующие (в этом случае достаточно ремарки, что все говорили по-французски, - и спокойно пишите все фразы на русском).
Либо мы не понимаем вместе с героиней. Поскольку текст идёт от первого лица, французский язык для неё чужой и должен звучать полнейшей абракадаброй, которую она запомнить и передать не может. В этом случае и читателю не надо подавать всё это в неудобоваримом виде, найдите другой способ донести информацию.

Второе касается сюжета: вероятность того, что Нинон Жири, увидев на улице умирающую беспризорницу, загорится желанием удочерить и воспитать её, не то что равна нулю, она уходит в отрицательные величины. Вы представляете, сколько на улицах Парижа в 19 веке было таких вот беспризорников? Опера Популер пришлось бы превратить в сиротский приют. С самим Эриком ситуация была иной, Жири видела издевательства надсмотрщика и последующее убийство - и спасла-то его, по сути, случайно, у неё в тот момент выбора особого не было.
С другой стороны, этот второй недостаток для фанфика как раз простителен, такое случается сплошь и рядом. Так что здесь можно закрыть глаза на соответствие исторической правде, но на будущее, если хотите стать хорошим фанфикером, старайтесь всё же учитывать временные и исторические реалии - что случиться могло, а чего быть не могло в принципе. Здесь поступок Нинон, спасающей просто так, без причины, незнакомую беспризорницу, недостоверен в принципе.

Факт того, что девочка сразу же _почувствовала_ на себе взгляд Призрака и выделила его среди остальных, также отдаёт дикой фальшью. Ну войдите вы в шкуру своего персонажа, попробуйте ощутить себя на её месте! Она что, будет там какие-то нюансы в разных взглядах выискивать? У неё, на секундочку, только что мать убили, сама чуть не умерла, незнакомая тётка привела в какой-то дворец - да у неё сейчас ум за разум заходить должен, она ни черта не понимает, что происходит! А тут - "этот взгляд был иной. Он принадлежал кому-то скрытому от всех. Он оценивал, не понимал, давил"... Ага, аж два раза.

В общем, недостоверность и неестественность убивает все хорошие начинания. :(
Посмотрим, что дальше будет.

7

Мышь_полевая написал(а):

Угу, по недостаткам. Основной - перестаньте использовать французскую речь, это ужасно раздражает и утомляет читателя. Вы видели хотя бы одну серьёзную художественную книгу, где куча диалогов произносится на иностранном языке со сносками? Иногда использование иностранной речи может быть оправдано контекстом, но не в данном случае. Здесь это выдаёт лишь неопытного фанфикера, который стремится блеснуть своим знанием французского, тексту это на пользу не идёт.
Либо мы понимаем, что говорят присутствующие (в этом случае достаточно ремарки, что все говорили по-французски, - и спокойно пишите все фразы на русском).
Либо мы не понимаем вместе с героиней. Поскольку текст идёт от первого лица, французский язык для неё чужой и должен звучать полнейшей абракадаброй, которую она запомнить и передать не может. В этом случае и читателю не надо подавать всё это в неудобоваримом виде, найдите другой способ донести информацию.

Второе касается сюжета: вероятность того, что Нинон Жири, увидев на улице умирающую беспризорницу, загорится желанием удочерить и воспитать её, не то что равна нулю, она уходит в отрицательные величины. Вы представляете, сколько на улицах Парижа в 19 веке было таких вот беспризорников? Опера Популер пришлось бы превратить в сиротский приют. С самим Эриком ситуация была иной, Жири видела издевательства надсмотрщика и последующее убийство - и спасла-то его, по сути, случайно, у неё в тот момент выбора особого не было.
С другой стороны, этот второй недостаток для фанфика как раз простителен, такое случается сплошь и рядом. Так что здесь можно закрыть глаза на соответствие исторической правде, но на будущее, если хотите стать хорошим фанфикером, старайтесь всё же учитывать временные и исторические реалии - что случиться могло, а чего быть не могло в принципе. Здесь поступок Нинон, спасающей просто так, без причины, незнакомую беспризорницу, недостоверен в принципе.

Факт того, что девочка сразу же _почувствовала_ на себе взгляд Призрака и выделила его среди остальных, также отдаёт дикой фальшью. Ну войдите вы в шкуру своего персонажа, попробуйте ощутить себя на её месте! Она что, будет там какие-то нюансы в разных взглядах выискивать? У неё, на секундочку, только что мать убили, сама чуть не умерла, незнакомая тётка привела в какой-то дворец - да у неё сейчас ум за разум заходить должен, она ни черта не понимает, что происходит! А тут - "этот взгляд был иной. Он принадлежал кому-то скрытому от всех. Он оценивал, не понимал, давил"... Ага, аж два раза.

В общем, недостоверность и неестественность убивает все хорошие начинания.
Посмотрим, что дальше будет.


Спасибо за оценку. Я и сама сомневалась по поводу французского, но вы все очень четко обозначили. Я специально подправила некоторые моменты, основываясь на ваших замечаниях. Думаю, до идеального состояния не довела, но чуть подшлифовала особо острые углы.

8

Danse dans la nuit, вооот! :crazyfun: Так уже намного лучше!
И читателю всё понятно, и по выделению курсивом и контексту сразу понятно, что героиня смысла фраз не понимает. (хотела поставить розочку, а её среди смайлов нет)
И фальшивые фразы ушли - в общем, я больше не придираюсь и жду следующего куса.
Продолжайте. :)

9

Мышь_полевая написал(а):

Основной - перестаньте использовать французскую речь, это ужасно раздражает и утомляет читателя. Вы видели хотя бы одну серьёзную художественную книгу, где куча диалогов произносится на иностранном языке со сносками?.

А "Война и мир"?

10

Глава 2.

Второй день в новом мире промелькнул быстро. Сначала Нинон отправила меня купаться. Слипшиеся и запутавшиеся волосы расчесывали с помощью Катарины. Мадам Жири в это время искала что-то в комоде, потом что-то резко произнесла и достала мою одежду - черные штаны и синий свитер. Когда я оделась, мне заплели красивую косу и куда-то повели.
В комнате, которую мы посетили, располагались швеи. Повсюду лежали рулоны тканей различных цветов, булавки, кружева, шляпки и перчатки. Возле окна располагалось большое зеркало на ножках и круглый подиум. Возле стен стояли вешалки с различными платьями и костюмами, которые привели меня в восторг. Я пожалела, что еще совсем маленькая и не могу примерить ни один из нарядов.
Одна из женщин, увлеченно что-то шьющих, отвлеклась на нас. Присмотревшись к моей одежде, она заохала, указала мне на подиум и что-то начала объяснять Нинон, попутно обмеривая меня. Они вдвоем прикладывали ко мне разные отрезы и либо убирали обратно, либо складывали на столик. Спустя полчаса они, наконец, закончили.
Следующим местом, которое мы посетили, была кухня. Завтрак (или все-таки обед?) прошел быстро. Один из поваров дал мне пакет с круассанами, которыми я решила поделиться с Мэг. Именно к ней меня и отвела мадам Жири.
Оставшееся время до ужина мы провели играя. Катарина, уставшая от нашего мельтешения, выдала нам несколько листов и карандаши. Мэг беспорядочно черкала разными цветами, а я решила нарисовать маму. Мне казалось, что я забуду ее из-за всего случившегося. Прошел всего день, а меня уже больше волновало то, что я не понимаю, о чем говорят люди, а также отсутствие подходящей одежды.
Вернувшаяся мадам Жири отпустила Катарину и попросила принести еду в комнату. Когда мы поели, я показала ей свой рисунок. Взяв один из карандашей, она написала под портретом "Maman". Так я узнала слово "мама". Около часа мы провели за изучением языка. Нинон указывала на тот или иной предмет и записывала его, проговаривая. Я повторяла и старалась запомнить как можно больше. Когда первый столбик слов был закончен, мне можно было отдохнуть. Правда, совсем недолго.
Мама, как попросила Нинон называть ее, отвела меня в танцевальный класс. Я восхищенно осматривала просторное светлое помещение с зеркалами во всю стену. Женщина сделала несколько движений с такой легкостью и красотой, что я и сама захотела научиться танцевать. Увидев, как загорелись мои глаза, Нинон улыбнулась.

***

Дни пролетали за днями, складываясь в недели и месяца. Я по-прежнему учила французский (теперь я знала точно) язык с Нинон. Сначала было трудно, но постепенно становилось легче, наверное, потому что я все время проводила в обществе людей, свободно говорящих на этом языке. Я начала их понимать и даже говорить с ними. В свободное время, а его было не так уж и много, я играла с Мэг. Казалось, что это не ребенок, а сущий чертенок. Она постоянно умудрялась что-то вытворить, хотя, стоит признать, что нередко она втягивала и меня. Вечером я читала ей сказки под присмотром Нинон. Она следила не столько за тем, балуется ли Мэг, сколько за чистотой моей речи и пониманием слов.
Помимо изучения языка я занималась танцами. Я училась позициям, правильной постановке рук и ног. Также в программе обязательно были физические упражнения. Мама объясняла, что без специальной подготовки можно получить травму. Поэтому я растягивалась, делала прыжки, тренировала ноги и под конец занятия выматывалась так сильно, что чуть ли не засыпала перед станком.
Еще одним испытанием для меня стало исключение сладкого и мучного из меню. Чтобы стать балериной, а именно об этом были мои мечты, я должна была придерживаться диеты. От этого мои прыжки становились выше и изящнее, по словам Нинон. Но она все же изредка баловала нас с Мэг, которая тоже должна была танцевать, когда подрастет.
Катарина, которая по-прежнему сидела с моей новой сестрой, учила меня заплетать свои непослушные волосы. Когда же ее подопечная полностью занимала ее внимание, я привычно брала бумагу, карандаши и садилась за стол. В эти моменты я напрочь забывала о том, что было, что есть, что будет. Линии получались удивительно ровными, цвета - яркими, и мне казалось, что я могу нарисовать счастье. Свои художества я складывала в отдельную папку и никому не показывала. Иначе счастье улетело бы в окно.

11

Глава 3.

Спустя пять лет.

Я, как обычно, встала раньше Мэг. Она все еще спала, укутавшись в одеяло, хотя холодная зима уже давно сменилась весной, а потом и летом. Мамы не было: она просыпалась с рассветом и шла в танцевальный класс, однако вовсе не для того, чтобы бранить нерадивых учениц. По утрам она занималась сама, приговаривая, что даже наличие двух детей не может оправдывать отсутствие хорошей растяжки и тонкой талии.
Умывшись, я сменила ночную рубашку на более тонкую, надела бежевое платье и передник. Собрав волосы в пучок, я поспешила вниз. Сегодня мне было поручено вымыть вестибюль главной лестницы, а после помочь повару с нарезкой овощей. За эту работу я получаю хоть и небольшие, но какие-никакие деньги. Впрочем, пока что они хранились у Нинон, но я надеялась, что когда-нибудь их будет достаточно для покупки своего жилья.
К слову о маме... Уже находясь у подножия лестницы, я заметила ее, входящую в двери, с незнакомой мне женщиной, за руку которой держалась девочка лет семи. Она украдкой бросала взгляды вокруг и не смела поднять глаза даже когда к ней обращались. Из их разговора я поняла, что девочку зовут Кристина, а женщина, с которой она пришла, - ее тетя, взявшая бедняжку на воспитание после смерти отца. Нинон присела на корточки перед девочкой и что-то тихо ей прошептала, после чего неуверенная улыбка озарила лицо ребенка. Поднявшись, мисс Жири протянула ей руку и сказала:
- Добро пожаловать в Опера Популер! Если будешь усердно заниматься, станешь известной танцовщицей, а я с радостью помогу тебе в этом. А сейчас я покажу тебе твою комнату и ты сможешь познакомиться с девочками. Только для начала попрощайся с тетей.
Кристина порывисто обняла тетушку и тут же отошла. Женщина чуть нахмурилась, но все же сказала:
- До свидания, Кристина. Если ты не против, я буду изредка тебя навещать.
Девочка промолчала, лишь еле заметно кивнула, и ее родственница, наконец, покинула здание.

***

Первые нескольких недель Кристина, которую поселили в одну комнату со мной и Мэг, сильно смущалась и почти ни с кем не разговаривала. Однако затем, чуть освоившись, она стала чуть раскованней, и мы с радостью приняли ее в нашу компанию. Постепенно она все больше сближалась с Мэг, и вскоре они стали лучшими подругами. Я же была для нее, скорее, старшей сестрой, нежели подругой. Кристина без особого энтузиазма слушала истории, которые я прочитывала в книгах, и с куда большим интересом участвовала в играх младших девочек. Я наблюдала за ней со странной смесью восхищения и зависти, потому как ей с легкостью удавалось не только располагать к себе людей одной улыбкой, но и выполнять одни из самых сложных балетных движений. Конечно, мечты стать великой балериной давно покинули меня, но это не означало, что я вовсе заброшу танцы и перестану усердно изучать новые па.
Вернувшись однажды из балетного класса, где Нинон отдельно ото всех отрабатывала со мной особо сложные движения, я услышала перешептывания Мэг и Кристины. При виде меня они смолкли и заговорщицки переглянулись. Заинтересованная, я не вытерпела и спросила:
- Что случилось?
Девочки замялись, но, в конце концов, Крис созналась:
- Сегодня я ходила в часовню, чтобы помолиться за отца. И я пела песню, которую он написал. Я уже собиралась уходить, когда меня остановил чей-то голос. Он спросил меня, кто я и что здесь делаю.
Я чуть нахмурилась:
- Может, кто-то решил пошутить?
Девочка замотала головой:
- Нет. Перед смертью папа говорил, что, когда он умрет, за мной будет приглядывать Ангел Музыки. Я думаю, что это он и есть. Ты... Вы просто не слышали его голос. Человек не может так петь.
- И что ты собираешься делать?
- Не знаю, - пожала плечами Кристина. - Ангел пообещал, что будет всегда оберегать меня. Он хочет, чтобы я пела на сцене. - Вскочив с кровати, она схватила за руку Мэг и закружилась с ней по комнате, заливисто хохоча: - Представляете, я смогу петь на сцене. Исполнять сольные партии.
- Как ты можешь доверять незнакомцу?
- Но ведь я его знаю. Это мой Ангел. Я верю ему, ведь он послан мне папой.
Я лишь устало вздохнула. Разве могут ангелы спускаться на землю и петь чудесные песни? Скорее всего, это какой-то человек, но зачем ему помогать незнакомой девочке? Какой смысл?
Я не сказала Кристине ни слова, не желая расстраивать ее, да и она вряд ли бы поверила мне. Переодевшись в ночную рубашку и расчесав волосы, я потушила свечу и легла спать.

Отредактировано Danse dans la nuit (2015-07-30 23:55:43)

12

Ученица Маэстро, вот только давай, Толстого не будем в пример приводить? Читательская аудитория, для которой писал Толстой, говорила по-французски так же свободно, как и по-русски. Он просто писал на знакомом читателям языке, не делая при этом никаких сносок.

Главы 2-3 прочитаю позже, пока забежала на секунду.

13

Глава 4.

Время неумолимо текло дальше, я взрослела. С каждым прожитым днем я ощущала это все острее. Близился только мой двенадцатый день рождения, но я уже не участвовала в детских забавах. Мой мир составляли книги, танцы и работа. Мои сверстницы, коих было совсем мало, обычно присоединялись к младшим девочкам, а я всегда оставалась белой вороной. Мое свободное время занимал воображаемый мир: чудные путешествия к дальним местам, мифы древних цивилизаций, описание битв и войн, нежные отношения, крепкая дружба и вечная любовь. Но книг, которые были у меня, катастрофически не хватало, а деньги я не могла тратить. Поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть, и посвящать работе больше времени.
Одним вечером, возвращаясь с кухни, я решила зайти в часовню. Раз в месяц я обычно зажигала свечку в память о маме. Настоящей моей маме, которую я начинала забывать. Четкого образа не осталось, я помнила лишь детали: мягкие светлые волосы, сладкий запах ее духов, как она тихо напевала мне колыбельную, как любила спать со мною вместе. У меня было несколько портретов, но все они казались мне неточными и все еще слишком детскими. В часовне, конечно же, не было ее портрета, поэтому я держала свечу в руках и держала ее, пока она не сгорит наполовину. Дольше затекали ноги.
Но уже открывая дверь я услышала чей-то голос:
— Не бойся, Кристин. У тебя обязательно все будет хорошо.
— И ты будешь со мной? — спросила девочка.
— Конечно. А теперь спой мне, пожалуйста.
Я решила не мешать и прийти чуть позже, но меня остановила мысль, что я уже слышала этот голос. Только никак не могла вспомнить, кому он принадлежал. Точно я знала одно — никто из наших артистов не умеет так петь. Да и остальные обитатели Оперы не могли похвастаться настолько глубокими и завораживающими голосами. Но ведь где-то же я его слышала…
Замерев возле двери, я слушала, как поет Кристина — ее нежный голос, казалось, проникал в самое сердце.

Мечта моя, лети и пой,
Преграды нет, для нас с тобой.
Если веришь в чудо, страхи позабудь.
И встречай улыбкой самый трудный путь.

Ангелам я верю,
Я живу надеждою в пути.
Ангелам я верю,
Скоро все должно произойти
Ведь так чиста моя мечта.

Мечта моя — фантазия,
Но все равно ей верю я.
Цель того достойна,
Чтоб стремиться к ней,
Через сумрак ночи и тревоги дней.

Я думала, что не смогу сделать очередной вздох. Эта песня невольно затронула и меня, да и с любым другим человеком было бы также, ведь у каждого есть заветная мечта.
— Ангел, ты тут?
— Да, милая, спасибо за песню. — Ненадолго воцарилась тишина. Зашуршала юбка, видимо, Кристина сидела на полу.
— Я приду на следующей неделе. Ты будешь ждать меня?
— Конечно, — ласково произнес голос. — Я всегда с тобой, не только здесь. Помни об этом.
Послышались легкие шаги к двери, и я поспешила отступить в тень, надеясь остаться незамеченной. К счастью, девочка пробежала мимо, видимо, желая поскорее лечь спать. Я же юркнула за дверь и тихо позвала:
— Ты здесь?
Ответом мне было молчание, но я решила продолжить:
— Я знаю, что ты вовсе не Ангел Музыки, а обычный человек. Ну или не совсем обычный. Я лишь хочу узнать, почему ты обманываешь Кристину? Чего ты хочешь от нее?
Подождав несколько минут и не получив ответа, я взяла свечу, зажгла ее и привычным движением опустилась на колени перед иконой. Шепча давно знакомые молитвы на своем родном языке, я прикрыла глаза, но тут же была прервана голосом:
— Так ты воспитанница Нинон?
От неожиданности я дернулась, и воск со свечки тут же начал капать мне на руки, обжигая. Зашипев от боли, я подула на капли, чтобы они быстрее застыли и не пекли кожу. Подняв глаза к потолку, я попыталась понять, откуда исходит голос.
— Я ее дочь. Ты знаешь меня?
— Я знаю всех в этом здании, — я уловила нотку превосходства.
— Ты ответишь на мои вопросы? — я замерла, надеясь услышать положительный ответ.
— Нет, — стало обидно, но тут я внезапно вспомнила давний вечер, самый первый в этом месте. — Единственное, что тебе стоит знать — я не причиню Кристине вреда. Можешь не…
— Эрик, — внезапно перебила я мужчину. Знаю, что невежливо, но мне не терпелось разгадать эту загадку. Я повторила его имя, но уже с вопросительной интонацией: — Эрик?
Но ответа не последовало. Вздохнув, я опустила взгляд на свечу и продолжила прерванную молитву.
Вернувшись же в свою комнату, я не застала там ни Мэг, ни Кристину. Но возле окна стояла мама и сжимала в руках конверт с письмом. Я улыбнулась, приветствуя ее, но она посмотрела на меня как-то обеспокоенно.
— Аннет, что произошло в часовне?
Я невольно побледнела и отвела взгляд в сторону:
— Ничего.
— Аннет, — ее спокойный голос заставил меня вновь посмотреть на нее. — Я знаю, что ты говорила с Эриком. У меня лишь два вопроса: откуда ты знаешь его имя и о чем был ваш разговор? Пожалуйста, скажи правду.
— Я слышала, как ты говорила с каким-то мужчиной, когда только нашла меня и привела сюда. Хотя я и не знала языка, но имя поняла. А сегодня я услышала, как Кристина общается с Ангелом Музыки. Голос показался мне знакомым, и я вспомнила. — Нинон кивнула, видимо, вспомнив тот вечер, а я продолжила. — Я лишь хотела знать, что Кристине ничего не грозит. Она ведь доверяет ему.
Мама улыбнулась и обняла меня.
— Ты боишься его?
— Немного. Меня пугает эта таинственность, то, что он не показывается на глаза. Да еще и эта маска… — Я передернула плечами, сбрасывая оцепенение. — Но я не могу признать, что его голос завораживает и поражает.
— И это его главное оружие.
Я немного отстранилась от Нинон и спросила, глядя ей в глаза:
— А ты? Ты его боишься?
— Да, Аннет. Я боюсь его и восхищаюсь им. Но больше я тебе ничего не скажу. Пока.
Я разочарованно вздохнула.
— Ложись спать, дорогая. А с Эриком ты сама скоро познакомишься.
— Правда? — я с надеждой посмотрела на маму.
— Только, предупреждаю сразу, он немного странный и живет в довольно необычном месте.
Но я уже не слушала ее, надеясь на скорую встречу.
— Когда?
— После твоего дня рождения.
Я подсчитала в уме и нахмурилась:
— Но ведь еще целых две недели.
Нинон сдвинула брови и погрозила пальцем:
— Терпи. А не то вообще не познакомлю.
— Ладно-ладно, — пошла на попятную я, стягивая платье.
— Спокойной ночи, милая, — прошептала женщина, целуя меня в лоб, и вышла из комнаты. А я легла в кровать, желая, чтобы эти две недели прошли как можно быстрее.
Когда Мэг и Кристина вернулись, я уже спала.

Примечания:
Песня, которую поет Кристина, взята из мюзикла MAMMA MIA!
Наталия Быстрова - Моя мечта.

Отредактировано Danse dans la nuit (2015-08-09 04:31:51)