Наш Призрачный форум

Объявление

Уважаемые пользователи Нашего Призрачного Форума! Форум переехал на новую платформу. Убедительная просьба проверить свои аватары, если они слишком большие и растягивают страницу форума, удалить и заменить на новые. Спасибо!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Дамы Второй империи

Сообщений 31 страница 60 из 114

31

Жизнь этой женщины оборвалась больше 100 лет назад, но она навсегда вошла в литерутурных и кинематографический мировой фонд. Бланш д’Антиньи (1840- 1874) французская куртизанка, натурщица, певица и актриса времен Второй империи. А мы ее больше знаем под именем Нана- героиня романа Эмиля Золя.

Она родилась в 1840 году в Мартизе, неподалеку от Буржа, и ее псевдоним не был полностью вымышленным, потому что на самом деле ее звали Мари-Эрнестиной Антиньи и она только изменила ими и добавила к фамилии частицу "д".
Как и большая часть девушек ее происхождения, она начала с того, что стала продавщицей в магазине, но, насмотревшись на богатых и элегантных покупательниц, загорелась вполне понятным желанием стать такой же, как они.
Она была свеженькая, аппетитная, смешливая... Больше ничего и не понадобилось, чтобы соблазнить Мезенцева, префекта полиции Его Величества императора Всея Руси. Мезенцев безумно влюбился в нее, едва увидев, и увез с собой в Санкт-Петербург.

http://s61.radikal.ru/i173/1107/82/e225f65657c7.jpg

И началась настоящая волшебная сказка: живущая в роскошной обстановке, сверкающая драгоценностями, принимающая у себя самых важных из придворных, Бланш скоро сделалась любимицей всего города.
Но успех в обществе не помешал ей сохранить свою природную насмешливость, и по городу ходило множество легкомысленных, а то и не вполне приличных куплетов, которым она обучала своих поклонников за бокалом шампанского.
Однако ничто не могло заменить ей Парижа, и время от времени она сбегала во Францию, чтобы заказать туалеты и драгоценности, а главное - чтобы окунуться в неповторимую атмосферу этого города.
К тому же ею владело честолюбивое стремление, которого не могли заглушить все брошенные к ее ногам богатства: она мечтала играть на сцене, а артистическая карьера была для нее возможна только в Париже.
Ей понадобилась лишь пара улыбок, чтобы добиться от редактора одной петербургской газеты Иосифа Каппельмана рекомендательного письма к Анри Пену, которому принадлежала парижская "Газетт дез Этранже". Каппельман просил коллегу помочь "мадемуазель д'Антиньи как можно быстрее получить дебют в оперетте на сцене "Пале-Рояля".
Сначала Анри Пен попытался ее отговорить, что "ей придется променять свою богатую и спокойную жизнь на бобовую похлебку жизни театральной"; но все уговоры оказались тщетными.
Сидя напротив него, она объясняла, что хочет всего лишь затмить славу Ортанс Шнайдер; тогда, в 1868 году, это было верхом наглости.
Впрочем, его визави была на редкость хороша собой. "Молочно-белая кожа, золотистые, как сжатая пшеница или как шампанское, волосы, угольно-черные ресницы, бросающие легкую тень на щеки, зеленые глаза, искрящиеся лукавством", - роскошное создание, вполне в теле, как любили тогда, - создание, в котором так и кипело заразительное жизнелюбие. Умеет ли она петь?.. Сможет ли держаться на сцене?.. Да какая разница в конце концов! Важно то, что она понравится публике, а в этом Анри Пен был уверен.
Пришлось ему пойти ей навстречу, и вскоре директора "Пале-Рояля", Планкетт и Дормей, сообщили, что "будут иметь честь и удовольствие представить мадемуазель д'Антиньи парижской публике". Нам не известно, какие причины - финансовые или какие-либо иные - способствовали столь быстрому согласию.
В ожидании своего дебюта Бланш каждый вечер показывалась в театре в компании Нестора Рокеплана, одного из столпов парижского общества. Она произвела сенсацию... о ней заговорили... ее принимали как свою

Betinet "Blanche d'Antigny (1840-74) and her Velocipede"

http://s012.radikal.ru/i319/1107/4f/4f562330cc95.jpg

Поэтому, когда 6 июля она впервые вышла на сцену в опереттах "Данэ и его служанка" и "Замок в Тото", зал был настроен весьма доброжелательно.
Это единодушное одобрение - даже дамы не ревновали - основывалось на том, что все были убеждены: происходящее - всего лишь фантазия пресыщенной молодой женщины, которая, осуществив свой мимолетный каприз, вернется к себе в Санкт-Петербург.
Ко всеобщему удивлению, она на редкость хорошо справилась с обеими ролями. Никто ведь не знал, сколько сил и старания она вложила в работу над ними, потому что для нее речь шла об истинном призвании, и она собиралась трудиться настолько серьезно, насколько только сможет, чтобы стать настоящей артисткой.
Видя, какой успех имеет начинающая актриса, Плэнкетт предложил ей контракт на три года по 12 тысяч в год. Но Бланш обещала Мезенцеву вернуться в Санкт-Петербург - и честно отправилась на встречу с ним в Бад. Он был тронут ее поступком и, чувствуя, что ничто не сможет доставить ей большего удовольствия, разрешил еще разок "сыграть комедию"... Он и не подозревал, что теряет ее навсегда... Бланш никогда уже не вернется в Санкт-Петербург.
Она не обманывала Мезенцева, обещая вскоре приехать, - но разве могла она предвидеть, что произойдет встреча, которая окончательно и бесповоротно решит ее судьбу: встреча с Эрве (Эрве (Флоримон Ронже; 1825-1892) - французский композитор и дирижер, один из создателей жанра оперетты-буфф).
Эрве был тогда модным композитором, который только что встал в один ряд с Оффенбахом, написав "Простреленный глаз". А теперь он репетировал в "Фоли Драматик" спектакль "Шильперик III", в котором, следуя обычному своему правилу, оставил за собой главную роль. Но он поссорился с партнершей, Джулией Барон, и пришлось срочно подыскивать актрису на роль Фредегонды.
Премьера стала ее триумфом. Фредегонда была увешана бриллиантами на триста тысяч франков и одета в костюм, который едва прикрывал ее прекрасное тело. Когда занавес опустился, ее наградили такими овациями, каких в этом театре и не слыхивали. Бланш стала знаменитостью.
Но в особенности об успехе примадонны говорил занимаемый ею особняк - дом No.11 по улице Фридланд, арендная плата за который составляла 15 тысяч франков в год, - двухэтажное здание с полуподвалом и помещениями под самой крышей для слуг...
Вестибюль был украшен коврами, стены вдоль лестницы декорированы золочеными решетками, увитыми белой сиренью, спальня обита бледно-лиловым атласом, а мебель, кружева и шелк в ней стоили 55 тысяч франков. В будуаре на самом видном месте красовались два забавно смотрящихся вместе сувенира, которыми она особенно дорожила: пастырское послание Папы Римского "Filiae mae optimae Bianca d'Antigny" ("Возлюбленной моей дочери Бланш д'Антиньи" - лат.), отправленное им в благодарность за сбор пожертвований на нужды собора Святого Петра, и массивный серебряный ночной горшок с надписью: "Клуб "Риголо" в знак признательности Бланш д'Антиньи, Санкт-Петербург, 6/18 июня 1865 года".
Невозможно описать здесь всю роскошь ее апартаментов; отметим только, что газета "Фигаро" посвятила отдельную статью рассказу об одних лишь залах для приемов...
Каких бы покровителей она ни имела, невозможно отнести ее к разряду содержанок.
У нее было ремесло, которым она занималась со всей серьезностью и добросовестностью. Она работала над ролями, занималась голосом, училась актерскому мастерству, не желая довольствоваться лишь славой обольстительной красотки.
Что же до остального, то если здоровье позволяло ей безрассудно расходовать себя, - какое право имеем мы ее судить?
Во всяком случае, очевидно одно: если Бланш и имела столько (а то и больше) любовников, сколько ей приписывают, то она никогда не делала это ради денег. Она не понимала, почему надо отказывать понравившемуся ей мужчине в такой малости, даже если от этого не будет никакой прибыли. Единственным исключением был граф Бишоффшайм, которого она не любила, но который щедро снабжал ее средствами к существованию. Этого ей было достаточно; за излишествами она не гналась.
Отныне ее имя не сходит с афиш: она играет и в "Маленьком Фаусте" Эрве, и в "Жизни в замке" Шиво и Дюрю, в новой постановке "Простреленного глаза"... Из "Пале-Рояля" она едет в "Фоли Драматик", а оттуда в "Пале-Рояль".
Ее верным рыцарем, выражаясь высокопарным стилем, был Теодор де Банвиль (Банвиль, Теодор де (1823-1891) - французский поэт). Он был от нее без ума и писал ей прелестные стихи.
Бланш стала одной из королев Парижа, но это не слишком ее трогало. Ее забавляли все эти преследующие ее взгляды, грохот аплодисментов... Успех пьянил ее, как шампанское - то самое шампанское, которым она, как рассказывают, заполняла свою ванну, чтобы искупаться.
Иногда она получала письма от Мезенцева: эхо ее триумфов докатывалось даже до далекой России. Мезенцев радовался за нее: должно быть, он все еще ее любил...
Жизнь была прекрасна, и Бланш была счастлива. Вот и исполнилась мечта ее юности...
Но 19 июля 1870 года началась война. Праздник кончился...

Париж опустел - те, кто устраивал шумные празднества, покинули его. Одни сбежали к родственникам в провинцию или в собственные поместья, другие - их было больше - отправились на военную службу, и многие франты сражались и умирали как герои, - они, которые, казалось, умели только помирать со смеху от удачной остроты или млеть при виде красивой девушки.
А сами красотки? Что стало с ними?
Что ж, они просто выполняли свой долг теми средствами, которые были им доступны. Они устраивали представления в пользу госпиталей, разносили шампанское на частных благотворительных спектаклях и назначали свои поцелуи выигрышами в лотереях, средства от которых шли в пользу раненых.
Бланш, чья доброта была общеизвестна, открыла для раненых свой особняк на авеню Фридланд и, чтобы послужить общему делу, устраивала там вечера, куда собиралось около пятисот человек, только и составлявших в то время "весь Париж".
Но светские репортеры, которым в это грустное время почти нечего было описывать, жадно набросились на эту информацию - и вывернули ее наизнанку, крича на всех углах, что за "так называемыми благотворительными праздниками" у Бланш в действительности скрывались оргии и вакханалии.
У дверей особняка собралась толпа, в окна летели камни... Бланш успокоила нападавших, предложив реквизировать своих двух лошадей, но люстры, на которых ее грозились повесить, загасила.
Она не понимала, за что ее поносят и почему осуждают за то, за что других женщин возносят до небес. Она не отдавала себе отчета в том, что это ее прошлое породило весь этот поток клеветы. Если бы она принадлежала к "свету", ее поведение во время войны не просто ценили бы, но и прославляли.

Но наконец трудная зима окончилась, осада была снята и мир подписан.
С возвращением парижан домой началась обычная парижская жизнь с ее прекрасными вечерами и разноцветными огнями.
17 марта 1871 года Бланш снова вышла на сцену: это был спектакль "Белая кошечка" в театре "Гэтэ". Поклонники встретили ее овацией.
Увы, вскоре разразилась Коммуна, и правительство "эмигрировало" в Версаль - переждать, пока в столице дела пойдут получше.
И все-таки - плохо ли, хорошо ли - жизнь возвращалась на круги своя, и Бланш вышла на подмостки "Фоли Драматик" в одной из своих самых удачных ролей - Маргариты в "Маленьком Фаусте". Она вновь обрела свою прежнюю публику, потому что люди теперь приходили в театр, ища в Бланш и ее песенках отзвуки эпохи, вместе с которой ушла их молодость. Может быть, именно в этом и заключалась причина того, что сборы возросли.
Один памфлетист, по фамилии Освальд, избрал Бланш объектом своих нападок. А Бланш лишь посмеивалась над наскоками Освальда: она-то понимала, что публика приходит ради нее. К тому же она знала, что еще способна разбивать сердца: в нее всерьез влюбился молодой тенор, исполнявший роль Валентина.
Он не признавался ей в своем чувстве, но страшно краснел каждый раз, когда к ней обращался, и эта застенчивость забавляла и трогала ее.
Его звали Люс.
Для нее он был поначалу лишь второстепенным актером, ничем особо не выделявшимся, кроме разве что чудесной улыбки.
Их история могла бы здесь и закончиться, не начавшись, так как Бланш, у которой был контракт с "Пале-Роялем", должна была там играть в "Трикош и Каколе", новом водевиле Мейлака и Галеви

Но это не устраивало директора "Фоли Драматик": ему необходима была звезда, которая привлекала бы публику, и он решительно настаивал, чтобы Бланш участвовала в ближайшей премьере - "Ящике Пандоры" и Литоффа и Теодора Баррьера, пародии в стиле "Орфея в аду".
Чтобы переманить примадонну, были использованы все средства: ей предлагался столь же выгодный контракт, как в "Пале-Рояле", было обещано уплатить неустойку, но главный аргумент был такой: артистке сделают для роли Минервы не один, а целых два комплекта доспехов, которые выгодно подчеркнут ее формы и оставят открытыми ноги, являвшиеся - и не без основания! - предметом особой гордости Бланш.
Мадемуазель д'Антиньи в роли богини мудрости... Вот уж действительно анекдот! Но эта актриса должна была придать особый вес будущей премьере.
Нечего удивляться тому, что Люс, который пел в спектакле вместе со своей возлюбленной, совсем потерял голову.
Спектакль между тем провалился, быстро сошел с афиши и был благополучно забыт - но Бланш Люса не забыла...
жилище Люса представляло собой убогую темную комнату на втором этаже с окнами во двор... Очевидно, обстановка там была бедной, но опрятной... В разнице их жилищ, как в зеркале, отразилась вся драма этой связи. Люс ли приходил к Бланш или наоборот? Как хотелось бы найти ответ на этот вопрос - ведь это многое бы объяснило...
Но как бы там ни было, они больше не расставались, к величайшему сожалению завсегдатаев особняка на авеню Фридланд.
Когда 7 сентября 1872 года они вместе сыграли "Мазепу" Шабрийа и Дюпена, он ее все еще обожал, а она... она его больше не любила.
Она находила многочисленные предлоги, чтобы пропускать свидания, и немного нервничала из-за того, что Люс, казалось, не понимал: все между ними кончено. Она была слишком добра и не могла объясниться напрямую, но ей очень хотелось, чтобы он сам, как другие, смирился с неизбежным и "удовольствовался тем, что она ему уже дала".

Он ни разу не позволил себе даже жеста, который можно было бы принять за мольбу или угрозу... Не двигаясь с места, он молча смотрел, как удаляется карета, увозящая его любимую и ее покровителя туда, где в то время модно было ужинать.
А он - он останется без ужина... Да и обедал ли он сегодня? Его заработков хватало лишь на то, чтобы поддерживать весьма скромное существование, однако же он ухитрялся даже из этих небольших доходов выкраивать деньги на букеты для Бланш. Обнаруживая присланные им цветы у себя в гримерной или у дверей своего особняка, она смеялась и, чуть растроганная, говорила своему сегодняшнему избраннику, чтобы возбудить в нем ревность: "Бедняга Люс... Вот кто действительно меня любит!.."
Потом, заговорившись, она забывала позвонить прислуге, чтобы та поставила цветы в воду.
С ее стороны это было не безразличие - это было непонимание. Ей даже в голову не приходило, что человек, так хорошо знающий ее, ее образ жизни, ее отношение к любви, которую она воспринимала лишь как способ приятно провести время, - что этот человек может питать к ней такую романтичную и мучительную страсть. Для нее он был только одним из многих, и хотя его верность ее трогала, но одновременно и немного раздражала: надо же быть таким дуралеем!
Но вскоре комедия обернулась драмой: Люс в конце концов простудился и заболел.
Узнав о болезни своего бывшего любовника, Бланш примчалась на бульвар Мажента и заняла место у его изголовья.
Она хотела быть единственной его сиделкой и оставляла его только вечером, уходя на спектакль. Как только занавес опускался, она возвращалась к нему и, отказываясь от всякой посторонней помощи, выполняла самую черную, самую грязную работу, не брезгуя ничем. Часто ее губы прижимались к горящим в лихорадке губам Люса в нежном поцелуе.
Наконец, 28 января, лицо Люса исказила предсмертная судорога; Бланш наклонилась к нему и в последний раз поцеловала побледневшие губы. Было девять часов вечера...

Бланш еще никогда так не нуждалась в успехе: ей наступали на пятки кредиторы, она задолжала и каретному мастеру, и торговцу париками...
Она не впервые оказалась в подобной ситуации, но прежде у нее были богатые поручители, да и сама ее слава обеспечивала ей солидный кредит. Теперь же, что греха таить, она вышла из моды: кто-то еще приходил взглянуть на нее, привлеченный отголосками былой известности, но в целом юная Республика воспринимала ее как представительницу отжившей эпохи Второй империи. А поскольку содержать гаснущую звезду считалось дурным тоном, некому было обеспечить ей ту роскошь, к какой она привыкла. К тому же ей ведь было уже за сорок...
К счастью, в этот момент ей предложили турне по Египту. Она сразу же вообразила себе арабского пашу, несметные богатства, сокровища Голконды...
http://i015.radikal.ru/1107/59/2676f0899432.jpg
1 ноября поднялся занавес в александрийском театре "Зизиния". Французскую диву приветствовали восхищенными выкриками и бурными овациями. Но вдруг в зале раздался свист, топот, улюлюканье... Все это безобразие было, по всей видимости, организовано артисткой Флорой Руссо, позавидовавшей успеху Бланш, и осуществилось под руководством ее любовника - некоего Эбеда, именовавшего себя Абетом. Началась жуткая потасовка, зал разделился на два лагеря, которые осыпали друг друга бранью и тумаками. Представление было прервано, пришлось спешно опустить занавес.
Пришлось Бланш вернуться в Париж - вернуться такой же бедной, как уезжала, потому что, несмотря на щедрость хедива, оплата только самых неотложных долгов поглотила всю прибыль, какую она извлекла из этой поездки.
А на самом деле - она умирала. Умирала от той же болезни, что и Люс, чьи лихорадочные поцелуи стали для нее роковыми.
Худая, глаза обведены свинцовыми кругами... Она не строила никаких иллюзий по поводу своего состояния.
Все, чего она хотела, это испустить последний вздох в особняке, который сняла на бульваре Осман и в котором мечтала устроить потрясающее новоселье.
Из отеля дю Лувр, где она жила в ожидании окончания работ в особняке, ее везли туда медленно, придерживая лошадей. Она лежала на носилках.
Едва успев добраться до места, Бланш умерла. Это случилось 27 июня в 11 часов вечера. Причина смерти - вызванное туберкулезом внутреннее кровотечение. Рядом с ней находился священник...
Весь Париж шел за ее гробом: завсегдатаи с галерки и публика из первых рядов партера, модники и артисты, уличные девки и светские львы...
Целых два дня в городе только и было разговоров, что о ней: для многих ее смерть стала прощанием с молодостью.

О ней еще долго судачили, преувеличивая и перевирая каждую мелочь... Можно сказать, что она вошла в легенду.

Банвиль оказался единственным парижанином, верным ей и после смерти:

"Я не из тех, кто говорит: "Это пустяки..."

На 13 февраля 1875 года в отеле "Друо" были назначены торги "после кончины покойной мадемуазель Бланш д'Антиньи", и обычные стервятники - завсегдатаи подобных распродаж - растащили по кусочкам все, что осталось после нее...

А несколько лет спустя один человек сделал ей самый драгоценный подарок: он преподнес ей бессмертие... потому что именно Бланш д'Антиньи послужила основным прототипом главной героини романа Эмиля Золя "Нана".
http://s004.radikal.ru/i205/1107/2b/a831aaafa94a.jpg
Так что она не исчезла бесследно - та, о которой верный Банвиль писал:

"Она была парижанкой в полном смысле этого слова, она была частью нашей жизни, и мы не скоро позабудем эту прелестную живую розу, которую она горделиво прикалывала к своим волосам..."

Эдуар Мане   Haнa
http://s009.radikal.ru/i309/1107/f0/ef57e402d874.jpg

Отредактировано Hand$ome (2011-07-19 10:48:09)

32

Фотографии Бланш д'Антиньи
http://s016.radikal.ru/i337/1107/97/eae7d14be26ct.jpg http://s61.radikal.ru/i172/1107/8b/b485616dcaaft.jpg

Причем вторая фотка явно "а ля рюс" :).

33

Золя любил сгущать краски-даже в описании кончины. И получал от этого удовольствие-смакуя.)))
ЗЫ. Про Полину и её мужа-вот не дает она мне покоя. Мушшш-по совместительству её родной дядя. И как-то это странно. Ну ладно, дядя был старше всего на 7-8 лет... возможно играл со своей племянницей в детстве и не замечал её некрасивости, но всё же странно для матери выдать свою доченьку за родного брата...

Полина Клементина фон Меттерних-Люнебург, урожденная Шандор де Славница (25.2.1835, Вена - 28.9.1821, Вена). Дочь венгерского дворянина Морица Шандора и принцессы Леонтины де Меттерних, дочери Клеменса Меттерниха. В 1856-ом году вышла замуж за Рихарда фон Меттерних, который, будучи также сыном Клеменса Меттерниха, приходился ей родным дядей, в их браке родилось трое дочерей.

34

Vika SP,

все не так страшно, как ты думаешь :).
Матерью Рихарда фон Меттерних была вторая жена Клеменса Меттерниха - баронесса Антуанетта Лейкам, а матерью его сестры (матери Полины) - первая жена Клеменса - Элеонора фон Кауниц.
Так что они были сводными по отцу, что, конечно, не уничтожает фактор близкого родства - но церковь же как-то разрешила это дело.

Отредактировано Hell (2011-07-19 13:46:28)

35

Интересная судьба.
Кстати,на всех фото Бланш блондинка, да и здесь говорится, что волосы светлые, а вот.
http://i041.radikal.ru/1107/05/5d24b63b977b.jpg
Хотя,может быть это с фото что-то не то. )

А с Полиной все интересней и интересней. Даже сводные брат с сестрой, все равно не очень. Хотя, раньше брак между кузенами довольно часто совершался, а сейсас трудно и представить. <_<

36

У Золя в "Докторе Паскале" ребенок рожденный дядей и племянницей был просто знаменем искупления прежних грехов рода Ругон-Маккаров. :blink:  Вообще Золя приветствовал любые даже связи, если они на природе и в единении с ней-с цветами, кустами, птицами и т.д. Всюду жизнь... )))
Вот Тулуз-Лотрек тоже был ребенком, рожденым близкими родственниками-кузенами. А у Полины еще более близкие родственные связи...

37

Еще о Бланш д'Антиньи :).

"У нее были неправильные черты, но - что куда важнее - приятное лицо. Блондинка с чудесными пышными волосами, с блестящими смеющимися глазами; рот немного великоват, но совершенно прелестен, зубы - ослепительные. Нос чуть крупноват и довольно забавен. Ноги изумительные, а вот руки длинноваты, но она придумала для себя покрой рукава, отлично скрывавший этот недостаток. Плечи великолепные. Бланш была высокой, даже чересчур высокой, но уверенность, сквозившая в ее походке, превращала это в еще одно достоинство..."* (с)

Однажды, когда один из ее воздыхателей посетовал на то, что, наверное, надо быть очень богатым, чтобы добиться ее милости, она дала ему листок, озаглавленный "Список моих бедняков":

Пилотель - за шевелюру;

Эрве - за талант;

Милер - потому что он бакалавр;

Джейм - за душевную чистоту;

Амбюрже - за элегантность;

X, У, Z и так далее - потому что они меня об этом попросили...

И этот анекдот говорит о ней больше, чем долгий рассказ. * (с)

А ниже история соблазнения того самого Люса. На сцене. Мне что-то это опять напоминает. :)

Нечего удивляться тому, что Люс, который пел в спектакле вместе со своей возлюбленной, совсем потерял голову. Правда, текст их знаменитого дуэта весьма этому способствовал. Сюжет был таков: Минерва, влюбленная в застенчивого Прометея, пристает к нему, начиная с первого акта, с явно недвусмысленными требованиями. Тогда Прометей набирался дерзости поцеловать кончики ее пальцев, потом ладонь, затем предплечье, а она подбадривала его. Он целовал ей руку еще выше и поднимался таким образом до плеча.

Автор явно не был большим поэтом - но публике куплеты нравились...

А еще больше все это нравилось молодому тенору, хотя он и был столь стеснителен, что лишь имитировал поцелуи, не решаясь коснуться губами кожи, запах которой его опьянял.

В конце концов Бланш взволновала эта сдержанность, к которой она не привыкла, и, видя, что ее воздыхатель никогда в жизни не отважится на решительные действия, она сама решила сделать первый шаг.

То, что было дальше, дошло до нас в виде забавного анекдота. Бланш пригласила молодого человека в свою гримуборную и сказала, долго, пристально и ласково глядя на него:

- У тебя в глазах целые миры...

- Не смейтесь!.. Спрячьте ваши губы! - взмолился он, заливаясь краской.

- Возьми их...

И он взял... *(с)

* Все три цитаты взяты из статьи Клода Карона "Любовные истории Парижа".

Отредактировано Hell (2011-07-19 18:06:25)

38

Вот Тулуз-Лотрек тоже был ребенком, рожденым близкими родственниками-кузенами. А у Полины еще более близкие родственные связи...

Да вы на Карла II испанского посмотрите. Яркий пример следствия близкородственных связей

39

Кора Перл (1835 или 1842 - 1886 гг.), настоящее имя Эмма Элизабет Крауч, англичанка, но при этом дама парижского полусвета.

Кора Перл была основной конкуренткой Бланш д'Антиньи, но в отличии от Бланш, искренне любившей мужчин, Кору называют наиболее корыстной из всех известных куртизанок. При этом Кора Перл была дочерью английского композитора, виолончелиста и педагога Фредерика Николза Крауча (1808—1896), получила прекрасное воспитание и на "путь порока" вступила исключительно по собственным побуждениям.

Ее любовниками были, пожалуй, все принцы Второй империи - Виктор Массена, герцог де Риволи; принц Вильгельм Оранский, сын короля Нидерландов; сын Иоахима Мюрата, принц Ашиль; герцог де Морни, сводный брат Наполеона III; принц Наполеон, двоюродный брат Наполеона III. Из шалости Кора носила носила на шее золотую цепь, украшенную 12-ю медальонами с гербами ее любовников - представителей знатнейших фамилий Франции.

Герцог де Морни арендовал для куртизанки на берегу Луары прекрасный дворец Босежур, где Кора устраивала сказочные приемы. На одни продукты для гостей у нее уходило более 60 000 франков в месяц. Склонная к экстравагантным поступкам, Кора однажды предстала перед гостями в обнаженном виде. «Уснувшую нимфу», украшенную петрушкой и облитую соусом (по другим источникам, усыпанную пармскими фиалками), четверо слуг внесли в зал на огромном серебряном блюде.

Следующим любовником Коры был принц Наполеон, который покупал ей особняки и снабжал крупными суммами денег. Зная, как женщина любит цветы, принц присылал ей целые яхты орхидей и роз.

Зимой 1867 года куртизанке приходит экстравагантная мысль сделаться артисткой театра-буфф. После соответствующей подготовки Кора вышла на сцену полуобнаженной и исполнила куплеты в комической опере Оффенбаха «Орфей в аду». В заключительной сцене новоявленная артистка села на пол и подняла ноги так, чтобы зрители могли увидеть подошвы ее туфель, усыпанные бриллиантами.  Герцог де Граммон-Кадрусс сказал о ней: "Если бы в ресторане подавали омлет с бриллиантами, Кора ужинала бы там каждый вечер".

Каждый год она покупала не менее 10 лошадей и часть своего досуга посвящала верховой езде. Злые языки поговаривали, что Кора обходится с лошадьми нежнее, чем с любовниками, которых она меняла как перчатки.

От Коры Перл был без ума русский князь Горчаков. Он говорил, что «украл бы солнце с неба, чтобы удовлетворить ее капризы».

Один из самых богатых людей России, князь Павел Демидов, впервые увидев Кору, не снял передней шляпу и, усмехаясь, заявил, что жемчуг в ее ожерелье фальшивый. Тогда куртизанка сорвала с себя ожерелье и швырнула его на пол. Видимо, это произвело впечатление на князя, ибо уже через несколько дней он на коленях молил девушку о любви и в залог будущего счастья подарил ей бриллиантовое колье стоимостью 5000 фунтов стерлингов.

В 80-х годах XIX века звезда этой куртизанки закатилась, она была вынуждена покинуть свой особняк на улице Бассано и закончить дни в мансарде, брошенная всеми, кроме Эжени, старой кокотки, которая каждый вечер отправлялась стучаться в двери бывших любовников Коры, надеясь выпросить несколько су...

http://i017.radikal.ru/1107/e7/b3d34ae47bcdt.jpg http://s55.radikal.ru/i150/1107/e9/eabbc93a1adct.jpghttp://s50.radikal.ru/i129/1107/80/f3fe0641c55et.jpg

PS Кстати говоря, биография Коры невольно наводит на мыслm о том, какова могла быть судьба Кристины Дааэ, не встреться ей на пути исключительно порядочные мужчины. :)

40

Hell, какая прелестная тема! Исключительно интересный материал подбираете, дамы. :give:

41

Аполлония Сабатье

Одной из самых ярких представительниц дам полусвета была Аполлония Сабатье или, как ее называл Теофил Готье, Президентша. Современники говорили, что при ее «...крещении присутствовали три феи: красота, грация и веселый нрав. У нее был великолепный цвет лица, правильные черты, маленький, вечно улыбающийся рот и хитрое выражение лица. Она распространяла вокруг себя счастье и свет, одевалась со вкусом и фантазией, не следуя моде. Вернее, она создала собственную моду. Великие художники, посещавшие ее по воскресеньям, давали Аполлонии советы и рисовали фасоны платьев...».

http://s50.radikal.ru/i130/1107/a5/63c57ece0f6f.jpg

Среди людей искусства Президентша пользовалась огромной популярностью: одни ее рисовали и лепили, другие – преподавали ей музыку, третьи - списывали с нее своих героинь, создавая шедевры мировой литературы. Аполлония была музой и другом Бодлера, Клезингера, Готье, Флобера, Фейдо, Мессонье, Делакруа... Когда-то этой юной и скромной девушке все в округе пророчили карьеру оперной певицы (Аполлония профессионально занималась пением и обладала прекрасным голосом) Никто не мог и предположить, что однажды это хрупкое и прозрачное существо бросит все, став любовницей мецената Моссельмана, чтобы еще через некоторое время превратиться в одну из самых знаменитых и самых уважаемых куртизанок Франции.

Имя Аполлонии Сабатье часто сопровождали скандалы. Так, Президентша сумела «всколыхнуть» общественность, совершив довольно дерзкий по тем временам поступок – согласилась, чтобы с ее тела сделали слепок. Работа знаменитого Клезингера была прекрасна. «Женщина, укушенная Змеей», корчившаяся от боли на ложе из цветов, привлекала тысячи глаз и вызвала настоящий переполох: скульптора обвиняли в явном бесстыдстве работы и ее неприкрытом эротизме. Но как бы то ни было, находящаяся сейчвс в Лувре «Женщина, укушенная Змеей» принадлежит к самым знаменитым скульптурам XIX века.

http://s51.radikal.ru/i131/1107/b6/a7bc49354f2a.jpg
Огюст Клезенже. Женщина, ужаленная змеей, 1847


Среди посетителей салона Презеденши был знаменитый Теофиль Готье, который настолько обожал куртизанку, что посвятил ей часть своих стихотворений. Писатель говорил, что «Аполлония превосходит всех остальных женщин тем, что, несмотря на редкую красоту, не требует, чтобы за ней ухаживали... Она принадлежит к той редкой породе женщин, с которыми мужчины чувствуют себя интеллектуально и духовно свободными».

Здесь можно было встретить и дерзкого на слова Флобера, и задумчивого Мессонье, и скромного Листа. Но разгульная жизнь не сделала Аполлонию мелочной и строптивой, скорее, наоборот, вращаясь в кругу одаренных людей, она сама становилась ярче. И когда в ее жизни появился Бодлер, то первоначальная обоюдная симпатия быстро переросла в странную любовь. Мрачный, скрытный Шарль и веселая, жизнерадостная Аполлония... Они скрывали свои отношения. Знаменитый поэт писал ей письма, посвящал стихи, иногда приезжал. «Он обожал ее так, - пишет Дж. Ричардсон – как обожают богинь».

Но несмотря на всю силу своей привлекательности, Президентша все же была женщиной, женщиной из плоти и крови, а для Бодлера признание этого факта было равносильно удару кнута, потому что этому гениальному писателю, прежде всего, нужна была муза, идеал, который вдохновлял бы в него жизнь. А Аполлония страдала. Ненавидела и одновременно желала Бодлера, который оставался для нее, куртизанки с большой буквы, недосягаем. Но и менно духовная близость, несмотря на одну, проведенную вместе ночь, связала их узами, более крепкими, чем любовь - узами дружбы.

Даже через тринадцать лет после смерти Шарля она защищала его от неистовых критиков.
Через какое-то время Аполлония рассталась с Моссельманом, у того больше не было денег на куртизанку – его семья разорилась. Президентша решив зарабатывать сама. Жизнь среди одаренных людей не прошла для нее даром – она принялась за реставрацию и рисование миниатюр. Ее учителем был знаменитый Мессонье (художник рисовал ее портрет больше восьми раз), поэтому рисовала она настолько неплохо, что заслужила одобрение большей части художественных критиков. Однако прожить на эти деньги, привыкшая к роскоши куртизанка не смогла, и потому была вынуждена продать часть произведений искусства из своей коллекции. Только за собственный бюст, работы Клезингера, Лувр заплатил ей 43 тысячи франков.

Но Аполлония проработала на себя недолго. Зная цену деньгам и мастерски владея искусством обольщения, ей не составило труда завести очередного любовника. Она выбрала Ричарда Уоллеса – внебрачного сына богатого маркиза. И не прогадала. Через несколько лет этот без пяти минут маркиз, унаследовав 60 миллионов, не забыл и о своей очаровательной любовнице. Президентше перепало около 50 тысяч ливров... Пришло настоящее богатство, но ушло время. Аполлонии было уже далеко за сорок. Она располнела. Ее красота быстро и стремительно увядала; все друзья или разъехались, или умерли, а воскресные обеды в роскошном салоне просто перестали существовать... Через несколько десятков лет одна из самых знаменитых французских куртизанок превратилась в обрюзгшую женщину, внешне мало, чем напоминающую ту молодую красавицу, при крещении которой присутствовало три феи...

http://s014.radikal.ru/i327/1107/5a/1f61a1e9be5b.jpg
Венсан Видаль. Портрет госпожи Сабатье

Источник http://www.botinok.co.il/node/50056

Отредактировано Hand$ome (2011-07-21 14:58:10)

42

О, да, Президентша! Помнится, при переводе "Ангелов Музыки" я про неё тоже материала кучу перерыла. :) Но ты здесь основные любопытные моменты уже перечислила.

Правда, мне стало смешно, что Лист тут назван "скромным". В те годы он скромным не был совершенно, это уже позже он духовно переродился.

43

Hand$ome,  :friends:  :D

Мне особенно впачатлила история романа Аполлонии с Бодлером :) Прекрасно иллюстрирует взаимоотношения с музой, коорые хороши в дистанцированном виде.  :)

.. литературные успехи не могли возместить Бодлеру недостаток личного счастья. Жанна в его глазах воплощала сугубо "женское", "животное" начало, о котором он отзывался с холодным презрением, хотя на самом деле, бравируя тем, что якобы не ждет от противоположного пола ничего, кроме чувственных удовольствий, втайне всю жизнь мечтал об идеальной любви, о женщине-друге и о женщине-матери. 
Беда заключалась в том, что Аполлония Сабатье,дама полусвета, в которую Бодлер влюбился в 1852 г., мало подходила на эту роль.
Однако Бодлер, плохо "разбиравшийся в женщинах, склонен был либо незаслуженно презирать их, либо столь же незаслуженно обожествлять. Нет ничего удивительногов том, что он вообразил, будто в лице привлекательной, не лишенной ума и сердца г-жи Сабатье он встретил наконец предмет, достойный обожания и поклонения, встретил свою Беатриче, свою Лауру, свою Музу. Впрочем, до крайности самолюбивый, невыносящий и мысли о том, что может быть отвергнут и осмеян, Бодлер не решилсяна признание, но поступил совершенно по-детски: 9 декабря 1852 г. он анонимнопослал г-же Сабатье стихотворение "Слишком веселой", сопроводив его письмом, написанным измененным почеркам. Затем последовали новые письма и стихотворения, но при этом Бодлер продолжал как ни в чем не бывало посещать салон дамы своего сердца, никак не выказывая своих чувств и сохраняя неизменную маску сатанинской иронии на лице.
Г-жа Сабатье была тронута почтительной пылкостью таинственного поклонника, а женская проницательность позволила ей без труда разгадать инкогнито, не показав, разумеется, при этом и виду. Бодлер же, успевший в середине 50-х годов пережить еще одно любовноеувлечение (на этот раз пышнотелой и пышноволосой актрисой Мари Добрен, воспетойв "Цветах Зла" как "женщина с зелеными глазами"), тем не менее продолжал вести платоническую игру с Апполонией Сабатье до августа 1857 г., когда вынужден был открыться. (с)

Взято отсюда:
http://www.philol.msu.ru/~forlit/Pages/Bib..._Baudelaire.htm

http://s42.radikal.ru/i097/1107/73/27723392f3b4t.jpg

На этом портрете Аполлония изображена рядом с читающим Бодлером.

44

На последнем портрете Бодлеру явно польстили, а вот Аполлонии - наоборот. Кто художник, не известно?

45

Леонида Леблан (1842-1894)
куртизанка, но из всех перечисленных выше дам, бесспорно, самая талантливая актриса.

Леонида Леблан была дочерью каменотеса, родилась в деревне и в Париж пришла пешком и босиком. С детства она мечтала стать актрисой, свой первый ангажемент получила в 14 лет в театре Бельвиля.

Сама Леонида признавалась, что актриса может сделать карьеру, только "оказывая любезность" автору, директору, критикам... "Чтобы преуспеть в жизни, следует забыть о сердце", - говорила она.

Способную актрису заметили и пригласили в Париж. Она играла в театрах "Варьете", "Жимназ>, <Одеон". На гребне успеха меняла любовников, предпочитая самых богатых.

"Даже если вы поставите ее на вершину Монблана, она и тогда будет такой же доступной", - вспоминали ее друзья.
Леблан дали прозвище мадемуазель Максимум, намекая на то, что куртизанка всегда запрашивала самую высокую цену, была удачлива, расточительна и любвеобильна.

"Она была сладострастна до самых кончиков ногтей, с манерами маркизы ХVIII века... Она была так хороша, что делала честь французскому флагу... Она - мечта во плоти, ее тело - поэма, его изгибы - стансы, написанные самим Господом, чтобы искушать этих вечных детей - мужчин", - вспоминали современники.

Все самые знаменитые мужчины провели хотя бы одну ночь в ее постели, считая, что любовный список современного Дон Жуана был бы неполным без Леблан.

Летом центр парижской жизни перемещался в Баден-Баден. Леонида все вечера проводила в казино и выиграла целое состояние, а потом... потратила его за полгода, "прикуривая сигаретки от купюр и хохоча, глядя, как они превращаются в дым". Ее любовниками были в то время Анри Орлеанский и Клемансо. Обоих забавляла эта ситуация. Принц, смеясь, спрашивал мадемуазель: "Что ваш санкюлот может сказать в свою защиту?". А Клемансо с циничной улыбкой интересовался, что "говорило о нем накануне Его королевское высочество".

Самым высокородным любовником мадмуазель Леблан был герцог д'Омаль. Рассказывают, что в 1873 году в Париже шел судебный процесс над маршалом Базеном, капитулировавшим во время франко-прусской войны. Зал был переполнен. Одна светская дама пришла в негодование, увидев Леониду на одном из лучших мест, которое предоставил ей герцог. "Я пожалуюсь на вас Его светлости, я с ним сегодня обедаю!" - воскликнула аристократка. На что куртизанка невозмутимо ответила:
"Обедаете, мадам? А я с ним ужинаю и делю постель".

Леонида играла в театрах, на досуге писала книги. Некоторые пользовались успехом.
"Самые сильные страсти живут не дольше цветов, поэтому единственно достойная цель - деньги, много денег, они правят миром. Когда вам будет уже не 20 лет и вы потеряете красоту, вас утешит хорошая рента, она же позволит выйти замуж за господина, который отдаст вам свою молодость и имя. Перестав быть доступными, мы станем честными женщинами, то есть кончим так, как должны были бы начать", писала она.

В возрасте 52 лет куртизанка умерла от рака. "Она очаровала целое поколение. Из всех реликвий порочного и продажного двора Наполеона III она сохранилась лучше всего", - писали современники, забывая, впрочем, что Леонида Леблан была всего лишь крестьянской дочерью.

http://s57.radikal.ru/i157/1107/25/67f1f6f8ce14t.jpg http://s005.radikal.ru/i209/1107/fc/a42b1fe9c168t.jpg

http://s61.radikal.ru/i172/1107/9f/05933a20c756t.jpg http://i036.radikal.ru/1107/2a/2d46cbe81a77t.jpg

46

На последнем портрете Бодлеру явно польстили, а вот Аполлонии - наоборот. Кто художник, не известно?

Мышь_полевая,
это фрагмент картины Гюстава Курбе "Мастерская художника".

Да, кстати! В других исторчниках я нашла, что Курбе нарисовал рядом с Бодлером все же Жанну Дюваль - ту самую "Черную Венеру".

А это стихотворение Ш. Бодлера "Слишком веселой" , посвященное Аполлонии:

Твои черты, твой смех, твой взор
Прекрасны, как пейзаж прекрасен,
Когда невозмутимо ясен
Весенний голубой простор.

Грусть улетучиться готова
В сиянье плеч твоих и рук;
Неведом красоте недуг,
И совершенно ты здорова.

Ты в платье, сладостном для глаз;
Оно такой живой раскраски,
Что грезятся поэту сказки:
Цветов невероятный пляс.

Тебя сравненьем не унижу;
Как это платье, хороша,
Твоя раскрашена душа;
Люблю тебя и ненавижу!

Я в сад решился заглянуть,
Влача врожденную усталость,
А солнцу незнакома жалость:
Смех солнца разорвал мне грудь.

Я счел весну насмешкой мерзкой;
Невинной жертвою влеком,
Я надругался над цветком,
Обиженный природой дерзкой.

Когда придет блудница-ночь
И сладострастно вздрогнут гробы,

Я к прелестям твоей особы
Подкрасться в сумраке не прочь;

Так я врасплох тебя застану,
Жестокий преподав урок,
И нанесу я прямо в бок
Тебе зияющую рану;

Как боль блаженная остра!
Твоими новыми устами
Завороженный, как мечтами,
В них яд извергну мой, сестра!

Отредактировано Hell (2011-07-29 12:13:11)

47

Императрица Евгения, полное имя Евгения/Эухения/Эжени Мария Игнасия Августина Палафокс де Гусман Портокарреро и Киркпатрик де Платанаса де Монтихо де Теба (1826 - 1920)

Наполеону III  не удалось взять в жены принцессу из какого-нибудь царствующего европейского дома, потому он женился по любви на красавице-испанке графине Евгении де Монтихо. Как он заявлял: "Я предпочел женщину, которую люблю и уважаю, женщине, неизвестной мне".

Императрица была женщиной во многих отношениях незаурядной, однако ее семейное счатье не задалось. По воспоминаниям современников, император оставался верен жене всего полгода, а после ей пришлось терпеть присутствие в его жизни многих дам света и полусвета, биографии которых находятся выше :).

В браке Евгению ожидала череда скандалов, от которых возмущенная императрица спасалась тем, что покидала двор - что, в свою очередь, было скандалом уже для европейских монарших домов.

У императорской четы родился всего один ребенок, который дорого дался матери - принц Наполеон-Эжен.

Разачарованная в своем браке, Евгения увлеклась политикой, однако ее влияние на внешний курс Франции тоже можно назвать негативным - именно она уговорила мужа начать неудачную Мексиканскую кампанию, именно она настаивала на войне с Пруссией, которая привела монархию к катастрофе.
Во внутренней политике, в последние трудные годы, когда Наполеон терпел поражение за поражением, она предлагала ему отречься в пользу сына - при ее регенстве.

После того, как ее муж попал в прусский плен, императрица все ему простила и поддерживала Наполеона до самой его смерти.

Обосновавшись в Англии, императрица Евгения прожила удивительно долгую жизнь, надолго пережив и мужа и сына.

http://s61.radikal.ru/i172/1107/31/146b72800cb4t.jpg http://s014.radikal.ru/i329/1107/a1/0d27f6d923a5t.jpg http://s61.radikal.ru/i173/1107/9e/bf5928c52c05t.jpg

http://i010.radikal.ru/1107/ab/040c0dfe9342t.jpg http://i016.radikal.ru/1107/4e/b14413b0cd23t.jpg

Внизу семейные фотографии - с мужем и с сыном.

Отредактировано Hell (2011-07-22 08:57:07)

48

Сколько всего интересного! Hell, Hand$ome  :clap:

Еще немножно о Евгении )
"Сентябрь 1865 года. В Париже начинается эпидемия холеры. Город охвачен паникой, того и гляди вспыхнет бунт.
     Императорская чета в это время отдыхала в Биаррице, но немедленно примчалась в столицу. Наполеон начал наводить порядок, учреждать карантины и грозить смутьянам строгими карами – то есть повел себя обычным для мужчины дуболомным образом.
     Что сделала Евгения? Посетила ВСЕ холерные бараки города, пожала руку КАЖДОМУ больному и всего лишь пожелала им выздоровления. Свиту всякий раз оставляла снаружи, чтоб не заразились.
     Когда о поведении Евгении узнали парижане, город успокоился и паника утихла.
     На следующий год та же история повторилась в городе Амьене, куда Евгения приехала специально, чтобы снова прикоснуться к каждому из заболевших. Амьенский епископ и маршал Вайян, сопровождавшие императрицу, заявили протест – она не имеет права так собой рисковать. Епископу она ответила: «Вы лучше позаботьтесь о собственном здоровье». Вайяну сказала: «Маршал, вот так ведут себя под неприятельским огнем женщины».
   
Бисмарк в 1870 году назвал императрицу Евгению «единственным мужчиной в Париже».

отсюда http://borisakunin.livejournal.com/7126.html

Отредактировано Deydra (2011-07-21 18:37:26)

49

Deydra,

спасибо, что дополнили тему об императрице. Я-то вижу один негатив - по результатам этого царствования. Хотя ... в самом начале правления Наполеона III Франция была так сильна, что одолела даже Российскую империю в Крымской войне.

Может, уже на "ты" перейдем?  :)

Отредактировано Hell (2011-07-22 08:58:46)

50

Еще о  последней императрице Франции

Имя этой женщины когда-то давно было нанесено на карту России. Архипелаг Императрицы Евгении, такое общее название носят несколько островов в заливе Петра Великого Японского моря. Все началось в 1850-х годах, когда английские и французские моряки впервые обнаружили неизвестные острова в Японском море и дали им название в честь  французской императрицы Евгении Монтихо. Спустя годы в 1862 году , когда Россия бурно осваивала восточные границы своей империи, молодые русские офицеры  подробно обследовали архипелаг и дали названия всем входящим в него островам.  В 1865 году была издана полная карта залива Петра Великого, на которой архипелаг был обозначен полностью. Увы, в советскую эпоху это имя исчезло не только с карт - оно вообще нигде не упоминалось. Какое отношение могла иметь императрица, тем более французская, к “красному” Дальнему Востоку?  Лишь в 1984 году это имя опять появилось в реестре международных географических названий.

Кто же эта женщина, если даже в России ей оказана такая честь?  Евгения (имя ее полностью звучало так: Мария Игнасия Августина Палафокс де Гузман Потртокарреро и Киркпатрик де Платанаца де Монтихо де Теба) родилась в Гренаде 5 мая 1826 года в семье графа и графини Теба.

Титул графа Монтихо отец Евгении унаследовал в 1834 году.  Испанка по крови, Евгения однако была воспитана на французской литературе. Точнее, самими литераторами. Ее учителем французского был Стендаль, а любовником матери и другом семьи на протяжении многих лет – сам Проспер Мериме. Отец Евгении дал дочери блестящее образование во Франции и Британии.

Царствование французской императрицы Евгении,  это целая эпоха во французской культуре удовольствий, время разработки и закрепления  "искусства жить". Именно императрица Евгения ввела в Европе моду на путешествия, комфорт, духи, большие отели и отдых на побережье Атлантики - так, например, знаменитый отель в Биаррице Hotel du Palais, он же вилла "Евгения", был построен Наполеоном именно для своей жены.

Императрица любила живопись и часто приближала к себе нравящихся ей художников. Среди прочих она выделяла немецкого портретиста (ставшего благодаря этому очень модным и востребованным) Винтерхальтера, который написал большую часть ее портретов.

Императрица Евгения установила при дворе своеобразный культ Марии-Антуанетты, разыскивала ее мебель, заказывала копии ее любимых предметов для своих резиденций. За историю правления Наполеона III Евгения трижды была регентшей, исполняя обязанности отсутствующего во Франции по разным причинам Луи Наполеона.
http://s006.radikal.ru/i213/1107/69/2f976bc71041.jpg
Франц Хавьер Винтерхальтер Портрет императрицы Евгении 1865

http://s45.radikal.ru/i108/1107/c6/1f52d4ff90dft.jpg
C cыном Лулу

После смерти мужа Евгения жила в Англии и Испании. Она пережила своего супруга почти на полстолетия и умерла 11 июля 1920 года в Мадриде в возрасте 94 лет.

Отредактировано Hand$ome (2011-07-21 20:25:08)

51

Hell, конечно,  http://s14.rimg.info/770455e1f1f05c72f14cbb5cef8bd1a3.gif

Хочется еще одну даму полусвета представить )

Алиса Ози Она родилась в 1820 г. Ее отец - ювелир — нарек дочь именем Мария - Жюстина. Сначала она работала в магазине, затем горничной в Бельвиле. Девушка была столь красива, что когда выходила на улицу, прохожие мужчины останавливались и откровенно глазели на нее.

В Париже она сблизилась с молодым и преуспевающим певцом Эдуардом Брендо. Он помог ей дебютировать в «Варьете» и дал сценическое имя Алисет. Увидев ее в роли Луизы в «Шевалье на посту», герцог Омальский – сын Луи-Филиппа был ослеплен её красотой, а Алисет не чинила препон.
Принц тоже был красив, но у него не было денег. Алисет любила деньги, но любила и красавца принца, - до одного вечера, когда обнаружила, что любит деньги чуть больше. В этот вечер, выходя из театра, она увидела пару прекрасных коней. Она остановилась, пораженная, любуясь, как они бьют копытами. Лакей, кланяясь, распахнул перед ней дверцу кареты — она предназначалась для нее. Это было признание в любви сына банкира Перрего. Алиса Ози стала его содержанкой.
Когда она узнала о женитьбе герцога д'Омаля, то вернула ему все пышущие страстью письма, адресованные ей. Д'Омаль посчитал нужным в ответ отправить ей несколько банковских билетов. Алиса возвратила их с припиской: «Я предпочитаю воспоминания».
http://s58.radikal.ru/i161/1107/78/210ca5a9ea24t.jpg
В 1841 году Алиса познакомилась с известным французским критиком, писателем и публицистом Теофилем Готье. Связь с ним она старалась использовать с максимальной пользой для себя. В одном из писем она писала: «Милый, не забудьте упомянуть в статье, что я родилась 6 августа 1825 года, а дебютировала в 1840-м, а то один наглый журналист написал, что я мозолю публике глаза уже 15 лет!»

Много говорили об Алисет в 1843 г., когда она получила роль Розетты в пьесе Теофиля Готье «Путешествие в Испанию». Алисет была счастлива и, трепеща от волнения, решилась посетить поэта, чтобы отблагодарить его. Историк Жюль Берто так описал эту сцену: «Теофиль Готье прекрасно ее встретил, осыпал комплиментами, обещал сохранить за ней роль в пьесе и попросил остаться на обед. Чтобы скоротать время до обеда, он предложил ей предстать перед ним обнаженной, поклялся, что не подойдет к ней, а только будет любоваться ею и писать стихи своей обнаженной музе. Ози сначала рассердилась, потом рассмеялась. Случайно там была уже готовая ванна, Алисет в нее вошла и заснула, пока Теофиль работал. «Затем мы пообедали, и я спокойно вернулась к себе, мне не пришлось отвергать его ласки. У него воспаление мозга — он не вполне нормален...» — добавляла она несколько разочарованно.
http://i025.radikal.ru/1107/d9/c5444104d34at.jpg
Она позирует Кутюру, Доре, Поль де Кок пишет для неё пьесы, Огюст Прео высекает её тело из камня. Среди её поклонников был и Виктор Гюго, а вслед за ним и его сын Шарль. Он тоже посвящал ей стихи, которые ее смешили и забавляли.

Жизнь была прекрасна. Одно лишь облачко омрачало их счастье. У Шарля не было денег: Виктор Гюго был скуп. «У бедного мальчика была совершенно непристойная шляпа, — рассказывала Алиса, — я хотела купить ему новую, но так, чтобы не обидеть. Вечером я ждала гостей. Мы сговорились с Готье, что он, как бы случайно, будучи сильно близоруким, сядет на несчастную шляпу Шарля. Это будет достойным предлогом купить ему новую у шляпника в доме напротив. Вечером у меня было очень много гостей. Вошел Теофиль Готье, увидел на канапе шляпу и уселся на нее. Сколько было шума! Это была совершенно новая шляпа одного англичанина, он очень сильно рассердился».

В1848 году Алиса познакомилась с Теодором Шассерио и так в него влюбилась, что забыла всех своих знаменитых и богатых поклонников. Их роман длился два года.
Алиса полностью соответствовала любимому типу красоты Шассерио. он написал с нее бесчисленное множество ню. Самое знаменитое из них «Заснувшая нимфа».
http://s42.radikal.ru/i097/1107/88/0704d06a4fa0t.jpg
Эта картина так понравилась будущему Наполеону III, что он захотел ее купить.
- Зачем вам эта картина, когда вы можете получить оригинал? — нашептали ему.
Так и получилось. Тем не менее, Алисет вновь вернулась к своему художнику. Их связь возобновилась с новой силой. Они ссорились, расставались, вновь сходились, клялись больше никогда не встречаться, и в конце концов, расстались окончательно.
В книге Виктора Гюго "Увиденное" есть сцена под названием "С натуры». Там описана Алиса Ози, «влюбленная в эту обезьяну Серио», то есть Шассерио. Их роман был изображен откровенно грубо, Алиса была обижена.

Прошли годы. В тридцать пять лет Алисет покинула театр, чтобы стать любовницей банкира Гронинга.
- Он дал мне состояние, — говорила Алиса, — и десять лет я спала одна, что, позволило мне хорошо сохраниться.
Эдмон Абу, Гюстав Доре уверяли ее, что она хорошо сохранилась в свои сорок пять лет, и утешали, как могли, в ее одинокой постели.
http://s001.radikal.ru/i193/1107/dd/f67265e1fc21t.jpg
Алиса умерла в 1893 году одинокой и очень богатой (она всю жизнь удачно играла на бирже).

52

Графиня Марианна Колонна Валевская (1823-1912), в девичестве Мари Анн ди Риччи.

Графиня происходила из двух знатных европейских семейств - ее отцом был итальянский граф Занобио ди Риччи, а двоюродным дедом - последний король Польши - Станислав-Август Понятовский.

Марианна стала второй женой графа Александра Колонна Валевского, внебрачного сына императора Наполеона I и графини Марии Валевской.

Граф Валевский сделал весьма удачную карьеру во Франции во времена Второй империи - что было неудивительно, учитывая его родство с Бонапартами, пусть и не признанное официально, ради сохранения чести матери.

В течение пяти лет граф Валевский был министром иностранных дел Франции и весьма удачно, в этом качестве, представлял интересы страны и Наполеона III.

По завершению дипломатической карьеры, помимо прочего, он занимал пост Министра изящных искусств и заложил первый камень в основание здания Парижской оперы.  :)

Все эти (и многие другие) достижения супруга мадам Валевскую не удовлетворили, и она повторила судьбу своей свекрови, сделавшись любовницей императора Наполеона III.

Впрочем, современники, утверждали, что граф Валевский был в курсе взаимоотношений супруги с его племянником, относился к этому снисходительно и не оставался в накладе.

Безграничная снисходительность министра была отмечена Шомон-Китри как-то вечером в Компьене. Речь зашла о фаворитке императора, и принцесса Матильда воскликнула:

— Мадам Валевска хитрая бестия, она сумела, будучи любовницей императора, подружиться с императрицей. Но она до смерти боится своего мужа, и я голову даю на отсечение, что месье Валевски ни о чем не догадывается.

Месье Шомон-Китри тут же возразил:

— Полагаю, что Ваше Сиятельство глубоко заблуждается. Неведение Валевски — не более чем комедия. Я своими глазами видел, как он, гуляя по парку в Вилленев, отвернулся и пошел в противоположную сторону, заметив императора со своей женой. Но это еще что в сравнении с тем, чему я был свидетелем в Шербурге в этом году. Как-то утром мы с месье Валевски находились в смежном с комнатой императора помещении. Явился Мокар, чтобы побеседовать с императором, не стучась, прошел в его комнату, и тут же вылетел обратно в крайнем замешательстве, чуть не сбив меня с ног. Сквозь приоткрытую дверь я увидел мадам Валевска в объятиях императора. Не сомневаюсь, что и месье Валевски, стоявшему рядом со мной, было доступно это зрелище.

Однажды маршал Вайан сформулировал общее мнение с чисто военной грубоватой прямотой.

Это было в Пьеррефон. Мадам Валевска залюбовалась водосточным желобком в форме ящерицы в отреставрированной части замка:

— Это очень красиво, — сказала она, — но, должно быть, такой доступ к воде стоит дорого!

— Не дороже, чем к вам! — парировал маршал Вайан.

Эта реплика, явно дурного вкуса, имела то преимущество, что дошла до всех, кто ее слышал.

Тем не менее, Марианна Валевская была единственной фавориткой Наполеона III, присутствовавшей на его похоронах, - как ее свекровь Мария Валевская, в свое время, была единственной пассией Наполеона I, посетившей его на Эльбе (Маргарита Беланже, о которой я писала выше, на похороны явиться не посмела - просто побывала позже на могиле любовника).

У графа Валевского всего было семеро детей (от двух жен и любовницы), в том числе четверо от графини Марианны - 3 дочери и сын - Шарль-Заноби-Родольф (имя Шарль мне в этом перечне категорически не нравится, ибо это родовое имя Бонапартов, Наполеона III звали Шарль-Луи-Наполеон).

Интересен тот факт, что граф Александр сделал своим наследником внебрачного сына от актрисы Элизы Рашель, с которой имел многолетнюю связь, Александра-Антуана, а не законного сына от Марианны - видимо, в этом случае больше был уверен в отцовстве. Впрочем, возможно, причина крылась в другом - граф слишком хорошо понимал, каково быть незаконнорожденным.

Современная французская ветвь графов Валевских происходит именно от этого сына актрисы-еврейки.

http://i011.radikal.ru/1107/02/eb1a89116a84t.jpg http://i045.radikal.ru/1107/b1/f05ba2234a0ct.jpg

Портрет графини Марианны и фотография - с мужем графом Александром Валевским.

http://s40.radikal.ru/i090/1107/a9/df6d9019429dt.jpg  http://s46.radikal.ru/i111/1107/51/1529ff60721dt.jpg

Граф Александр Валевский и его мать - графиня Мария Валевская.

http://www.colonnawalewski.org/result.php?code=ricci

PS. Не могу не заметить. что граф похож - похож на своего батюшку! :)

Отредактировано Hell (2011-08-22 01:17:27)

53

Мда... У меня такое ощущение, что Наполеон III не пропустил вообще ни одной юбки, попавшей в поле зрения! Хотя, я читала, что он пытался все же от Евгении это скрывать.  <_<

54

Deydra,

ага, Наполеон III был настоящий эротоман - он бы и рад быть тайным, но в его положении такое невозможно. :)

Мне даже сделалось обидно за графа Александра - если Марианна была столь ярой бонапартисткой, то ее муж был куда ближе по крови к Наполеону I. Зато Наполеон III был весьма щедр к своим любовницам. :)

Кстати, французы предпочитают любвеобильных монархов (это видно даже по их лояльности к разводу Саркози), а единственного короля, который был верен своей жене, они казнили. :)

Отредактировано Hell (2011-07-23 11:02:25)

55

Мне даже сделалось обидно за графа Александра

Ага! Как-то это все не очень.  :blink:
В «Гроте Венеры» упоминалась Софи де Морни.

Она родилась 25 марта 1838 года, и была (по одной из версий) внебрачной дочерью императора Николая I. В январе 1838 он «насильно обвенчал» корнета Кавалергардского полка князя Сергея Васильевича Трубецкого (1815–1859) со своей фавориткой Екатериной Петровной Мусиной-Пушкиной, с весьма ощутимым сроком беременности. С. А. Бобринская, двоюродная сестра Трубецкого, писала своему мужу: «Нужно тебе рассказать последнюю новость. Ту, которая занимает все умы, как когда-то наводнение, как пожар Дворца, как смерть Пушкина год тому назад — как, наконец, все, что выходит за рамки обычной жизни, как неслыханная и ужасная катастрофа, – это женитьба Сергея Трубецкого на мадемуазель Пушкиной!». По другой версии А.Я Булгаков вспоминал :»Весь Петербург теперь только занят обрюхатевшею фрейлиной Пушкиной. Государь всегда велик во всех случаях. Узнавши, кто сделал брюхо, а именно князь Трубецкой, молодой повеса,... он их повелел обвенчать и объявил, что она год, как тайно обвенчана...Экой срам!.» Уже летом 1838 года, после рождения Софии супруги разъехались.

http://ru-oldrussia.livejournal.com/106563.html  здесь, если интересно, о её жизни в институте благородных девиц )
Когда Софи появилась в свете, то она затмила многих красавиц. В 1856 году в Петербург приехал посол Франции герцог де Морни, близкий родственник Наполеона III. Он влюбился в молоденькую Трубецкую  и 7 января 1857 она поженились (он был старше её 25 лет). У него были обязательства перед Фанни Моссельман http://en.wikipedia.org/wiki/Fanny_Mosselman
http://s50.radikal.ru/i130/1107/1e/5e7c55f7f2aft.jpg
(связь длилась более 20 лет, была дочь) и, недолго думая, он послал ей такую телеграмму: «Так нужно Франции, так хочет император, я женюсь!»
Хорошо зная, что его красавица-невеста не имеет ровно никаких средств и что ей не только не на что будет сделать себе приданое, но и на подвенечное платье у нее средств не хватит, граф Морни тотчас по получении от нее согласия на брак прислал ей свадебную корзину, на дне которой лежали процентные бумаги на крупную сумму. Ознакомившись с содержимым конверта, невеста гордо подняла свою красивую головку и с холодной улыбкой заметила: "Le present vaut mieux que le futur!" (Настоящее предпочтительно будущему).
В Париже Софи жила в неведении относительно прошлого мужа и блистала на балах, будучи признанной красавицей столицы Франции. У них родилась дочь Матильда (позднее скандально известная своими  связями с Колетт и Лианой да Пужи) и три сына.
http://s007.radikal.ru/i301/1107/27/6da8ce3cba02.jpg
О ней в своих мемуарах вспоминал Мариуса Петипа. Во время гастролей в Париже вместе с молодой женой, он добился приема у министра двора герцога де Морни. У Петипа была одна просьба — разрешить его жене несколько представлений в Большой Опере. Дело неожиданно решилось быстро. Вошла герцогиня де Морни, и герцог представил ее как соотечественницу жены. Герцогиня была очень любезна, спрашивала, что собираются они поставить. Петипа отвечал: «Одноактный балет "Парижский рынок"»... — «Хорошо! Название это мне нравится, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы получить согласие Его Величества Императора Наполеона III присутствовать на одном из ваших представлений в Большой Опере».
«И тут счастье улыбнулось нам, — пишет Петипа, — судьбе было угодно, чтобы супруга герцога де Морни оказалась русской, она охотно помогала соотечественникам и пользовалась большим влиянием при дворе. Благодаря ее протекции мы получили от директора Оперы Руайе записку, которой моя жена извещалась, что через восемь дней может дебютировать и что ей разрешено дать 6 представлений балета «Парижский рынок».
На первом представлении присутствовали Император Наполеон III, Императрица Евгения, герцог и герцогиня де Морни и весь Двор. Грация и талант моей жены привели всех в восторг, и, следуя примеру Их Величеств, публика проявляла свой энтузиазм в бесконечных вызовах и овациях».
http://i079.radikal.ru/1107/9b/1e93d82b74b6t.jpg http://i002.radikal.ru/1107/13/a78364f9f06et.jpg http://s014.radikal.ru/i329/1107/c1/9fa694080d01t.jpg
С де Морни
В 1865 году муж Софи скоропостижно скончался, не успев привести свои дела, бумаги и письма в порядок. И она, к своему ужасу, нашла много свидетельств его разгульной жизни и бесчисленных измен. Герцогиня была оскорблена. На похороны мужа она пришла в ярко-красном платье, с обнаженными плечами, и заявила, что не будет носить по нему траура, так как он был ей неверен.
http://i073.radikal.ru/1107/b5/3b0d6bc7e881t.jpg
Скандальное фото )). Герцогиня с сигаретой. Многие дамы тогда курили, но не афишировали этого.
Очень скоро после его смерти София вышла замуж за герцога Хосе-Оросио де Сесто (1925-1909) и уехала с ним в Испанию.
http://s53.radikal.ru/i142/1107/b1/e236d94e586at.jpg http://s003.radikal.ru/i201/1107/ac/3389933e8331t.jpg
С де Сесто.
Не знаю, правда или нет, прочитала, что императрица Евгения в юности была влюблена в де Сесто и даже пыталась отравиться. Во всяком случае, в Испании София царила при дворе. В 1870 году, она одной из первых поставила на Рождество ёлку. Этот обычай прижился и в других знатных домах. Её супруг был очень близок  ко двору и много сделал для провозглашения принца Альфонса, королем Альфонсом XII
София тоже активно участвовала в реставрации Бурбонов в Испании. Она с группой знатных дам носила знак лилии на платьях и в волосах, а когда мимо её окон проходили сторонники правящего Амадея I, она приказывала закрывать все ставни.

Умерла она в 1896 году.
http://dinastias.forogeneral.es/sophie- … -t513.html  это испоноязычный форум, я ни слова не понимаю, но фото много. )

Отредактировано Deydra (2011-07-23 17:58:26)

56

Что-то я не поняла насчет даты ее рождения... 1838 или 1836 год?

57

Мышь_полевая, вообще-то, в разных местах разные даты. Наверно, все же 38. Пойду исправлю.  :D Я так увлеклась, что даже не заметила, что сюда написала. :mad:
И насчет красного платья... В другом месте говорится, что она очень переживала смерть де Морни, была в трауре, но траур сняла раньше, как-раз из-за писем. У него ведь не только от Фанни ребенок был.

Отредактировано Deydra (2011-07-23 17:23:19)

58

Кажется в "Битве железных канцлеров" А.М. Горчаков, узнав о смерти де Морни, проговорил о молодой вдове:

- Бедная девочка! Где она еще возьмет такого мужа, который мог с равным успехом сидеть за прилавком , и вести политические игры!

Дамы! Вы привели такой интересный материал, замечательные иллюстрации! С своей стороны мне хочется добавить объема - самые прекрасные вальсы и картины к ним.
Вальсирующая Европа.
http://www.youtube.com/watch?v=FaxTRX9o … re=related

Отредактировано Hand$ome (2011-07-23 18:37:39)

59

Deydra,
про княжну Софью Трубецкую ты написала просто прекрасный пост! Супер! appl
Я не нашла информации о ее жизни после смерти де Морни и про ее второго мужа де Сесто.

Но я собиралась начать историю о ней (а ты ее буквально сняла с языка  :D ) с предыстории - которая, в ее случае, круче любого любовного романа. Лично я завидую, как автор, ибо мне такого просто не сочинить.  :)

Что касается отцовства Николая I - я почти уверена, что это так. Аргументов в пользу этого полно: во-первых, Сергей Васильевич Трубецкой с женой никогда не жил и разъехался с ней навсегда сразу после рождения дочери. Во-вторых, удочерить Софи предлагала принцесса Матильда Бонапарт, которая, как я писала выше, была родственницей царя. В честь нее позже Софи назовет свою дочь - ту самую Мисси де Морни.
В-третьих, если де Морни, как он говорил, "женился для блага Франции", то это врядли был брак с простой, ничем не примечательной дворянкой. Зная де Морни, поверить в полное отсутствие заинтересованности как-то не получается. Кстати, это примечательное событие происходит сразу после Крымской войны, когда дипломатические отношения между двумя странами все еще напряжены.

Николая I, откровенно говоря, я недолюбливаю, зато официальный отец Софи де Морни меня всегда занимал.

Князь Сергей Васильевич Трубецкой (1815—1859)
http://s41.radikal.ru/i093/1107/9e/29dddcf2adfct.jpg

Сергей Васильевич Трубецкой был кавалергадром, еще до своей скандальной женитьбы, как тогда говорили, "за шалости" был выслан из Петербурга на юг, потом вернулся в Петербург - и уже после женитьбы, против которой осмелился протестовать, был сослан на Кавказ. Примечательный факт - князь был секундантом Лермонтова на его фатальной дуэли с Мартыновым.
Он вышел в отставку в 1843 году - "за болезнью" и вернулся в Петербург, чтобы стать героем поистине потрясающей любовной истории (она описана в романе Б.Ш. Окуджавы "Путешествие диллетантов") - уже немолодой князь Трубецкой влюбился в свою юную соседку Лавинию Жадимировскую настолько, что, не довольствуясь благопристойной тайной связью, увез ее от мужа и попытался бежать вместе с нею за границу.

Современники рассказывали следующее об этом романе:

"В бытность мою в Смольном монастыре, в числе моих подруг по классу была некто Лопатина, к которой в дни посещения родных изредка приезжала ее дальняя родственница, замечательная красавица, Лавиния Жадимировская, урожденная Бравур. Мы все ею любовались, да и не мы одни. Ею, как мы тогда слышали,- а великосветские слухи до нас доходили и немало нас интересовали,- любовался весь Петербург.

Рассказы самой Лопатиной нас еще сильнее заинтересовали, и мы всегда в дни приезда молодой красавицы чуть не группами собирались взглянуть на нее и полюбоваться ее характерной, чисто южной красотой.
Жадимировская была совершенная брюнетка, с жгучими глазами креолки и правильным лицом, как бы резцом скульптора выточенным из бледно-желтого мрамора.

Всего интереснее было то, что, по рассказам Лопатиной, Лавиния с детства была необыкновенно дурна собой; это приводило ее родителей в такое отчаяние, что мать почти возненавидела ни в чем неповинную девочку, и ее во время приемов тщательно прятали от гостей.

Вообще, в то время в высшем кругу, к которому принадлежало семейство Бравуров, не принято было не только вывозить, но даже и показывать молодых девушек до момента их выезда в свет, и в силу этого никого из тех, кто знал, что в семье растет дочь, не могло удивить ее постоянное отсутствие в приемных комнатах отца и матери.

Между тем девочка подрастала и настолько выравнивалась, что к 14-ти годам была уже совсем хорошенькая, а к 16-ти обещала сделаться совершенной красавицей.

В этом именно возрасте Лавинию в первый раз взяли в театр в день оперного спектакля, и то исключительное внимание, какое было вызвано ее появлением в ложи, было принято наивной девочкой за выражение порицания по поводу ее безобразия и вызвало ее горькие слезы...

В тот же вечер все объяснилось... Тщеславная и легкомысленная мамаша поняла, что красота ее дочери отныне будет предметом ее гордости, и Лавиния начала появляться на балах, всюду приводя всех в восторг своей незаурядной красотой.

Когда ей минуло 18 лет, за нее посватался богач Жадимировский, человек с прекрасной репутацией, без ума влюбившийся в молодую красавицу.
Приданого он не потребовал никакого, что тоже вошло в расчет Бравуров, дела которых были не в особенно блестящем положении,- и свадьба была скоро и блестяще отпразднована, после чего молодые отправились в заграничное путешествие.

По возвращении в Петербург Жадимировские открыли богатый и очень оживленный салон, сделавшийся средоточием самого избранного общества.
В те времена дворянство ежегодно давало парадный бал в честь царской фамилии, которая никогда не отказывалась почтить этот бал своим присутствием.

На одном из таких балов красавица Лавиния обратила на себя внимание императора Николая Павловича, и об этой царской "милости", по обыкновению, доведено было до сведения самой героини царского каприза.
Лавиния оскорбилась и отвечала бесповоротным и по тогдашнему времени даже резким отказом.

Император поморщился... и промолчал.
Он к отказам не особенно привык, но мирился с ними, когда находил им достаточное "оправдание".

Прошло два или три года, и Петербург был взволнован скандальной новостью о побеге одной из героинь зимнего великосветского сезона, красавицы Лавинии Жадимировской, бросившей мужа, чтобы бежать с князем Трубецким, человеком уже не молодым и вовсе не красивым, жившим после смерти жены вместе с маленькой дочерью, которую он, по слухам, готовился отдать в институт.

Побег был устроен очень осторожно и умело, никто ни о чем не догадывался до последней минуты, и когда беглецы были, по расчетам, уже далеко, муж из письма, оставленного ему женой, узнал, куда и с кем она бежала.
Дело это наделало много шума, и о нем доложено рыло государю.

Тут только император Николай в первый раз сознательно вспомнил о своей бывшей неудаче, и, примирившись в то время с отказом жены, не пожелавшей изменить мужу, не мог и не хотел примириться с тем, что ему предпочли другого, да еще человека не моложе его годами и во всем ему уступавшего.
Он приказал немедленно пустить в ход все средства к тому, чтобы разыскать и догнать беглецов, и отдал строгий приказ обо всем, что откроется по этому поводу, немедленно ему доносить.

В то время не было еще ни телеграфов, ни железных дорога. Осложнялся этим побег, но значительно осложнялась, конечно, и погоня...

Волновался, впрочем, только государь... Сам Жадимировский оставался совершенно покойным, и ни к кому из властей не обращался...

Дознано было, что беглецы направились в Одессу. Туда же поскакали и фельдъегеря с строжайшим приказом "догнать" беглецов во что бы то ни стало...

Понятно было, что они на пароходе ускользнуть за границу, и в таком случай на выдачу их надежды не было...

Такой выдачи мог требовать только муж, а он упорно молчал...

Фельдъегеря скакали день и ночь; но не зевали и беглецы, которые, кроме того, имели еще и несколько дней аванса.

В Одессу, как и следовало ожидать, Трубецкой с Лавинией прибыли раньше своих преследователей, успели запастись билетами на пароход и схвачены были уже на трапе, поднимаясь на палубу парохода...

Оба, в силу распоряжения из Петербурга, были тут же арестованы и под конвоем препровождены обратно в Петербург.

К государю был немедленно отправлен нарочный, который, по словам современной скандальной хроники, получил крупную награду.
Одновременно уведомлен был о поимке жены и Жадимировский, который, однако, не только не выразил никакого восторга по этому поводу, а, напротив, довольно смело заметил, что он ни с каким ходатайством о подобной поимке никуда не входил.

По прошествии нескольких дней привезены были и сами беглецы, при чем Жадимировский лично выехал навстречу жене и спокойно отправился с ней к себе домой.

На косвенно предложенный ему вопрос о том, какого возмездия он желает, Жадимировский ответил просьбой о выдаче ему с женой заграничного паспорта и тотчас же уехал вместе с нею, к великому огорчению всех охотников до крупных и громких скандалов, не обнаружив не только никаких особенно враждебных намерений по адресу жены, но, напротив, сохраняя с ней самые корректные и дружелюбные отношения...

Николай Павлович ничем не откликнулся на этот молчаливый протест, разрешил свободный отъезд за границу, который в те далекие времена не особенно легко разрешался, но зато вся сила его могучего гнева тяжело обрушилась на Трубецкого.

Самолюбивый государь не мог и не хотел простить Трубецкому предпочтения, оказанного ему, и не прошло недели, как над отданным под суд князем состоялась высочайшая конфирмация, в силу которой он, разжалованный в рядовые, ссылался на Кавказ." (А. Соколова. Император Николай Первый и васильковые дурачества.)

Конфирмация - это не только разжалование, но и лишение титула. Кроме того Трубецкой полгода провел в Алексеевском равелине Петропавловской крепости - и при этом история не имела никакой политической подоплеки! Князя посадили ... за любовь.

Как мне представляется, император поступил в данном случае крайне неблагородно - мог бы простить предпочтение одной женщины, памятуя о благосклонности другой (иными словами, закрыть глаза на любовницу, помня про жену).

Однако разлучить этих любовников не удалось даже императору - после 10 (!) лет на Кавказе, которые Трубецкой прослужил, как солдат, он получил за отличие чин, благодаря которому смог выйти в отставку.

Последние годы он провел безвыездно в своей деревне в компании скромной экономки - уже разведенной к тому времени Лавинии Жадимировской.

Не менее оригинальным было происхождение супруга Софии - герцога де Морни. Матерью Шарля де Морни была королева Гортензия Богарне - дочь Жозефины Богарне (падчерица, удочеренная Наполеоном I Бонапартом) от генерала графа Шарля де Флао. Де Морни был четвертым сыном Гортензии, а предыдущим, третьим сыном, был Наполеон III.

Родословие самого графа Флао также было не вполне законным - его отцом считали выдающегося дипломата Шарля Мориса де Талейрана (который в годы этого романа носил сан епископа Отенского).  :)

О своём происхождении герцог де Морни шутил: «В моём роду были бастарды от матери к сыну на протяжении трёх поколений. Я правнук великого короля, внук епископа, сын королевы и брат императора».

В общем, неудивительна та широта взглядов, с которой герцог не Морни отнесся к своей невесте - в конце концов, еще Наполеон I хотел породниться с Романовыми!

Шарль Огюст Жозеф Луи де Морни, граф Море, позднее герцог Морни (1811-1865)
http://s001.radikal.ru/i196/1107/d4/b8e2747afc20t.jpg

Да, на иллюстрациях не вполне, ДАМЫ, но вполне достойные представители этой эпохи.  :D

Отредактировано Hell (2011-08-01 11:54:37)

60

Боже мой, какой интересный материал! :hey:
Реальные истории порой потрясают больше самых искусно выдуманных романов!
Hell, спасибо! :give: