Наш Призрачный форум

Объявление

Уважаемые пользователи Нашего Призрачного Форума! Форум переехал на новую платформу. Убедительная просьба проверить свои аватары, если они слишком большие и растягивают страницу форума, удалить и заменить на новые. Спасибо!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наш Призрачный форум » КПП-2012: Корзинка Призрачных Подарков » КПП-2012: "От перемены мест..."


КПП-2012: "От перемены мест..."

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

Название: От перемены мест…
Автор: Lupa
Бета: неа
Рейтинг: PG-13
Пейринг: разнообразный, куча ОЖП и ОМП))
Основа: ПО-2004
Жанр: АУ, кроссовер, юмор
Размер: миди, скорее всего
Дисклеймер: Любые совпадения с реальными лицами и событиями являются случайными.
Примечание: Фанфик написан для КПП-2012 на Нашем Призрачном Форуме, по заданию Hand$ome «Фанфик с любой основой кроссовер "Иван Васильевич меняет профессию" с любым изобретателем машины времени, но обязательно, чтобы из нашего, либо советского времени в гости к Призраку ввалилась бы группа товарищей с красивым, но недалеким певцом, который и заменит собой ПО (как робкий товарищ Бунша царя-Иоанна). А Призрак, положим, рванет в наше время, увидев на стене изобретателя портрет своей любимой Кристины - это может быть актриса - жена изобретателя (как и в фильме) по возможности жанр – юмор».
Примечание-2: Действие фика происходит в 2005 году, поскольку все позднейшие «Песни года» проходили в с/к «Олимпийский», а это, согласитесь, не так интересно, как Кремль. Однако в связи с этим присутствует анахронизм, поскольку один из персонажей нашего времени начал выступать только с 2006 года. Кроме того, авторской волей Буке не был убит, а лишь сильно потрепан, после чего сбежал с поля боя и зарекся следить за Призраком (что, впрочем, ему не помогло). Уфф, кажется, все. :D

ЗЫ: Пинайте меня, люди добрые, иначе я снова не доберусь до конца.))

Отредактировано Lupa (2012-01-04 03:00:11)

2

Можете ли вы представить себе, что происходит в Государственном Кремлевском Дворце перед генеральной репетицией? То же, что и в любом другом театре или концертном зале страны. Особенно под Новый Год. Кипеш и суета, пионерский лагерь и дурдом на выезде в одном флаконе. Топот, беготня и всеобщая суматоха. Сотрудники спецслужб мешаются с подтанцовкой и подпевкой и все они мешаются под ногами у тех, кто занят самым важным и ответственным делом на этом празднике жизни – звукооператоров, техников-осветителей и мастеров спецэффектов. Потому что если слажают они, то все прочие могут хоть из кожи выпрыгнуть – концерта не будет. Особенно, когда дело касается такого важного мероприятия, как «Песня года». Однажды инженеры никак не могли наладить фонограмму, так половина «звезд» отказалась выступать, пока все не будет в порядке. Видимо, берегли голос. В итоге концерт задержали на полтора часа.

Что же это за страна, спросите вы. Обычная такая страна, занимающая одну шестую часть суши и встречающая Новый Год до двенадцати раз на дню. Кто-то назовет это дикостью, но им нравится. А многие и вовсе не обращают внимания на остальные часовые пояса, считая полночь в столице единственно верной точкой отсчета. Ну да мы сейчас не об этом. Тем более что «Песня года» и вовсе проходит 18 декабря.

Александр Трофимов, «спец по спецэффектам», как любил величать себя он, всячески открещиваясь от родства и даже знакомства со своим именитым тезкой, сидел в своей каморке в самом сердце пресловутого дворца и возился со своей машиной. Все, что необходимо было сделать по работе, он давно наладил, и теперь увлеченно копался в недрах агрегата необычного вида. Это было его хобби. Александр – или Шурик либо Сан Саныч, как чаще всего его называли, - считал, что на свете не существует задач без решения. Вечный двигатель, преобразователь энергии, машина времени – вот задачи для настоящего изобретателя. С первыми двумя успехов пока не случилось, зато машина времени была близка к завершению.

Он как раз нырнул в трансформаторный блок, когда в его комнатку заглянул Васька, стажер-осветитель. Васька был балбес и лентяй, но временами в нем просыпался энтузиазм, и тогда он начинал хвостиком ходить за Шуриком, почитая того гением и необоснованно полагая, что простого наблюдения за деятельностью самого гения необходимо и достаточно, чтобы причаститься к высокой науке.

- Сан Саныч, что это у вас? – удивленно вопросил Васька, прихлебывая из картонного стаканчика дешевый кофе и одновременно откидывая со лба лезущую в глаза челку мандаринового цвета.

- Это новый пульт. Вот, привезли недавно. Я в нем пытаюсь разобраться, - не слишком умело соврал Шурик. Обычно его машина была скрыта под чехлом, и ему не было нужды сочинять объяснения. – А тебе разве не нужно быть сейчас на сцене и помогать команде осветителей?

- Да ну! – отмахнулся Васька. – Они там и без меня справляются. Делов-то: передвинуть два прожектора и проверить лампочки. У вас интереснее.

- Заниматься нужно не только тем, что интересно, но и тем, за что тебе платят, - назидательно сообщил Шурик. – Раз уж пришел, подай мне крестовую отвертку. Вон она, на пульте.

Васька отставил стаканчик и радостно побежал исполнять требуемое.

- Тю на вас, - он со смехом протянул отвертку, - за те деньги, которые мне платят, они должны мне спасибо сказать, что я ничего не ломаю.

«Это точно», - подумал Шурик, прилаживая упрямый контакт на место. Умение Васьки сломать любой прибор, которого касаются его шаловливые ручки, стало притчей во языцех. Если бы не его папа, начальник ремонтной бригады, которого все уважали, Ваську бы давно выперли пинком под зад.

Наконец, контакт встал на место. Теперь можно было опробовать машину. Желательно без свидетелей.

- Василий, будь другом, сходи на пост и подпиши мне журнал проверки, - попросил Шурик, втайне надеясь, что сказал это достаточно небрежно. Расчет был на то, что на посту Ваську мигом припашут к какой-нибудь работе, и он уже не вернется. А журнал можно будет попозже забрать.

- Конечно, Сан Саныч, я быстро, я мигом. – Васька радостно подхватился, уцепил со стола журнал и испарился за дверью.

- Скатертью дорога, - чуть слышно напутствовал его Шурик и запер дверь на ключ.

Он сел за пульт машины и простучал по клавишам. Машина вздохнула, точно живое существо и негромко завибрировала. Это был хороший знак. Вообще, то, что она не заискрила, было уже большим прогрессом. Шурик перевел рычаг на «1/4», скоординировал направленность испускаемого машиной луча и нажал на ввод. С минуту ничего не происходило, но это тоже было нормой – аппарат работал довольно медленно и долго разогревался. Затем стена с дверью подернулись дымкой и словно бы растворились. Стал виден полутемный коридор. Шурик сдвинул рычаг на сотую деления, и вторая стена коридора тоже стала прозрачной. По мере продвижения рычага растворялись все новые стены, пока все здание в этом направлении не превратилось в подобие старой детской игрушки – стеклянного лабиринта с шариком. Но это было лишь начало. Если перевести рычаг в положение «1/2», то стены будут не только прозрачными, но и проницаемыми. Собственно, он уже сделал одну машину в таком, карманном варианте. Она представляла собой маленькую коробочку размером с зажигалку «Zippo» (и была на всякий случай замаскирована под нее). Достаточно было щелкнуть ею у стены, чтобы та стала прозрачной, а если подержать «зажигалку» у стены секунд тридцать, то сквозь эту стену можно было пройти. Разумеется, Шурик никому про свой артефакт не рассказывал, справедливо опасаясь, что приборчик отнимут, а его самого упрячут так далеко, что и концов не найдешь. Впрочем, грандиозным успехом он свое открытие тоже не считал – его единственной целью была машина времени, а все прочее – так, побочные продукты.

А потому он уверенной рукой переключил на «3/4» и… задумался. Куда направиться для начала? В какой год, в какое место? Париж, 1870-й? Или 71-й? А почему туда? Тут Шурик вспомнил, что именно это название и эти цифры он видел в кино, куда ходил вместе с Нэллой в прошлую зиму. В январе, кажется. А потом еще несколько раз дома, когда Нэлла купила диск. Из «Призрака оперы», вот это откуда. Почему нет? Шурик набрал на пульте координаты и обернулся, чтобы посмотреть на фотографию, стоящую на столе. На ней Нэлла была снята в профиль и напоминала не то египетскую статую, не то Анну Ахматову.

Шурик познакомился с будущей женой на дне рождения у друга и с первого взгляда влюбился в худенькую девушку с жгуче-черной косой толщиной в руку и темно-карими, почти черными глазами, похожими на спелые вишни. Каким-то чудом ему удалось произвести на Нэллу благоприятное впечатление, они стали встречаться, потом поженились. Однако уже на исходе медового месяца банальности кончились. Вернее, одна банальность кончилась и началась другая, и историй таких множество. Он был технарем до мозга костей, она заканчивала хореографическое училище, он находил удовольствие в решении сложных задач, она с упоением слушала Брамса. И так во всем. В отчаянной попытке хоть в чем-то сблизиться с любимой женщиной, кроме постели и кухни (что, между нами, тоже было не самым удачным примером, ибо Нэлла готовить умела, но не любила, а Шурик – любил, но не умел), когда Нэллу приняли в труппу театра «Кремлевский балет», Шурик устроился на работу в Кремлевский Дворец. Теперь они общались чаще, хотя и не сказать, чтобы продуктивнее. И сейчас его жена была тут – поскольку за прошедшее время ей так и не удалось стать ведущей солисткой, она вдруг разочаровалась в танце и решила стать певицей, для чего брала уроки пения и приходила на все репетиции и концерты в надежде, что ее заметят и возьмут для начала хотя бы в подпевку.

Разворачиваясь обратно, Шурик зацепил забытый Васькой кофе, в отчаянной попытке поймать стаканчик грохнулся на пульт, шарахнув локтем по рычагу, отчего тот немедленно перелетел на отметку «1», но все равно упустил стаканчик. Бурая жидкость разлилась по корпусу, стремительно просачиваясь внутрь. Раздалось шипение и треск. Шурик схватил тряпку, чтобы промокнуть кофе, но его так тряхнуло током, что он плюхнулся обратно на кресло и вместе с ним впечатался в стену. Машина натужно гудела, излучение шарашило на полную катушку, а в довершении всего, защитный кожух излучателя вдруг потрескался и осыпался. Ослепительный луч разлетелся во все стороны – и исчез. Брызнула пара искр, а потом стало тихо-тихо.

Очнувшись от минутного оцепенения, Шурик бросился вперед и обесточил свой агрегат. А потом сел думать, какие могут быть у этой аварии последствия. По всему выходило, что никаких – луч держался не больше секунды, а этого недостаточно, чтобы поверхность превратилась в тоннель во времени. Чтобы это случилось, нужно было больше времени. Или несколько лучей. А машина одна. Ничего не будет.

Если бы только Шурик знал, как он ошибался!

3

ОМFG! Какое заманчивое начало!
Спасибо, просто нереально интересно прочитать дальше.

Ммм...  Интересно, кто же улетел в 1871, кроме на все руки Васьки? Что-то мне подсказывает, что главный гламурный белобрысый тенор...

Лупа, огромное спасибо за столь интригующее начало!

Вот только вопрос, проду с когда можно начинать выпрашивать ? А то уже хочется!  :blush:

Отредактировано Hand$ome (2012-01-04 20:09:58)

4

Hand$ome, OMFG, как я рада, что заказчику, кажись, нравится! :D

Ммм... Интересно, кто же улетел в 1871, кроме на все руки Васьки? Что-то мне подсказывает, что главный гламурный белобрысый тенор...

Васька-то как раз остался.)) А без белобрысого тенора нам не обойтись, аккурат вчера про него и писала. Но там и помимо него будет кому разгуляться.))

Вот только вопрос, проду с когда можно начинать выпрашивать ? А то уже хочется!

Нууу... Думаю, с завтра уже можно начинать. :D

ЗЫ: А клип еще не видела? Это такой общий подарок для всех к Новому Году (в "Фанвидео" лежит).

Отредактировано Lupa (2012-01-04 20:24:01)

5

бегу на премьеру клипа!

6

Прода вышла не слишком веселой, потому как у Лупы нынче было лиричное настроение.)))
_____________________________________________________

Звезда эстрады Алла Борисовна Разина (а для краткости просто Примадонна) сидела перед тройным зеркалом своей личной гримерной и задумчиво водила по носу кисточкой для пудры. Занятие это было в основном медитативное и по большей части бессмысленное, потому как возрастные изменения кожи не скроешь ни пудрой, ни тональным кремом, да и пластическая операция не всегда спасает. Разве что фотошоп поможет, да откуда ему взяться во время «живого» выступления. Недостатки голоса скрыть проще – фонограмма тебе в помощь, особенно если все тот же возраст вкупе с сигаретами и алкоголем разболтали голос до последнего предела, только иногда, если очень постараться, можно зазвучать чисто и мощно, как когда-то.

Сии философские размышления были прерваны стуком в дверь.

- Открыто, - буркнула Примадонна, отрываясь от созерцания своего отражения.

- Аллочка, ты представляешь, эти неандертальцы подселили ко мне твоего парикмахера! Говорят, гримерки все забиты, больше некуда. Они что себе думают? Я, между прочим, лауреат кучи международных конкурсов!

Это был Коля Галлов, который всерьез мнил себя великим оперным певцом и молодым талантом, а эстраду называл хобби. Был он мил и неуклюж и больше всего походил на щенка лабрадора, которого так и хочется потискать и потрепать по золотистой плюшевой шерстке.

- Коля, не истери, - осадила его Примадонна. – Ничего страшного с тобой не случилось. Подумаешь, подселили соседа! Это всего на несколько часов, жить с ним в одной комнате тебе не предлагают. И потом, Сережа действительно очень хороший парикмахер, виртуоз своего дела и тоже лауреат международных конкурсов.

- Вот и сидел бы у себя в салоне! – Коля горестно упал на жалобно заскрипевший диванчик и картинно уронил лицо в ладони, завесившись льняной челкой. – Что его на сцену-то понесло?!

Примадонна отложила кисточку и пожала плечами.

- Захотелось. В шоу-бизнесе он не новичок, на сцене смотрится эффектно, пусть себе поет. Тебе жалко? Можно подумать, у нас все поголовно с музыкальным образованием на эстраде пасутся!

- А вдруг он из этих? – Коля поднял на нее умоляющие глаза. – Разберись, пожалуйста. Ты же у нас вроде как руководитель.

- Из каких этих? – не поняла сперва женщина. – Ааа… Не знаю, свечку не держала, да и какая тебе разница? Он к тебе приставал?

- Н-нет.

- Ну и перестань тогда выкаблучиваться. Свободных гримерных нет и не будет.

Снова раздался стук.

- Алла, можно к тебе?

- О, легок на помине. Заходи. – Примадонна мысленно возвела очи горе, понимая, что сейчас состоится отвратительная сцена, дай бог, чтоб не перешедшая в рукопашную.

Половую принадлежность того, что возникло на пороге, с первого взгляда было определить довольно трудно – в основном из-за кучи перьев, блесток и мишуры. Глаза слепило. Приглядевшись, однако, можно было угадать скрывающегося за этим великолепием высокого худощавого мужчину с осветленными волосами с «химией», подведенными глазами и чрезмерно пухлыми губами явно неестественного происхождения.

- Алла, этот «великий тенор» устроил мне скандал! – с ходу заявил он. – О, вот и он, легок на помине! Успел добежать раньше и уже пожаловался?

- Я попросил бы! – возмутился Коля, привставая.

- А что, я неправ?! Алла, мне собирать вещички? Я тогда вообще выступать не буду!

Сергей Птицев, прекрасный парикмахер и замечательный стилист, создавший себе образ пригламуренного нечта и откровенно таким образом высмеивающий весь так называемый «бомонд», прошествовал в комнатку и демонстративно уселся на стул в противоположном углу от диванчика.

- Скатертью дорожка!

- Мальчики, хватит! – рявкнула Примадонна, мигом заткнув обоих. – Сережа, ты остаешься на месте. Да, Коля, я все решила. Можно подумать, ты первый раз. Или кто-то специально устроил. Хватит.

- Ты как хочешь, а я с ним в одной гримерной не останусь! – решительно заявил Галлов.

- И что, мне тебя к себе взять, а?

- У меня гримерная пустует, - раздалось от двери. Там, скрестив руки на груди и привалившись плечом к косяку, стоял молодой, но вполне известный пародист Максим Сойкин. – То есть не совсем пустует, - тут же поправился он, - но я там один, пока никого не подселили. – Сергей, пойдете?

- С удовольствием, лишь бы подальше от этого…

- Сам ты «этого»! – опять вскинулся Галлов.

- Так, не начинайте, и без вас голова кругом! – прекратила второй виток скандала Примадонна. – Отлично! Сережа, иди к Максу, нет, сначала скажи своим ассистентам, чтобы перенесли вещи. Ну, все довольны?

- Вполне, - нестройным хором ответствовали мужчины.

В этот миг поверхность тройного зеркала засветилась мягким голубоватым светом.

- Это еще что за х..ня? – Примадонна еще успела обернуться, чтобы посмотреть, когда…

Буке, прихрамывая, тащился по пыльному проходу за сценой. Стычка с Призраком до сих пор давала о себе знать ломотой во всем теле и болью в поврежденной ноге – удирая от разгневанного «привидения» едва ли не на карачках, он навернулся с лестницы, а потом еще припечатался в стену. Поэтому временно был отстранен от работ наверху и был, что называется, на подхвате. К примеру, в данный момент он тащил моток толстой веревки и ворох каких-то тряпок из прачечной. Остановившись передохнуть, он оперся о пыльное зеркало, которое неизвестно что забыло среди задников и противовесов. Хмыкнув, Буке смахнул с него пыль свежевыстиранным костюмом Дон Жуана, чтобы оценить внешний вид зеркала, одновременно прикидывая, как бы половчее вынести его с черного хода и в какой ломбард будет сподручнее сдать. Зеркало оказалось красивым, рама не просто так, а позолоченная. Короче, дорогая вещь. Видимо, реквизиторы забыли с какого-то спектакля.

За этими мыслями Буке не заметил, как зеркало осветилось.

- Что за х..ня? – удивился он, и тут…

Карлотта сосредоточенно разглядывала свое отражение в зеркале гримерной.

- Я не понимать, почему мы все идти на поводу у этого… виконта! – практически выплюнула она. – Он ставить этот дурацкий «Дон Жуан», а главную роль играть не я! А эта… la puta! Неслыханно! Я уезжать! Конец сезона – и все, ноги моей не будет в Париже! – От злости прима переломила деревянную ручку гребня и даже не поморщилась, когда ей в палец вонзились мелкие занозы.

- Дорогая, не все так плохо, - попытался утешить ее Пьянджи, которого она буквально силой затащила в свою гримерку – исключительно ради того, чтобы снова пожаловаться на жизнь. За последнее время ему довелось услышать с полсотни подобных монологов, так что ничего нового он не услышал. – Они поймают Призрака, виконт заберет эту Кристину себе, и все пойдет своим чередом. Это временно.

- Тебе хорошо говорить, ты не прима, и провальный спектакль, на котором полицейских будет больше, чем зрителей, на твоей репутации никак не отразится, - горько ответила Карлотта, от расстройства позабыв про необходимость имитировать итальянский акцент. Когда-то давным-давно ее антрепренер убедил ее, что это добавит ее образу пикантности. А потом публика запомнила ее итальянкой, и акцент почти въелся в ее нутро. Но в минуты сильного волнения в ней проглядывала босоногая девчонка из Марселя.

- Ну, спасибо за комплимент. – Убальдо обиделся. – По твоим словам моего присутствия там вовсе не заметят.

- Ах, каре мио, ты прекрасно понял, что я имею в виду. После «Il Muto» малейший промах будет поводом говорить, что моя карьера идет под уклон. Но я не позволю! Я еще так молода!

- Да, дорогая, - вздохнул Пьянджи, прекрасно поняв, что, как и всегда, прима думает лишь о себе. Но он любил ее и такую. Она вообще умела быть разной, его дорогая Карлотта.

- Ну ничего. Ты прав, эту инженю заберет виконт. Он ведь, кажется, всерьез собирается на ней жениться – совет, как говорится, да любовь – значит, петь она больше не будет. Виконтессе не пристало.

Карлотта усмехнулась и повернулась к Убальдо. Бледность, внезапно разлившаяся по его лицу и так не вяжущаяся с общей дородностью его облика, немного обескуражила женщину.

- Что с тобой, ты такой бл…

- Т-там… - Пьянджи вытянул вперед дрожащий палец, указывая куда-то за плечо Карлотты.

Он ясно видел, как поверхность зеркала осветилась голубоватым светом. И в этот момент…

- Я не имею права на ошибку, - пробормотал Призрак, вглядываясь в свое отражение.

Маска придавала ему загадочности, и теперь он проклинал это впечатление – ведь если бы не оно, женское любопытство его Ангела никогда не сподвигло бы ее на этот поступок, на эту глупость. Он искренне считал, что все пошло наперекосяк именно из-за того, что Кристина сняла с него маску, каким-то непостижимым свойством психики исключая из памяти все свои последующие действия, все эти крики и метания, огромную кучу глупостей и поистине верх идиотизма – драку с виконтом на шпагах.

- Скажи мне, друг мой, ты ведь все продумал? Конечно, все. Кристина не сможет устоять перед моей музыкой. Это же сама любовь, воплощенная в мелодии. Маленькие черные значки несут в себе всю печаль и боль мира – так, кажется, она тогда сказала этому пижону. А потом… - Призрак на секунду прикрыл глаза. Он был не в состоянии думать о том, что случилось потом. Что какой-то напыщенный юнец сорвал поцелуй с губ девушки, которая должна была всецело принадлежать ему одному. Которую он не смел тронуть пальцем, и высшим счастьем почитал легкое касание маленькой ладошки к своей щеке. Слава богам, к той, что дьявол не пожелал изуродовать. Иногда Призрак думал, что если бы его лицо было уродливо полностью, ему было бы легче примириться с собой. А этот контраст… он лишь еще больше подчеркивал то, каким он мог бы быть – и каким был на самом деле.

Глубоко вздохнув, Призрак снял маску, и сам невольно зажмурился, чтобы не видеть своего лица. Потом наощупь нашел маленькое прямоугольное зеркало с ручкой и приставил ребром к носу. И наконец открыл глаза.

В зеркале отражался красивый мужчина. Не смазливый юноша, но благородный муж. Прямой нос, крупные правильные черты лица, выразительные глаза и губы… Если бы он был таким, никакой виконт не мог бы с ним тягаться. Если бы он был таким, вся его жизнь могла бы сложиться иначе: не было бы бродячего цирка, и клетки, и милосердия Антуанетты, и театра… И Кристины. Но представить себе, что он мог бы никогда не узнать Кристины, Призрак был не в силах. А потому закрыл глаза и опустил зеркало.

- Смирись с тем, что имеешь, и верь, что Кристина полюбит тебя. Хотя бы за музыку. Я не верю, но я постараюсь поверить. Именно поэтому ты ослабил крепления люстры. Это на всякий случай, там будет полно полицейских.

Такие диалоги с самим собой Призрак устраивал довольно часто. Привык за долгие годы одиночества быть единственным для себя умным и образованным собеседником. Иногда это общество казалось ему достаточным, но иногда хотелось перерезать себе глотку во время бритья – чтобы прекратить эту бесконечную пытку – его жизнь.

- Хватит ныть! Соберись! Скоро тебе предстоит самое главное выступление в жизни, - прошипел Призрак сквозь стиснутые зубы и потянулся, чтобы взять маску.

Поэтому он не видел, как зеркала в его подземном доме ярко вспыхнули голубым светом. А потом…

Поверхности зеркал покрыла рябь, искажающая отражения, сквозь которые стали проступать иные очертания. Очертания совсем другого мира. Другого времени. Стекло, покрывавшее амальгаму, словно бы истончалось, открывая проход. Из разрыва вырвались яркие лучи, и все, кто стоял рядом с этими странными зеркалами, почувствовали, что сами как будто истончаются и летят куда-то. И было бесконечное кружение…

Отредактировано Lupa (2012-01-06 15:36:25)

7

Lupa,
ну я бы не сказала, что главка грустная вышла - особенно в свете описания нашей эстрады  :D .

Зверь Сергеев порадовал особенно.  :) Только АБ разговаривает у тебя, как дама из благородного пансиона. Ну до последнего момента.

Отредактировано Hell (2012-01-10 17:54:21)

8

Мне нраааавится  :D  Страшно подумать, что из этого получится. Но посмотреть-почитать очень хочется. Как там Колечка ) И все-все-все.
Я боюсь, что Примадонне и компании все обойдется более-менее, и не к такому привыкли, а вот бедняга ПО ))
Lupa  :give:
и уже хочется ещё  :blush:

9

ОМГ, и вся эта пригламуренная попсовая компания попадет в 19 век?  :shok: Бедная Опера Популер, да они ж там такое устроят!   :sos: Боюсь, что события фильма покажутся детским утренником.  :D А вдруг Кристина увлечется белобрысым тенором? Это ж её любимый типаж.  :sp:
Lupa, спасибо :give:

10

Просто чудесно!
Очень понравились чудные переделки навязших на зубах глумурных имен ( от слова "глумиться")  :) .
Но просто теряюсь, пытаясь представить дальнейшее развитие событий...

Разве что личный парикмахер одной Примадонны забацает прическу другой, хотя у Пьянжи тоже был карлик- наперстник (?)

Очень интересно дальше!!!

11

Lupa, а дальше ничего нету пока? Жду с нетерпением.

12

Lupa, это прелесть, что такое! :clap:
Я знала, что у тебя можно будет найти самое лучшее лекарство от зимней депрессии - практически каждая строчка наполнена твоим потрясающим юмором. Жаль только, что таблетка оказалось слишком маленькой.....  :cray:
Но ты разрешила выпрашивать добавку!  :blush:
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста......Что же там дальше-то произойдет?

13

http://s018.radikal.ru/i513/1201/08/3fe840a1f31b.gif
(тихонько звучит романс в исполнении Высоцкого):
В чистом поле васильки, дальняя дорога.
Сердце рвется от тоски - хочет к фику проды...

14

Да, я слоупок... *фейспалм.жпг*
Но у Лупы случилось праздничное настроение, поэтому случилась и прода.)) Надеюсь, что хотя бы к этому Новому Году, я закончу хотя бы этот долгострой...

Немного придя в себя от удара током и переведя дух, Шурик отвинтил верхнюю панель пульта, дабы оценить нанесенный ущерб. К его огромному облегчению, жидкости в стаканчике было немного – Васька успел его ополовинить – но и того, что осталось, хватило, чтобы закоротить и расплавить с пяток контактов. Ладно, решил Шурик, остальное высушу, а эти придется менять, но уже потом, когда закончится праздничная суматоха. Опять же, из-за праздников половина нужных магазинов будет закрыта, а во второй половине будет не продохнуть от покупателей.

Закрыв таким образом вопрос, Шурик накинул на машину защитный кожух и направил стопы в сторону поста. Журнал забрать. По дороге он несколько раз по привычке начинал думать над ремонтом, составлять в уме план работ, одергивал себя, стараясь переключиться на предстоящий праздник, когда они с женой смогут побыть вдвоем и… на этом моменте мысли Шурика снова сбивались, потому что это было то, о чем он думать не хотел категорически. Потому что больше всего на свете он боялся, что Нэлла решит от него уйти именно под Новый Год – у нее, как и у многих творческих людей была страсть приурочивать значимые события своей жизни к значимым событиям в жизни мирового сообщества.

Да, каждый год у Шурика случалось несколько плохих дней, которые он проводил в тревожном ожидании, успокаиваясь, лишь когда праздник заканчивался.

Ровно через пять минут после ухода Шурика в углу его каморки возникло сперва голубоватое свечение, а затем коренастая, слегка скособоченная фигура.

– Ох ты! – негромко вскрикнул Буке – а это был он – и заозирался. – Куда это я попал?

На ад место было не похоже. Во всяком случае, на тот ад, про который толковал святой отец. Скорее, обстановка напоминала столь знакомое ему закулисье: тесная темная комнатка, уставленная непонятными предметами.

Посему Буке не особо испугался. Он по-хозяйски огляделся и приметил на полу какую-то блестящую штучку. Он поднял ее – это была маленькая железная коробочка. Наверняка дорогая, подумал Буке, потом разберусь…

Кряхтя и морщась от боли, он поднял коробочку, засунул ее в карман и быстро скрылся за дверью.

Уже на подходе к посту Шурик понял, что там что-то случилось: по коридору разносилось эхо возмущенных голосов, сливающееся в неразборчивую мешанину. Свернув за угол, он обнаружил в конце коридора толпу народа. Девочки из подтанцовки галдели и перешептывались, иногда среди них мелькали черные куртки громко возмущающихся и то и дело гаркающих что-то в рацию охранников. А над всем этим плыл красивый звучный голос, быстро и яростно тараторящий какую-то абракадабру. Шурик прислушался и подумал, что язык похож на итальянский, и недоуменно нахмурился: насколько он помнил, иностранцы в списке исполнителей не значились.

А еще он абсолютно точно где-то уже слышал этот голос.

Он аккуратно просочился сквозь толпу, по пути здороваясь со знакомыми, и оказался в центре. С противоположного края ему махнул журналом Васька. Шурик рассеянно махнул ему в ответ и сразу же забыл об этом. Он вообще забыл обо всем на свете, потому что прямо перед ним во всем своем ярком великолепии стояла Карлотта из того самого фильма, о котором он недавно вспоминал, и вдохновенно орала на начальника службы охраны, безуспешно пытавшегося выяснить, кто она такая и как сюда попала. Начальника можно было понять, все-таки Кремлевский дворец, охраняемый объект и все такое – и вдруг какая-то левая тетка!

Возле Карлотты молча топтался тучный Пьянджи, стараясь не привлекать к себе внимание. Шурик удивился, что никто, кроме него, не узнал «иностранцев»: даже он, которого фильм не сказать чтоб увлекал, запомнил колоритную парочку за те несколько раз, когда жена устраивала «сентиментальный вечер», как Шурик это называл. А уж девушки, небось, засмотрели «Призрака Оперы» до дыр. Потом он вдруг понял, что никому и в голову не может прийти, что перед ними персонажи фильма. Это он, Шурик, подумал о них первым делом, потому что вспоминал совсем недавно…

В этот момент Шурик осознал, что малой кровью ему авария не обошлась. Агрегат сработал на все сто и перенес сюда людей из прошлого – из выдуманного прошлого, черт побери! Шурик похолодел. А что еще могло произойти? Кто еще мог сюда попасть? И самое интересное – не попал ли кто-нибудь отсюда в прошлое?

Они летели, летели, летели…

Приземление вышло неудачным. И мокрым.

– Бл..дь! – смачно выразила общее впечатление Примадонна, выныривая и отфыркиваясь. Намокший парик резко потяжелел и съехал набок, закрывая обзор.

– Ну ваще, пипец шуточки! – громко возмущался где-то сбоку Птицев, – это что, шоу «Скрытая камера»? Почему меня не предупредили?!

– Что за хамство? Испортили костюм! Какое неуважение! Я же могу простудиться! – вторил ему с другой стороны Галлов.

– Ша, ребята! – раздался спереди голос Сойкина. – Гляньте-ка, куда нас занесло! Алла Борисовна…

Примадонна почувствовала, как кто-то взял ее за руку и повлек за собой. Свободной рукой она стянула потерявший всякий вид парик, больше похожий теперь на комок водорослей, и огляделась.

Они упали в какой-то пруд, но над головой было не небо, а темный свод пещеры, и сейчас Сойкин вел ее в сторону берега. Пещера впечатляла. Кругом свечи-свечи-свечи, все завалено барахлом и завешено тканью, на возвышении стоит самый натуральный орган, у берега притулилась крохотная пристань, а на мелких волнах пруда покачивается гондола.

Примадонна закрыла глаза и незаметно ущипнула себя. Все это: обстановка, вода, пещера, в конце концов, окружающая ее компания, не могли быть ничем иным, кроме как плодом ее воображения. Должно быть, это из-за переутомления, думала она. Но щипок оказался довольно болезненным, а антураж и не подумал меняться или исчезать.

– Аллочка, скажи, что это дурацкая шутка, – попросил ее выбравшийся следом Птицев. В облепившем тело мокром костюме, с обвисшими перьями и потускневшими стразами, с торчащими во все стороны мокрыми кудрями он походил на помесь печального кузнечика и Пьера Ришара.

– Сергей, ты думаешь, я способна на такие шутки? – серьезно спросила его Примадонна. – Я понятия не имею, что случилось и где мы.

– Вот, вот, я уже чувствую, в горле першит, я заболеваю! – простонал Галлов, выползая из пруда на четвереньках. – Мне срочно, просто жизненно необходимо выпить теплого молока!

– Ага, сейчас только корову найду и подою, – фыркнула Примадонна и передернулась – все-таки водица в пруду была и впрямь холодная.

– Где-то я все это уже видел… – задумчиво протянул Сойкин. Он отпустил руку Примадонны и поднялся по лестнице к органу. – Точно! Вспомнил! Смотрите, что я нашел!

Сойкин повернулся и поднял находку над головой. На фоне темного потолка ярким пятном выделялась белая полумаска. Примадонна тоже ее узнала.

Но этого просто не могло быть!

Сначала было очень темно и душно. Он завозился, отпихивая от себя что-то мягкое и спутанное. Через некоторое время его усилия увенчались успехом, и он с наслаждением вдохнул воздух. Вокруг по-прежнему было темно, но его привыкшие к вечному сумраку подземелий глаза вскоре смогли различить покачивающиеся над ним вешалки и узкую полоску света впереди. Мягкое и спутанное оказалось ворохом одежды. Он поднял руку и снял с уха узкую лямку зацепившегося за него непонятного предмета. Поднеся предмет поближе к глазам, он с некоторым смущением заметил, что тот слишком уж напоминает часть корсажа, а он лелеет в ладони как раз ту часть, в которой… Кровь прилила к лицу, и он поспешно отбросил сей сомнительный предмет туалета.

Кое-как выбравшись из кучи, Призрак поднялся на ноги и подошел к двери. Прижался ухом.

Там определенно была какая-то возня. Много народу, и вроде бы только женщины. «Гримерная», пришло на ум единственное разумное объяснение. Он послушал еще. Язык, на котором говорили на той стороне, показался ему знакомым. Какой-то славянский, может быть, русский. Припоминая все, что он успел выучить во время приключений в этой далекой северной стране, Призрак сильнее напряг слух и вскоре смог разобрать и опознать некоторые слова. По мере того, как он прислушивался, разговор становился все понятнее…

Призрак так увлекся, что не заметил, как навалился на дверь, которая вовсе не была закрыта, а лишь слегка прикрыта. Едва не вылетев наружу, он успел ухватиться за ручку и притянуть дверь обратно. Та предательски скрипнула и откинула ручку. Не удержавшись на ногах, Призрак рухнул обратно на груду тряпья.

– Девочки, вы слышали? Какой-то шум в гардеробной! – послышался с той стороны пронзительный женский голос.

– Может, мыши? – сказал кто-то и был встречен дружным визгом. – Да ладно вам, девочки, что тут такого?

– Вот если ты такая храбрая, так иди сама и проверь, – предложил пронзительный голос.

Призрак понял, что с минуты на минуту его обнаружат, и тогда визг будет такой, что сбегутся жители окрестных домов. Он поднял руки, чтобы хотя бы поправить парик, и в ужасе отдернул их – лишь затем, чтобы секунду спустя в панике начать ощупывать свое лицо.

Маски не было.

Боже, что сейчас будет!

Что же делать?

Возможно, маска осталась там, под одеждой?

Призрак быстро развернулся и принялся судорожно перебирать тряпье, уже не заботясь о том, что это и для какой части тела предназначено.

За этим сомнительным занятием его и застала открывшая дверь храбрая девушка.

– Ух ты! А тут мужчина! – с веселым удивлением сообщила она товаркам.

– Иди ты! Покажи! Где он? – загалдели они и, видимо, столпились у входа – совсем заслонив проникший было в подсобку свет.

Поняв, что дальнейшие поиски бессмысленны, а выглядит он сейчас очень глупо, Призрак глубоко вздохнул и выпрямился. Возможно, если он не будет поворачиваться к ним уродливой половиной лица и постарается скорее выбраться отсюда, все еще обойдется. Он скажет, что рабочий сцены, что он новенький, что…

– Эй, ты заблудился, что ли? – спросила его та самая храбрая. – Новенький? Или, – тут она хихикнула, – фетишист?

Призрак выстроил в уме предложение.

– Я новьенький, – ответил он, молясь, чтобы акцент был не так заметен.

Бог никогда не слышал его.

– Ой, да ты не русский! – еще больше удивилась храбрая, – Эстонец, да?

Сначала Призрак хотел согласиться, но потом подумал, что среди девушек – да вот эта, настырная, к примеру, – могут быть загадочные эстонки, и тогда его подловят на вранье, и тогда… Он покрылся холодным потом и помотал головой.

– Франсия, Париш, – добавил он для надежности.

– О-ля-ля! – вразнобой загалдели девушки.

– Да повернись ты уже, наконец! – потребовала одна из них, кажется, та, которая подначивала храбрую. – Мы не кусаемся.

Он ждал этих слов. Со страхом ждал – и не знал, что делать.

Должно быть, он тянул слишком долго, потому что внезапно почувствовал, как его ухватили за запястье и потянули назад, в сторону дверного проема. Инстинктивно упершись, Призрак смог притормозить движение, но в этот момент несколько тонких ручек вцепились ему в рубашку и принялись поворачивать. Он не мог уследить за всем сразу…

…и свет ударил ему в глаза.

Он стоял перед стайкой скудно и ярко одетых девушек, с любопытством его рассматривающих. Открытый всем взглядам, всем насмешкам, презрению и страху.

– Парень, а у тебя шикарная фигура, – сказала вдруг одна из девушек – эффектная блондинка с чрезмерно пухлыми губами. Кажется, это она подначивала.

Впрочем, Призрак уже ни в чем не был уверен: слова доходили до него будто сквозь туман, все расплывалось перед глазами. Никто не кричал, не убегал и не тыкал в него пальцем.

– И мускулы будто стальные, – добавила храбрая. Она все еще держала его за руку, и Призрак невольно перевел взгляд на нее.

Невысокая, черноволосая, она с доброжелательным интересом глядела на него темно-карими, похожими на спелые вишни, глазами, так некстати напомнившими ему о… Призрак мысленно оборвал себя. Вдруг в глазах девушки проскользнуло острое удивление, зрачки расширились, рот округлился.

Началось, подумал Призрак и попытался выдернуть руку, но не преуспел – наоборот лишь подтащил девушку ближе к себе.

– О, Нэллка, молодец. За такого красавчика стоит держаться, – засмеялась блондинка.

– Ей-то зачем? – вынырнула у нее из-подмышки круглолицая девушка с волосами какого-то дикого цвета. – У нее муж…

– Да ну, какой там муж, одно название, – отмахнулась блондинка.

– Фу, Оля, что ты такое говоришь! – возмутилась черноволосая Нэллка. – Девочки, кажется, я его знаю. Он свет ставит. Я отведу его к бригадиру. Я быстро.

– Ню-ню, – фыркнула Оля, явно ни на йоту не поверив.

Но Нэллка споро потянула Призрака к выходу из комнаты. Они выскочили в коридор, и девушка толкнула Призрака за угол, где был небольшой тупичок и закрытая на висячий замок дверь из железа и закрашенного почти доверху белым стекла.

– Мистер Батлер, что вы тут делаете? – зачастила она, буквально прижав его спиной к вышеупомянутой двери. – Ой, что я говорю! Вы, наверное, русский плохо понимаете, – и она попробовала сказать то же самое на ломаном английском.

– Я вас понимайт, – прервал ее Призрак, немало ошарашенный ее напором и в целом оказанным ему приемом.

– Ой, вы говорите по-русски! – восхитилась Нэллка. – Вас кто-то из звезд пригласил, да? Алла Борисовна? А почему вы в образе Призрака Оперы? Вы будете петь?

Призрак дернулся. Эта пигалица знала, кто он такой. И никак на это не реагировала. Он прокрутил в голове ее недавние слова и его осенило: она его с кем-то путает. С кем-то, кто притворяется Призраком Оперы. Горло захлестнул гнев, и Призрак не смог выдавить из себя ни слова, лишь стоял и метал глазами молнии.

– А можно потрогать? – не унималась девушка. – Сколько ни смотрела, никак не могу понять, где проходит леска, которая веко оттягивает.
И она потянула руки к его лицу.

Отступать было некуда – спина упиралась в дверь, – и Призрак вытянулся в струнку, стремясь избежать нежелательных, недопустимых прикосновений. Господи, он же не жук на булавке и не ваза какая-нибудь, чтобы его щупать и изучать!

Но, увы, девушка явно не собиралась мириться с трудностями: она тоже вытянулась, может, даже встала на цыпочки и положила ладонь ему на щеку, провела пальцами от нижнего века по скуле к подбородку… Нахмурилась. Призрак зажмурился. Что бы он себе не говорил, прикосновение было приятным. Да что там – он никогда не испытывал ничего подобного. Никто и никогда…

Девушка снова провела пальцами по его щеке, на сей раз коснувшись губ. Потом ощущение пропало, оставив после себя только слабый отголосок.

Призрак осторожно приоткрыл один глаз.

Эта Нэллка смотрела на него пугающе огромными глазами, ее рот округлился в букву «о».

– Вы – это он, – выдохнула она, – это же не грим, правда?

Он не смог ничего ответить, просто вернул ей взгляд – и, видимо, она что-то поняла:

– Ой, мама! Это, наверное, Шурик! Это он натворил. Надо его найти и прищучить. Идемте! – девушка решительно дернула его за собой и зацокала каблуками по коридору.

Призрак мало что понял из ее слов, но не стал сопротивляться. После всего, что только что произошло, он страстно жаждал забиться в какой-нибудь темный уголок и переварить события последнего часа – уж больно они были странными и невероятными. Но эта девушка, кажется, хочет ему помочь.

А главное – совсем не боится. Ни его лица, ни его самого.

Шурик стоял в первом ряду толпы, стискиваемый с двух сторон гибкими девичьими телами. Мозг лихорадочно работал, едва не исходя паром от перегрева. Как их вытащить – начальник охраны наверняка не отпустит Карлотту и Пьянджи просто так, за красивые глаза. Как пить дать запрет где-нибудь, а потом устроит допрос с пристрастием на предмет того, не экстремисты ли они? Решение пришло само собой. Даже смешно, что он не догадался быстрее.

– Николай Иванович, это итальянские артисты, их Алла Борисовна лично пригласила, а они заблудились, – выпалил Шурик, смутно надеясь, что Примадонна не узнает о том, что он воспользовался ее именем.

– Да? И кто они, по-твоему? – недобро прищурившись, вопросил начальник охраны.

– Аль Бано и Рамина Пауэр, – брякнул Шурик первое, что пришло в голову.

Николай Иванович нахмурился; затем его лицо посветлело, и он закивал:

– Как же, слышал. Ну давай, Сусанин, проводи их. И попробуй уж объяснить, что им не стоит покидать гримерные до начала репетиции. Во избежание, так сказать.

Шурик закивал, как китайский болванчик, скользнул к Карлотте, выразительно на нее посмотрел и согнул руку в локте. Карлотта оказалась на редкость сообразительной дамой и повисла на его руке. Поддерживаемая с другой сторону Пьянджи, она величественно проплыла сквозь толпу и, не увеличивая темп, достигла угла коридора.

Все это время Шурик мучился над вопросом, как же ему объяснить этим людям, в какую нелепую и фантастическую ситуацию они попали. И стоило им только свернуть за угол, как он притормозил и развернулся.

– Синьоры, я вам все объясню, – начал он на ломаном английском – если письменно он владел предметом, то разговорной частью попросту никогда не занимался ввиду отсутствия необходимости. – Я отведу вас к себе в комнату, там есть все, что нужно.

– Где мы? – неожиданно деловито спросила Карлотта без малейшего акцента, да так четко, что Шурик ее понял.

– Я все объясню, – повторил он, – когда мы дойдем. А теперь сохраняйте спокойствие, пожалуйста.

Шурик скрестил мысленно пальцы, надеясь, что не успел оттащить домой универсальные ретрансляторы.

К счастью, ретрансляторы были на месте – на его рабочем столе среди груды другого, без сомнения супергениального и столь же супербесполезного хлама. Шурик деловито отряхнул их от пыли, даже протер краешком рубашки, наскоро настроил и вручил своим гостям, жестами показав, что приборы нужно крепить за ухом. Последний он повесил на себя.

– Так… проверка связи, – сказал он, – вы меня понимаете?

Карлотта на миг застыла, но потом решительно кивнула:

– Понимаю. Что это за фокус? Чревовещание? Мне кажется, будто вы сидите у меня на плече…

Было очень странно видеть, как губы женщины шевелятся совсем невпопад с теми словами, которые она произносит, но Шурик решительно отбросил эти мысли как лишние.

– Это специальный механизм, – постарался объяснить он без ненужных подробностей. – Он переводит слова с одного языка на другой. Так у вас не будет проблем с общением…

Тут вмешался Пьянджи:

– Вы можете сказать, где мы?

– Хмм… – неуверенно протянул Шурик, – а что вы помните?

– Свет, – быстро сказал толстяк. – Я видел, как засветилось зеркало. Потом все потемнело…

– И так быстро кружилось… – добавила Карлотта.

– И вдруг мы оказались там, в странном месте. – продолжал Пьянджи, – среди странных людей. И этот сердитый человек что-то кричал…

– Это начальник охраны, – рассеянно пояснил Шурик. Он честно не знал, как рассказать этим людям, что они попали в другое время и, скорее всего, застрянут здесь на долгое время – по крайней мере, пока он не починит машину.

– Так где мы? – решительно, эта женщина, Карлотта, точно знала, чего хочет.

– Вы переместились во времени. Примерно на 135 лет, – вздохнул Шурик. – И я не шучу и не сошел с ума. Это я во всем виноват…

Против его опасений, ни Карлотта, ни Пьянджи не стали возмущаться, скандалить или крутить пальцем у виска. Они просто стояли и смотрели на него, ожидая продолжения.

15

Вот это уж точно неожиданный подарок! :D
Lupa, так держать! appl
А можно по такому же подарочку и в остальных темах? :blush:

16

А я уже было потеряла всякую надежду на продолжение, а тут такой приятный сюрприз!  :yahoo:
Порадовало, что богемная тусовка оказывается смотрела "Призрака Оперы"  :D

– Аль Бано и Рамина Пауэр, – брякнул Шурик первое, что пришло в голову.

Видать придется им Феличиту петь  :hey:
Надеюсь, что вдохновение автора не покинет.

17

УРА! ПРОДА! :hey:

Какая у Вас Карлотта! :clap:  :clap:

Интересно, что будет петь Алла Борисовна.  :)  Правда, Призрака на месте нет - потому упавший задник ей не грозит...

Жду следующую главу. И

Пусть автора не покидает муза,
И продолженьем насладятся все от пуза. :tease:

Ой, не то. :blush: А, вот:

Пусть Вас не покидает муза,
И вдохновенье строки принесет,
Пусть пишется легко и с наслажденьем,
А множество идей заснуть Вам не дает!

В общем, жду следующую главу. С нетерпением. :give:

18

Хо-хо *ликующие вопли*  :yahoo: продолжение!!!
Вот значит каким образом они поменялись ) За обеих примадонн можно не беспокоиться ) А вот бедный Галлов )))) и за кого примут Сойкина... подумать страшно )
ПО порадовал. В нашем времени всего несколько минут и уже обрел поклонниц )) Буке тоже хорош. Хозяйственный мушшына! Такому в хозяйстве все пригодится.
Что же будет дальше. Жду продолжения )

Lupa, спасибо  :give:

последнийгодзимы http://s17.rimg.info/697dd3fc3b9b62016cacbfb86f300330.gif

Отредактировано Deydra (2012-12-17 20:29:29)

19

Довольно скоро Буке заплутал в длинных, извилистых, хотя и – к счастью – освещенных коридорах. Он не мог с уверенностью сказать, проходил ли он дважды через одно и то же место. Иногда в коридорах встречались люди, но даже издалека они выглядели так странно, что Буке почитал за лучшее побыстрее скрыться с их глаз.

Наконец больная нога дала о себе знать с особой отчетливостью, и Буке, недолго думая, опустился прямо на пол, прислонившись спиной к стене.

– Кто так строит… – пробормотал он, мысленно проклиная всех высоколобых и высокомерных архитекторов, которых хлебом не корми – дай сделать что-нибудь запутанное, натыкать всюду бестолковых тупиков, навесить беспорядочно дверей, так чтобы потом про половину из них забыли.

В родной Опере было то же самое. Правда, там это играло ему на руку: можно было отыскать кучу полезных вещей и продать их старьевщику или снести в ломбард, а еще спрятать что-нибудь от любопытных глаз и спрятаться самому. В этот момент Буке вспомнил про найденную в каморке вещицу и вытащил ее из кармана. Повертел, заметил узкую полоску, разделяющую ее на две неравные части, провел пальцем – и невольно вздрогнул, когда часть поехала наверх и откинулась, будто крышка. Под ней обнаружилась блестящая металлическая поверхность с красной блямбой посередине. Буке покумекал – и нажал на блямбу.

Тотчас же в стене напротив появилась дыра, сквозь которую была видна обстановка какой-то комнаты – видимо, той, что скрывалась за ближайшей к нему дверью.

– Ой! – удивился Буке и в порыве чувств добавил несколько смачных ругательств. От неожиданности он уронил находку – и стена мгновенно приняла прежний вид. Ни щелочки, ни дырочки. – Ага, – Буке начал медленно соображать, что тут к чему.

Он подобрал штучку и на пробу нажал еще раз. В стене снова появилось отверстие. Буке оттолкнулся от своей стены и, помогая свободной рукой, поднялся. С опаской приблизившись к отверстию, он глубоко вздохнул и коснулся края мыском ботинка. Ничего. Ботинок остался целехонек, а отверстие было именно тем, чем казалось – дыркой в стене. Буке хмыкнул. Штучка определенно была полезной. Теперь можно было не опасаться столкнуться в этом странном месте с незнакомыми людьми.

– И что мы теперь будем делать? – несколько истерически вопросил Галлов.

Во избежание простуды он по уши закутался в найденным им зеленый халат, который все равно был ему великоват и волочился по полу, собирая пыль и мусор.

Артисты собрали «военный совет» вокруг органа – тут было светлее всего, да и места много.

– Вы как хотите, а я в этом погребе не останусь, – заявил Птицев.

– Подвале, – автоматически поправил Сойкин и посмотрел на Примадонну.

Та же, ощутив на себе его взгляд и поняв, что к нему присоединились остальные, тяжко вздохнула. Нелегко быть самой старшей и мудрой, когда то и дело начинаешь сомневаться в реальности происходящего. Хотя мокрая одежда, запах горящих свечей, пыль на органе, которая намертво прилипла к рукаву… Все это было более чем реально.

– Я согласна с Сергеем, надо отсюда уходить. Тут сыро, наверняка полным-полно ловушек, да и под землей сидеть неохота, – наконец сказала Примадонна.

– А если нас будут искать, попытаются забрать обратно, а нас не будет на месте? – скептически заметил Сойкин. – Так тут и останемся?

– Ну… – Примадонна задумалась. – Я догадываюсь, кто это может быть, и надеюсь, что с его мозгами он что-нибудь придумает.

– И кто же этот злодей? – Галлов шмыгнул носом и утерся манжетой халата.

– Да работает во Дворце один, – призналась Примадонна, – я про него несколько раз слышала, хотя и не видела. Вроде как великий инженерный гений.

– Угу. Сумрачный, – ввернул Птицев. – А куда идти, вы в курсе, умники? Что, опять форсировать эту лужу, что ли?

– Ни в коем случае! – возопил Галлов. – Я же скончаюсь от пневмонии! Во цвете лет!

– Это если раньше не угодишь в ловушку и не скончаешься от утопления, – ехидно заметил Сойкин, припоминая сюжет фильма. Он искренне сомневался, что у Галлова, буде он попадет в схожую с виконтом ситуацию, достанет сил на что-либо, кроме возмущенных пузырей.

– Вообще-то тут есть лодка, – негромко заметила Примадонна, в доказательство своих слов ткнув большим пальцем за спину.

Все повернулись.

– Что-то она не выглядит прочной, – засомневался Галлов. – Да и маленькая она.

– Ничего, – успокоил его Птицев, – если что, мы всегда можем сбросить балласт.

И хищно улыбнулся.

Это выглядело впечатляюще, даже Примадонна вздрогнула.

– Алла Борисовна, что они меня все время пугают?! – захныкал Галлов. – Скажите им…

– Ша! – рявкнула Примадонна. – Опять развели тут детский сад! Короче, план такой: сейчас все идем к лодке, аккуратно в нее грузимся и плывем отсюда к цивилизации. Макс, ты хорошо помнишь фильм? Дорогу найти сможешь?

– Постараюсь, – откликнулся Сойкин и вежливо протянул ей руку.

После того, как все сели в гондолу – та заметно просела и черпала воду при каждом покачивании, Максим попробовал встать, чтобы отталкиваться шестом, но лодка опасно накренилась, и Примадонна за полу пиджака притянула его обратно.

– Ну его к лешему, попробуй так, сидя. А вы двое сидите тихо! – прикрикнула она, адресуясь прежде всего к Галлову, который никак не мог удобно устроиться и раскачивал гондолу. – Если мы перевернемся…

Галлов притих и невольно прижался поближе к Птицеву. Тот поморщился, но отодвигаться не стал – во-первых, места было мало, а во-вторых, так стало чуть теплее. Сойкин вздохнул, перехватил шест за середину и оттолкнулся от дна. Дорога обещала быть долгой.

Нэллка тащила его по извилистым коридорам с упорством взявшей след гончей.

– Погодите немного, мы почти дошли, – задыхаясь, сообщила она, обернув к нему сияющее улыбкой лицо. – Надеюсь, Шурик еще у себя, и мы сможем прижать его к стенке.

Призрак вспомнил, как буквально только что эта хрупкая девушка прижала к стенке его самого, и горячо посочувствовал неведомому Шурику.

– Нет, ну каков баклан! – продолжала меж тем негодовать Нэллка. – Ну я ему устрою! Пожалеет, что на свет родился! Вот подам на развод – будет знать! Сразу забросит свои глупости.

Призрак уловил знакомое слово и резко остановился.

– Развод? – переспросил он для верности. Нэллка недоуменно обернулась и кивнула. – Но это позор! Как вы можьете так лег-ко-мыс-лен-но об этом говорьить?

Нэллка небрежно дернула плечом:

– Подумаешь! Делов-то – на пять копеек. И вообще: он технарь, я – человек творчества… что у нас может быть общего? – и снова потянула его за собой.

Но Призрак не сдвинулся с места.

– Знайете, – медленно сказал он, – общие интересы – это еще не все.

– Ну да, знаю, главное – это взаимопонимание и прочая лабуда, – фыркнула Нэллка. – Наслышана уже.

– Взаимопонимание… – повторил Призрак. Перед его мысленным взором промелькнул образ Кристины с затуманенным от его голоса взором, потом она же – но глядящая на него с испугом, потом ее полный любви взгляд… направленный отнюдь не на него. И слезы в ее глазах, когда они с виконтом, подобно двум глупым петухам, не поделившим навозную кучу, дрались посреди кладбища.

Нет, взаимопонимания у них точно не было.

– Кстати, мы бы с вами наверняка поладили, – услышал Призрак и вынырнул из грез. Нэллка смотрела на него, как на нечто аппетитное. Призрака передернуло. – Нет, не подумайте, – сразу принялась Нэллка оправдываться, – я люблю Шурика и все такое, но он же ничего не смыслит в искусстве…

– Первые трьи слова, которые вы сказальи – это и есть самое главное, – рыкнул Призрак, невольно повысив голос. – А всие остальное – наносное.

Нэллка вздрогнула, будто очнулась.

– Вы, правда, так думаете? – спросила она дрожащим голосом. – Скажите тогда, что мне делать? Вот как вы скажете – так и будет. Я уже и сама не знаю, что мне надо.

Призрак вздохнул:

– Я не знаю ни вас, ни вашьего Шурика, но… Я отдал любимой женсчине все, что имел… И это было то, что ей дорого. Я знал это… нет, не знал. Я всьегда думал, что музика важна для нее. И верьил, что она сблизит нас. А оказалось, что я ничего в этом не смыслью. В любви, – горько уточнил он.

Нэллка тоже вздохнула. Наклонилась и расстегнула ремешки на туфлях. Босиком она была совсем миниатюрной – едва доставала Призраку до груди.

– Зато вас любят многие другие, – вдруг сказала она. – Знали бы вы, сколько у вас поклонниц…

Призрак воззрился на нее с недоумением.

– Понимаете, – начала Нэллка, – ваша история была рассказана, как повесть, потом снимали фильмы… ну, это вроде спектаклей, потом сделали мюзикл… ну, оперетту, и вы стали очень знамениты. А потом по м… оперетте сделали ф… спектакль, и невероятное количество женщин прониклось вашей судьбой. И все они желают вам счастья, – неловко закончила она.

Призрак с трудом сглотнул. Он – герой спектакля? Поклонницы? Он прикрыл глаза, в надежде, что все само собой рассосется, но увы – открыв глаза, он обнаружил себя все в том же коридоре, и Нэллка пытливо заглядывала ему в лицо. Он застонал и заслонился рукой.

– Меня вам нечего опасаться, – твердо заявила Нэллка. – Я на вашей стороне. И пойдемте же, пока мой муж не сбежал!

И настырная девушка схватила его за руку и потянула дальше по коридору.

Призрак же снова позволил ей вести себя. Потому что вдруг осознал, что у него появилось время подумать. Обо всем, что произошло, начиная с того памятного дня, когда в Опера Популер сорвалась генеральная репетиция оперы «Ганнибал».

– Такая вот неприятность, – закончил Шурик, понурясь.

Честно говоря, он ждал, что сейчас разразится очередной скандал и даже хотел зажмуриться, но когда Карлотта открыла рот, то просто задала вопрос:

– И сколько времени займет починка вашей машины? – причем совершенно спокойно, даже тихо.

Шурик украдкой выдохнул. Кажется, скандал откладывается. Что, впрочем, не отменяет теоретической возможности его линчевания за то, что он сейчас скажет.

– Неделю, не меньше.

И грянул гром.

– Это исключено! У меня столько запланировано! Вы загубите мою карьеру! – громко возмутилась дива.

– Сожалею, – искренне ответил Шурик, – но я никак не могу… И вообще – вам грех жаловаться: все равно ваша карьера пойдет ко дну вместе со сгоревшей Оперой. Ну… я так думаю, – под пристальными взглядами «пришельцев» он смутился.

– Что значит «сгоревшей»? – угрожающе прошипела Карлотта.

Шурику было бы даже любопытно смотреть, как при разговоре рот женщины открывается бесшумно, а слова приходят с запаздыванием, зато на чистом русском: у него не было возможности проводить опыты с практическим применением переводчика. Но… Но Карлотта наступала на него, требуя объяснений и возвращения всего «как было».

– Понимаете… у вас же сегодня должен был состояться спектакль, – Шурик решил не задерживаться на мелочах и изложить лишь самое основное – то, о чем его спросили. – Виконт нагнал жандармов, и Призрак, чтобы сбежать, уронил люстру. И все.

– Что – все? – уточнил неожиданно проявившийся Пьянджи.

– Опера ваша – фьють – и сгорела. А вас – так вообще уби… – Шурик осекся.

Пьянджи побледнел. Это выглядело так, словно случилось по мановению волшебной палочки: только что это был румяный мужчина – и вот уже побледнел, как привидение.

– Каре мио! – возопил он с такими децибелами, что не справился даже переводчик. – Может, не стоит торопиться с возвращением? – уже тише добавил Пьянджи. – Выждем как раз неделю, вернемся и сразу уедем в Италию. Тебя давно туда зовут.

Карлотта – поначалу она тоже явно испугалась, но быстро овладела собой – хмыкнула и нахмурилась, явно что-то обдумывая.

– Скажите, а ваша машина… я совершенно в этом не разбираюсь… она может отправить нас только в день премьеры «Дон Жуана» или можно выбрать другой день?

Шурик покачал головой:

– Я вообще не понимаю, по какому принципу она выбрала именно эту дату. Пока не понимаю, – тут же поправился он. – Я установил год – и ничего больше.

Карлотта помрачнела и перевела взгляд на Пьянджи. Тот был все так же бледен. Вдруг он заулыбался. «Все, спятил», – со страхом подумал Шурик и принялся нащупывать в кармане крестовую отвертку. Так, на всякий случай.

– Карлотта, дорогая, когда мы перенеслись, был еще день, не вечер. И мы были в гримерной. Так что нам мешает собрать вещи и уйти? И никому не скажем, чтобы нас не пытались остановить.

Идея была неплоха.

Правда, Шурик понятия не имел, как это может сказаться на сюжете, но, в конце концов, здесь «Призрак Оперы» – всего лишь сказка. Уже написанная, уже переделанная бессчетное множество раз. Вряд ли от того, что где-то, где все это – реально, где вместо клюквенного сиропа проливается настоящая кровь, Карлотта и Пьянджи сбегут, сорвав спектакль, в этой реальности изменится сюжет книги. А если появится новый вариант… что ж, ему придется серьезно поработать локтями, чтобы занять свое место в шеренге себе подобных.

– Ладно, – сдался Шурик. – я попробую найти недостающие детали и починить машину как можно скорее. А вы оставайтесь тут, никуда не уходите.

Он быстро зашагал к двери, рывком распахнул ее…

– Аааа! Вот тебя-то мне и надо! – завопила ему в лицо любимая жена вместо приветствия.

20

Боже, ну и фантазия у автора! :rofl:

Lupa, пиши ещё!  :D

21

Боже, ну и фантазия у автора! :rofl:

Lupa, пиши ещё!  :D

Это ты про фантазию в плохом или хорошем смысле?)))

22

http://s018.radikal.ru/i513/1201/08/3fe840a1f31b.gif
(тихонько звучит романс в исполнении Высоцкого):
В чистом поле – васильки, дальняя дорога,
Нет местечка для тоски – появилась прода.

Ожидания читателей не прошли бесследно – фикрайтер Lupa всё-таки потихоньку возвращается к своим «долгостроям». Будем надеяться, что и «Незримый гений» скоро будет завершен, и «ИР-2: живущие в интересное время» - тоже.
Новизна,  в общем-то, не нового сюжетного поворота сюжета с перемещением героев во времени состоит в том, что из прошлого в будущее (пардон, в наше настоящее) и наоборот отправилось одинаковое количество людей как по соотношению полов, так и по соотношению профессий.  В обоих случаях телепортировали: одна женщина-артистка, двое  мужчин – её коллег по сцене, а третий телепортант  - из сферы обслуживания. К примеру, француз  Бюке - рабочий сцены, а Сергей Птицев больше известен как парикмахер - стилист.
Обе примадонны очень сходны между собой по характеру: обе взрывные, скандальные, но обоим нельзя отказать в таланте, упорном трудолюбии и бешеной самоотдаче на сцене. Творческие пути госпожи Разиной и синьоры Гуидичелли не были устелены лепестками роз, но стоит ли их осуждать за  сокрушительный напор в борьбе за первенство? Жесткие законы развлекательной индустрии обломают крылья кому угодно.
Карлотте Гуидичелли, которой  наверняка проходилось утверждать свой талант не всегда на сцене, а в обстановке более приватной, достался утешительный приз –  уже немолодой, но ещё довольно интересный мужчина, коллега по сцене, ведущий солист Убальдо Пьяджи. Примадонна, которая своим мужьям давно счёт потеряла, достаточно состоятельна, чтобы содержать целую ораву прихлебателей вроде молодого тенорка Галлова, стилиста Птицева и пародиста Сойкина. Хотя, справедливости ради следует отметить, что именно Сойкин ведёт себя наиболее достойно: придерживается нейтралитета во время ссор своих коллег, гасит конфликты, одинаково вежлив со всеми. «Конечно, - скажет скептически настроенный читатель, - ведь ни для кого не секрет, что фаворит Сойкин поставлен на,  так сказать, «официальное довольствие» и имеет неограниченный доступ к «комиссарскому телу»». Но кто даст гарантию, что госпожа Разина не обратит свой взор на толкущихся рядом Птицева или Галлова, а прежнему фавориту не даст отставку? Сойкин, как человек неглупый, наверняка это понимает. Но ничто не вечно под Луной, и самое разумное, что пародист и делает – это дать событиям естественный ход развития.
Типа оперный певец Галлов и стилист Птицев показаны даже не комично - шутовски. Двое молодых, физически здоровых и дееспособных мужчин не нашли ничего лучшего, чем податься в содержаны. Надеясь привлечь к себе внимание Разиной, они склочно грызутся между собой, брызжа амбициями и завистью, не сложа себе цены.  Но эффект получается обратный: Разина не особо церемонится с ними:

– Ша! – рявкнула Примадонна. – Опять развели тут детский сад!

Остаётся только гадать, как "гости из настоящего" справятся с оперой "из прошлого", а "Альбано и Ромина Пауэр" с Призраком и Бюке вкупе "вытянут" кремлевский концерт.

Сергей Птицев, прекрасный парикмахер и замечательный стилист, создавший себе образ пригламуренного нечта…

Вот именно! Нечто! То слово!

В шоу-бизнесе он не новичок, на сцене смотрится эффектно, пусть себе поет.

Да уж, эффектно… Как мумия.

Такие диалоги с самим собой Призрак устраивал довольно часто. Привык за долгие годы одиночества быть единственным для себя умным и образованным собеседником.

« Тихо сам с собою, тихо сам с собою я веду беседу».

– Вы как хотите, а я в этом погребе не останусь, – заявил Птицев.
– Подвале, – автоматически поправил Сойкин и посмотрел на Примадонну.

" - Мы и мечтать не могли о такой чести, когда занимались мусором" - сказал мсье Фирмин.
"Металлоломом" - поправил его мсье Андре.

Шурик познакомился с будущей женой на дне рождения у друга и с первого взгляда влюбился в худенькую девушку с жгуче-черной косой толщиной в руку и темно-карими, почти черными глазами, похожими на спелые вишни. Каким-то чудом ему удалось произвести на Нэллу благоприятное впечатление, они стали встречаться, потом поженились. Однако уже на исходе медового месяца банальности кончились. Вернее, одна банальность кончилась и началась другая, и историй таких множество. Он был технарем до мозга костей, она заканчивала хореографическое училище, он находил удовольствие в решении сложных задач, она с упоением слушала Брамса. И так во всем. ... Теперь они общались чаще, хотя и не сказать, чтобы продуктивнее. И сейчас его жена была тут – поскольку за прошедшее время ей так и не удалось стать ведущей солисткой, она вдруг разочаровалась в танце и решила стать певицей, для чего брала уроки пения и приходила на все репетиции и концерты в надежде, что ее заметят и возьмут для начала хотя бы в подпевку.

Интересно, чем «технарь до мозга костей» Шурик смог покорить сердце «лирика» Нэлли? Ведь у супругов нет ничего общего. Говорят, что противоположности притягиваются, но, кроме совместного хозяйства и постели, супругов ничего не объединяет. Отношение Нэлли к Призраку лишний раз доказывает, что проникнуться страданиями вымышленного героя намного проще, чем понять человека, живущего рядом.

23

Есть определенная прелесть в том, чтобы редко появляться на форуме - ожидание проды проходит очень незаметно, настолько незаметно, что даже ожиданием назвать этот процесс язык не поворачивается. Тем приятнее и ценнее неожиданная радость - да еще такая внушительная.
Lupa, бурные овации и крики: "Браво!, Молодец!" и конечно, "Еще, пожалуйста!", куда же денешься от этого. :clap:
Правда, спешу извиниться - два дня прошли в бесплодных попытках выдумать что-либо напоминающее восторженный отзыв, но увы, в голову не пришло ничего подобного не только тому, что написала Ученица Маэстро, но вообще чего-нибудь мало-мальски приближающегося к вразумительному комментарию вдумчивого читателя. Поэтому напишу просто: мне очень нравится. appl Спасибо! :give:

24

Продолжение радует, хочется еще :give:

Боже, ну и фантазия у автора! :rofl:

Lupa, пиши ещё!  :D


Полность согласна!

25

Lupa  :clap:   
Это чистый восторг ))) Что злоключения примадонны Разиной и иже с ней (Галлов - это отдельное нечто :rofl: ), что примадонны итальянской ) У ПО, похоже, все его представления о жизни могут кардинально измениться ) с таким-то количеством поклонниц )
А Буке настораживает ))) С Шуриковой вещичкой от него можно ждать чего угодно )
Спасибо!  :give:

26

Lupa, нет слов. Остались розы.  :give:  :give:  :give:

27

И тут отмечаюсь! Жду очередного вкусного кусочка. Отзыв пока писать не могу - слишком мало. Но всё очень интересно.


Вы здесь » Наш Призрачный форум » КПП-2012: Корзинка Призрачных Подарков » КПП-2012: "От перемены мест..."