Наш Призрачный форум

Объявление

Уважаемые пользователи Нашего Призрачного Форума! Форум переехал на новую платформу. Убедительная просьба проверить свои аватары, если они слишком большие и растягивают страницу форума, удалить и заменить на новые. Спасибо!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наш Призрачный форум » Юмор » Фаворит султана


Фаворит султана

Сообщений 1 страница 30 из 942

1

Название: The Sultan’s Favorite/ Фаворит султана
Автор: Anne Burnside
Перевод и комментарии: Мышь_полевая.
Беттинг и комментарии: Елена, Violet.
Жанр: стёб над романом.
Пейринг: ПО/ОЖП.
Рейтинг: PG-13 (все откровенные сцены будут безжалостно вырезаться).
Основа: фильм Шумахера (хотя и в этом уже не уверена, вообще не пойму, откуда автор взяла такого Эрика).
Оригинал:  здесь.
Разрешение на перевод: не запрашивалось и запрашиваться не будет, ибо это не перевод, а чистой воды стёб над романом. Автор мне этого не простит.
Дисклеймер: все персонажи принадлежат создателям, переводчик - честно! - не извлекает никакой материальной выгоды - исключительно удовольствие от процесса.

Саммари: после событий в Опера Популэр Эрик, пытаясь заглушить боль, с головой окунается в работу, снова занявшись архитектурой. Спустя несколько лет он становится знаменитым архитектором и получает приглашение поехать в Османскую империю - строить новый дворец для султана. Там он находит новую любовь, в лице... третьей жены султана, Александрии (!).

_______________________________

От переводчика:

Перевод романа "Фаворит султана" (кстати, изданного и опубликованного романа!) изначально задумывался мною как обычный перевод обычного романа, и выкладывался он в разделе "Учимся переводить книгу".
Однако уже в процессе перевода первой главы стало понятно, что этот роман - ну просто бред полный. Автор настолько не понимает, о чём пишет, что читать его серьёзно просто невозможно, а тем более переводить. Психика не выдерживает. :tease:
Поэтому я стала потихоньку вставлять туда свои комментарии, постепенно вошла во вкус, ко мне присоединились бета-ридеры... В общем, поскольку теперь это уже не перевод романа, а откровенное издевательство над оным, я переношу всё это безобразие в раздел "Юмор". :)
Перевод первых глав и комментарии к ним можно найти в теме The Sultan's Favorite, а здесь мы начнем сразу с третьей главы.

Отредактировано Мышь_полевая (2011-10-27 11:12:00)

2

Глава 3. (О том, как Эрик лапал наложниц султана и общался тет-а-тет с его женой.)

Стоявший на лесах Эрик посмотрел на небо и выругался. Солнце уже садилось, и рабы начали дрожать от холода. Светового дня ему всегда не хватало. Он предлагал освещать с наступлением темноты наружные стены дворца, чтобы работа могла продолжаться и ночью. Но проклятый султан отдал строгий приказ, что его рабы должны отдыхать каждую ночь. (Прямо изверг какой-то! Чтобы рабы отдыхали?! Ни в одной цивилизованной стране нет таких варварских обычаев!) Он сослался на издержки - якобы, придётся слишком многих заменить, когда они ослабеют настолько, что не смогут выполнять требования Эрика. (Вообще, прям не султан, а кладезь добродетелей. И что ещё надо нашей ОЖП?)

Если бы Эрику предложили выбор, он бы нагружал их работой куда сильнее. Он не понимал, почему большинству из них нужно было устраивать перерывы в течение дня. Сам он ел редко и почти не нуждался во сне, так что времени для работы у него было предостаточно. (Ну просто не человек, а машина.)

- Эрик, пожалуйста... - произнес один из охранников, присматривавших за рабами в течение дня. (Пал ниц и пополз к кровати.)

Эрик выругался ещё раз.

- Хорошо! Все свободны!

Рабы с облегчением оставили работу и отправились под конвоем солдат на ночлег. Убедившись, что все невольники на месте, охранники верхом направились к небольшой деревне неподалеку.

Эрик продолжал работать в одиночестве (стахановец!), обрабатывая отдельные камни и внося небольшие изменения. Когда окончательно стемнело, он спустился вниз и собрал инструменты. Он нарочно оттягивал тот момент, когда ему придётся перейти к следующему делу.

Собрав вещи в сумку, Эрик забрался на коня и направился к дворцу. Уже прошло три дня с тех пор, как султан сообщил архитектору, что он должен встретиться с его третьей женой. И теперь, пока султан был в отъезде, Эрик был обязан повидаться с ней. (Что там было насчёт мужа в командировке?) Он уже слышал, как рабы сплетничают, что третья жена ведёт себя на редкость скромно и почти ни с кем не разговаривает. За то недолгое время, что прошло с её приезда, она практически не покидала свои апартаменты. (Прослышав о звере-архитекторе, она пыталась вести себя тише воды, ниже травы, чтобы как можно позже с ним встретиться, но, увы, автор был неумолим.)

Эрик знал, что такое молчание означало лишь высокомерие, и был раздражен тем, что у султана появилась ещё одна жена, похожая на Лалу. Скорее всего, эта Александрия росла под крылышком любящих родителей и не умела ничего делать самостоятельно. Потом вышла замуж за правителя Константинополя и была сильно избалована. Теперь же она стала всего лишь одной из многих женщин, принадлежавших султану, и злилась из-за сложившейся ситуации. Он уже видел всё это раньше, когда султан женился на Лале. (Кто-то ещё сомневается, что Эрик - лучший в мире психоаналитик?)

Подъехав в таком мрачном настроении ко дворцу, Эрик спешился и направился к входу. Попавшиеся ему навстречу рабы съежились от страха и пропустили его внутрь. (Прям не Эрик, а Терминатор!) Лишь один молодой раб, который в этот момент убирался у входа, невольно преградил ему путь.

- Прочь с дороги! - прошипел Эрик, и невольник уполз с дороги. (…и пополз к кровати)

"Чёрт побери".

Несколько девушек из гарема, болтая между собой, возвращались в свои покои. Заметив Эрика, женщины тут же остановились, как вкопанные. Он же продолжал двигаться, не обращая на них внимания - если бы какая-нибудь из них встала на его пути, он бы просто её опрокинул. (и укатал в бетон)

Женщины испуганно расступились, со всех сторон раздались их перешёптывания. Но когда одна из наложниц рассмеялась, Эрик, не выдержав, развернулся и ринулся к ней. Она вскрикнула и прижалась спиной к стене. Он подошёл к ней настолько близко, что их лица почти соприкоснулись, и зловеще ухмыльнулся.

- Прекратите! Отойдите! - в ужасе закричала девушка.

- Султан много раз говорил мне, что я могу выбрать себе в гареме любую девушку, какую захочу, - сказал Эрик, понизив голос. (Каково, а? Султан предлагает свой гарем первому попавшемуся архитектору! Куда мир катится?) - А я ещё ни разу не воспользовался его щедрым предложением. Ты хочешь ослушаться султана?

Опустив глаза, девушка дрожала под его взглядом.

- Ты же знаешь, что произошло с последней наложницей, которая разочаровала султана, - продолжал Эрик. - Кажется, он избивал её целый час, прежде чем отдать её своим охранникам, чтобы они делали с ней всё, что захотят. Насколько я помню, она не выжила, - Эрик покачал головой. - Ужасно султан поступил, просто ужасно. (У автора явный перекос с описанием султана. То он поборник демократии и требует, чтобы рабы отдыхали хорошо, то жёнам читать не даёт и наложниц часами собственноручно избивает.)

Девушка потрясённо посмотрела на него.

- Вы считаете, что он... он поступил н-неправильно? - спросила она дрожащим голосом. - Я думала, что... в-вы бы одобрили такое.

Эрик улыбнулся ещё шире.

- О, нет, я не одобрил. Я бы помучил её гораздо дольше, чем он. (У автора явно уклон в садизм пошёл.)

Девушка задохнулась и тихонько захныкала.

- Поцелуй меня.

- Что? - с ужасом спросила она.

- Я подумаю о том, чтобы отпустить тебя, если ты меня поцелуешь. (Это на него так поцелуй Кристины подействовал, теперь установка "поцелуешь - отпущу" на все случаи жизни.)

Девушка только лишь дрожала по-прежнему.

- Нет? Что ж, тогда я, наверное, буду в своей постели выяснять, какими ещё талантами ты обладаешь. Меня можно целовать не только в губы, так даже будет интереснее. - Он отступил назад, когда девушка закашлялась и резко согнулась, словно её затошнило. Эрик рассмеялся.

- Как же тебя легко запугать. Ты со мной в постели даже нескольких минут не выдержишь, - его глаза потемнели. - Все вы, женщины, такие слабые... возвращайся в свой гарем.

Остальные женщины столпились на противоположной стороне комнаты, глядя на них.

- Идите сейчас же! - рявкнул он на них. - Пока я не передумал!

Они пробежали мимо него, несколько девушек задержались, чтобы помочь той, которой стало плохо. Эрик развернулся и пошёл по коридору, и остальные рабы, попадавшиеся ему на пути, спешили убраться в сторону. (Ну говорю же, Терминатор! Зашугал весь дворец.)

Эрик горько усмехнулся про себя. Если бы только они знали - он ведь ни разу не был близок с женщиной. Ни одна женщина не хотела быть с ним из-за его лица. Он знал, что султан одно время что-то подозревал, поскольку Эрика никогда не видели в постели с женщиной. (Султан занервничал: "Значит, он предпочитает  мужчин! Чур меня, чур! Пусть лучше весь гарем перелапает!") Однако он заявил правителю, что его гарем чересчур невинен для его методов. (Ага, Эрик - Терминатор-извращенец.) Султан, кажется, поверил, что он говорит правду, учитывая, каким злобным порой бывал Эрик.

Как же мало знал этот султан.

Заметив евнуха, Эрик спросил, какие апартаменты занимает третья жена. Тот указал ему на уединенные покои в задней части дворца.

"Конечно, она выбрала себе апартаменты как можно дальше от других жен", - подумал он с раздражением. Он постучал у входа, ему открыла удивлённая рабыня.

- Я пришёл встретиться с третьей женой султана.

Рабыня заколебалась.

- Боюсь, она уже спит.

Эрик рассердился.

- Ночь только что наступила. Не может быть, чтобы она уже уснула! Иди и разбуди её. (Зашибись манеры у архитектора)

Когда рабыня снова замешкалась, Эрик опасно сузил глаза.

- Сейчас же!

Она попятилась, и Эрик быстро шагнул внутрь, прежде чем она успела закрыть дверь. Поняв, что он не собирается никуда уходить, рабыня убежала куда-то в глубину помещения, оставив Эрика оглядываться вокруг.

"Странно".

Стены всё ещё были совершенно голыми, без каких-либо картин или шёлковых гобеленов. Может быть, третья жена ещё не распаковала свои вещи, что было довольно необычно. Рабы, как правило, очень быстро выполняли указания жён в части оформления помещений.

Невольница снова появилась в дверях и поклонилась.

- Моя госпожа примет вас в гостиной.

Эрик прошёл мимо рабыни по коридору и увидел комнату с приоткрытой дверью. Внутрь он вошёл без стука. (Само собой, зачем демонстрировать манеры какой-то там жене султана? Надо сразу показать, кто здесь самый крутой петух в курятнике.) Его взгляд тут же остановился на женщине, сидевшей на роскошном, покрытом множеством подушек диване.

Она была намного ниже и изящнее других жён, возможно, тут даже лучше подходило слово "миниатюрная". Эрик отметил, что для женщины этой страны её кожа очень светлая. Пышные тёмно-каштановые волосы каскадом рассыпались по её плечам. Эрику показалось, что её карие глаза как будто засияли, когда она посмотрела на него снизу вверх. (Невысокая, стройная, каштановые волосы, карие глаза... Вам никого не напоминает?)

- Простите, - тихо сказала она. - Я думала, что вы зайдёте ко мне днём. Иначе я бы весь вечер ждала вас, не ложась спать.

"Ну конечно, высокомерная и невежественная", - Эрик нахмурился:

- Видите ли, всё дневное время я максимально стараюсь использовать для строительства нового дворца.

Александрия слегка покраснела, как будто осознала, как глупо прозвучало её замечание.

- Конечно, - тихо ответила она. - Не угодно ли вам чего-нибудь? Может быть, чаю?

Эрик нетерпеливо вздохнул.

- Я бы предпочел обсудить планировку вашего нового даирэ. У меня и так очень мало времени.

Она слегка вздрогнула от его тона. (Ну вот, уже и эту зашугал. Ему не архитектором, а штатным пугалом надо было работать.)

- Да, конечно.

Эрик вытащил из-под плаща множество бумаг и подошёл к соседнему столику. Разложив их, он внимательно посмотрел на лежащий перед ним чертёж.

- Кажется, я нашёл решение - надо будет выделить часть вот этой территории, вот здесь, - он посмотрел через плечо на сидящую на диване Александрию. - Вы не хотите присоединиться ко мне? Или вы собираетесь диктовать мне свои требования с другого конца комнаты?

Она изумлённо посмотрела на него, но тут же быстро встала, подошла к столу и встала рядом с ним. (- Это что за фигня понарисована? - изумлённо спросила Александрия. - Космическая ракета в разрезе, - раздраженно буркнул Эрик.) Покачав головой, Эрик продолжил:

- Если я расширю эти апартаменты за счёт соседних - думаю, я могу создать ещё одно даирэ. Это потребует некоторых усилий, но уверен, проблем с этим не будет, - он посмотрел сверху вниз на стоящую перед ним женщину. - Вы наверняка будете рады узнать, что ваше даирэ будет больше, чем у других жён. (На равенство жён по-прежнему начхать всем - и Эрику, и автору.)

От этих слов на лице Александрии появилось почти испуганное выражение.

- Нет... я не могу. Я лишь третья жена. Вы должны предоставить самые большие помещения первой жене.

Эрик покачал головой.

- Ирис уже распланировала свой даирэ, и уже привезли камень и мрамор, обработанный в соответствии с этим проектом. Изменять эти новые помещения под то, что она хочет, уже слишком поздно.

Он наблюдал за тем, как она прикусила нижнюю губу. Эрик не обманывался ни на минуту. Эта жена успешно прикидывается скромной, а значит, будет искать своё место в окружении султана, изображая из себя бедную, красивую вдову, пока не добьётся полного преимущества.

- Начнём с того, что уточним планировку вашего нового даирэ во всех подробностях, - ровным голосом продолжил Эрик. - Как вы желаете расположить здесь помещения? - спрашивая это, он изо всех сил старался держать себя под контролем. Лала немедленно затребовала самую невероятную планировку с огромным числом комнат. Поспорив с ней некоторое время, Эрик не выдержал и, перевернув в гневе стол, выбежал оттуда. Уговаривать его вернуться пришлось султану. (Султан долго бежал за Эриком и вопил: "Вернись, я всё прощу!")

Александрия посмотрела на разложенные перед ней чертежи.

- Ну, что? - нетерпеливо спросил Эрик. У него ещё был целый ряд других вопросов, которые необходимо было уточнить, и остаток ночи ему был нужен для того, чтобы внести соответствующие поправки в чертежи. А она тратила впустую его время.

- Я не... А что бы вы посоветовали? - тихо спросила она, по-прежнему не поднимая глаз от бумаг на столе.

Эрик не сумел подавить раздраженный вздох.

- Это не мне решать, - резко сказал он. - Планировка должна отражать ваш вкус. (Вот как? Именно планировка, не отделка? Прицепился к бедной женщине. Я бы такого "архитектора" уволила уже на данном этапе.)

- Я н-не знаю, с чего начать.

"О, Боже!"

- Простите, но в это верится с трудом, - жёстко сказал Эрик. - Уверен, вы участвовали в проектировке вашей последней резиденции! Вы же не можете действительно быть столь невежественной! (Если честно, я впервые слышу, чтобы жёны правителей занимались такими вещами, как проектировка дворцов. Не могу понять, у кого тут едет крыша - у Эрика или у автора.)

К полной неожиданности Эрика, она залилась слезами. Он ожидал в ответ вспышку гнева или даже резкое замечание. Но такое внезапное проявление эмоций застало его врасплох, особенно когда он осознал, что причиной этого стал именно он. И что теперь делать?
"Скажи ей что-нибудь, идиот!"
"Что я должен сказать, чёрт возьми?"
"Всё что угодно! Просто успокой её, чтобы можно было нормально уйти!"

Он глубоко вздохнул.

- Если хотите, я внесу свои предложения.

Александрия заплакала ещё сильнее.

"Черт побери! Нашёл, что сказать!"

- Или я могу сам всё распланировать, - поспешно добавил он. Если ему не придётся иметь дело с этой безмозглой курицей, это, несомненно, сбережёт ему чёртову тучу времени.

Александрия вдруг посмотрел на него сквозь слёзы.

- Я не глупа! Мне просто нужно... чтобы кто-нибудь объяснил мне. Нужно, чтобы кто-нибудь меня научил! - она отошла в сторону и, повернувшись к нему спиной, пыталась успокоиться. - Есть разница между тем, чтобы просто быть невежественной - или когда тебе недоступны знания для надлежащего обучения! (Ты что, не видишь?! Я шатенка, шатенка я! А не блондинка...)

Эрик был удивлён - такого ответа он не ожидал. (Экс-Ангел сразу сделал стойку на слово "учить" - рефлекс, однако.)

- Вы умеете читать?

- Простите?

- Чёрт побери, читать вы умеете?

Она быстро повернулась.

- Конечно, умею!

Эрик сжал зубы, услышав её неожиданно сердитый голос. Он постарался говорить спокойно:

- Мне просто надо было...

- Убедиться, что я не только невежественна, но ещё и безграмотна? - огрызнулась она.

Гнев Эрика достиг своего предела.

- Скажите вашему мужу, что вы отложили проект. У меня нет времени учить вас всему этому. У меня есть куда более важные дела! - Эрик начал сворачивать бумаги, но когда он поднял глаза, Александрия снова стояла перед ним.

- Подождите, пожалуйста... - тихо произнесла она. - Я... я хочу научиться. Я... не знаю многое из того, что знают другие жены. Мне никогда раньше не приходилось что-либо проектировать. Всем этим занимался мой... бывший муж.

"Какое мне до этого дело?!" - Эрик сжал кулаки, борясь с желанием придушить её. Сначала она вообще не хотела этим заниматься, а в следующий момент уже умоляет о помощи.

Не дождавшись его ответа, Александрия подошла к дивану и села.

- Я очень признательна вам за этот визит. Думаю, я попрошу помочь мне Ирис или Лалу.

Мысль о том, что она направится за идеями к Лале, заставила его содрогнуться. Эрик сунул руку в сумку и вытащил оттуда две книги об истории архитектуры. Бросив их на стол, он посмотрел на Александрию. (Чисто случайно взял с собой, конечно, а ещё у меня оргáн в кустах и пенджабское лассо в кармане)

- Начните с этого. Я буду ненадолго приходить каждый вечер, и вы сможете задавать мне вопросы.

Александрия посмотрела на стол.

- Мне запрещается иметь книги, - прошептала она. (Меня по-прежнему мучит любопытство, откуда автор взяла эту чушь.)

- Мне наплевать на все эти варварские ограничения, которые в этой стране накладывают на женщин. Меня касается лишь то, что эти книги у вас помогут мне быстрее закончить проект.

Александрия снова посмотрел на книги. Пусть архитектура и проектирование не были её любимыми тематиками, но эту возможность она не упустит. (Из одной книги на пол упал листок бумаги. Она развернула - написано по-французски, но наши ОЖП владеют всеми европейскими языками, какими надо по ходу действия, поэтому прочитала: "И тогда я сорвал с Кристины одежды и повалил на кровать". - Что это? - пискнула Алекса с удивлением. - Так, фиками балуюсь на досуге, - рявкнул Эрик, отбирая злополучный листок и пряча в карман.) Главное, что это были книги! Всего лишь после нескольких дней, проведённых во дворце, она уже ужасно соскучилась по книгам. Не говоря уже о том, что здесь вообще было довольно скучно.

Если не считать того внимания, которое ей оказывал султан, от других Александрия получала только пристальные взгляды, если вообще покидала свои апартаменты. (А чего, интересно, она хотела от жизни в гареме?) Ирис вела себя с ней очень приветливо, но она была чрезвычайно занята. Будучи первой женой султана, Ирис должна была часто принимать приезжавших к ним посланцев других государств. Ей надлежало устраивать им развлечения и очаровывать их, пока не появлялся сам султан. (Новое слово в политике мусульманских государств! Первая жена султана - бесплатное развлечение для гостей в его отсутствие!) А вот чем на протяжении долгих дней занимается Лала, Александрия понятия не имела. (Видимо, если исходить из такой логики, развлекает гостей пониже рангом.)

Протянув руку, она с трепетом взяла книги. Но тут же застыла и посмотрела на архитектора:

- А где мне их прятать? Если меня поймают...

Эрик неожиданно выхватил книги из её рук и стал обходить комнату. Она слышала, как он что-то бормочет себе под нос. После чего он быстро достал из сумки какие-то инструменты и, к её изумлению, создал потайное отделение в одной из стен. (А, чисто продолбил сейф за пять минут в каменной стене, это ж тьфу, это ж Эрик, он на все способен в гневе.) Александрия встала и подошла к нему, осматривая тайник. Тот был достаточно небольшим и так удачно вписывался в стену, что казался совершенно незаметным. Александрия раскрыла рот от удивления. (+ 1 к волосам и фигуре)

- Как вы...

- Если вы собираетесь расспрашивать меня, как создаются тайники, то могу сразу вам сказать, что ничего у вас не выйдет. Я и так дал вам достаточно информации для изучения, поэтому предлагаю вам начать с чтения, - резко ответил он. (Интересно, Кристину он так же дрессировал? Тогда понятно, почему она сбежала..)

В этот момент в комнату вошла невольница; она не отрывала глаз от пола, боясь взглянуть на кого-либо из них. (Уже оба такими страшными стали? Эрик дурно влияет на окружающих.) Однако, судя по всему, у рабыни было какое-то важное сообщение.

- Что такое, Анна? - спросила Александрия.

- Госпожа, с-султан прислал с-cообщение, - она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, в то время как архитектор, прищурившись, смотрел на неё (aka удав). - Он вернётся через несколько дней и спрашивает, может ли он провести свою первую ночь дома с вами, в его постели.

Под внимательным взглядом архитектора Александрия вспыхнула от такого прямого вопроса.

- Да, конечно, - тихо сказала она. - Ты можешь передать ему, что я жду его возвращения.

Невольница поклонилась и вышла из комнаты. (И побежала в ставку султана, босиком и по пустыне, чтобы передать ему ответ жены.)

Александрия оглянулась на архитектора и обнаружила, что тот задумчиво смотрит на неё. Она попыталась вежливо улыбнуться:

- Ещё раз благодарю вас, что пришли. Я действительно очень признате...

- Он на самом деле вас попросил.

- Простите... что?

Эрик покачал головой.

- Я никогда не слышал, чтобы султан просил женщину прийти к нему в постель, даже других своих жён. Он, должно быть... заинтересовался вами.

Она почувствовала, что неудержимо краснеет.

- Можно подумать, у меня был выбор, чтобы сказать "нет"?

Эрик в ответ покачал головой и легонько улыбнулся.

- Ну разумеется, нет. Однако очевидно, что он настолько позаботился о вас, попросив... Вам повезло гораздо больше, чем вы предполагаете, - он выпрямился. - Я вернусь завтра вечером.

Александрия молча смотрела, как архитектор быстро обошёл её и вышел из комнаты.

"Что ж, это была интересная встреча", - подумала она, нахмурившись. Когда он ещё только вошёл в комнату, она была слегка шокирована его внешним видом: одежда, которую он носил, была совершенно чёрной. Он одевался во что-то, похожее на современный французский или английский стиль - брюки и рубашка вместо широких свободных одеяний. К маске она уже была готова, и последовала совету султана не задавать никаких вопросов. (Ну, мы не будем уподобляться ханжам и делать замечание, что в те времена к брюкам и рубашке полагались жилет, галстук и пиджак)

Александрия ясно видела, какой тяжёлый характер скрывается под этой внешностью. Создавалось впечатление, что только лишь для того, чтобы вести себя с ней спокойно, ему приходилось сдерживать себе ежесекундно. Работать с ним будет нелегко. Как бы то ни было, он подарил ей хоть какое-то занятие... (Детка! Уболтай султана разрешить тебе читать, не связывайся с Эриком! Это последнее тебе предупреждение!)

Александрия открыла тайник и достала одну из книг. Усевшись на диван, она раскрыла её и читала до поздней ночи. (Особенно отмечая в книгах подчеркнутые строки и комменты Лали и Ирис, типа "вот такое, только с рюшечками" и "не забыть заказать новый нивелир").

Отредактировано Мышь_полевая (2010-09-18 09:23:12)

3

Глава 4.

Александрия, сглотнув, медленно вышла в коридор. (После того, как первый приступ агорафобии прошёл, она вдоль стеночки поползла дальше.) Она надеялась, что ей удастся спокойно погулять в садах. Проведя в одиночестве почти всё время после приезда сюда, она чувствовала, что ей просто необходимо подышать свежим воздухом. Анна следовала за ней, и Александрия пыталась отогнать от себя чувство, будто рабыня преследует её. (Я следил за вами, читал вашу почту, заглядывал вам в окна, я даже стрелял в вас, чтобы проверить реакцию, и мой вывод однозначен – у вас паранойя (с)). Разумеется, в Константинополе у неё были слуги, но в основном их звали только тогда, когда в них была необходимость. Здесь же рабы постоянно следовали за своими хозяевами. (Просто им заняться больше нечем было - султан же поборник демократии, работать им не разрешает, вот и слоняются без дела.)

Анна была на несколько лет старше её, у неё были красивые карие глаза, тёмная кожа с золотистым отливом и чёрные волосы. Имя у неё было английское, и Александрия часто гадала, как же она очутилась в этих землях. (Естественно, темная кожа, карие глаза и черные волосы - это первейшие признаки того, что имя-то английское!) Судя по всему, живущие здесь женщины были из разных стран - вероятно, большинство из них были проданы султану. Анна производила очень приятное впечатление, и Александрия надеялась, что будет чувствовать себя с ней более комфортно, когда они познакомятся поближе. Но тут же ей пришлось напомнить себе, что в этой стране никто даже думать не будет о таких вещах. Рабы были не более чем имуществом, и обращались с ними соответственно.

Выйдя на яркий солнечный свет, Александрия прикрыла глаза рукой, и Анна тут же раскрыла над ней что-то вроде квадратного зонтика. Даже самые простые вещи казались здесь незнакомыми. (Например, в её стране этот предмет назывался табуреткой). А многие предметы носили странные названия, так что ей ещё многому предстояло научиться. (А до этого о языковом барьере она даже не задумывалась - лихо общалась и с Эриком, и с султаном, и с его жёнами - тоже иностранками, кстати).

Александрия услышала смех и обернулась. Оказывается, несколько девушек из гарема тоже гуляли в садах, и теперь они перешептывались между собой, с усмешками глядя на неё. Она старалась не обращать на них внимания, однако у неё вызвал немалое раздражение тот факт, что из всего огромного сада гаремные женщины выбрали себе именно то место, где решила сесть она. (Надо было выставить оцепление и повесить таблички: "Вход воспрещён" и "Место для выгула законных жён").

С другой стороны послышалось знакомое фырканье (никак, лошадь?!), и Александрия застыла, увидев, что прямо к ней направляется Лала. Зная своё место среди жён, Александрия быстро встала и почтительно опустила голову. Однако на Лалу это, судя по всему, не произвело ни малейшего впечатления, поскольку та язвительно усмехнулась:

- Надо же, Александрия, - произнесла она приторно слащавым тоном. - Я удивлена, что ты, наконец, решила спуститься и присоединиться к нам, можно сказать, снизошла до нас. Я уже начала думать, что ты всё это время так и будешь ждать в постели, когда наш господин вернётся к тебе одной!

Александрия, стараясь подавить вспыхнувший гнев, глубоко вздохнула и осторожно произнесла:

- Прошу прощения, я бы не хотела, чтобы у вас создалось впечатление, будто я важничаю. Пожалуйста, скажите, что я могу для вас сделать, чтобы исправить эту ситуацию.

Лала, скрестив на груди руки, обошла вокруг Александрии. Со стороны казалось, будто она с неприязнью изучает Александрию с ног до головы.

- Вряд ли ты что-то действительно можешь для меня сделать, - ответила Лала. - Я бы тебя избила за твою невоспитанность и то, как ты всем своим видом показываешь, будто ты лучше нас, - она остановилась перед Александрией. - Однако я знаю, что нашему господину не нравится, когда портят его имущество, если только не он сам руководит наказанием.

Когда Александрия побледнела, Лала жестоко рассмеялась.

- Ты ещё увидишь. Наслаждайся его вниманием, пока можешь, но долго это не продлится. Даже Ирис теперь не видит его - видишь, какой у него большой гарем, и женщин полно, - Лала посмотрела на девушек, которые все ещё перешептывались друг с другом. - Вот почему они смеются - они знают, что он всё равно вернётся к ним. В конечном счёте для удовлетворения своего аппетита он всегда выбирает гарем. Ты не долго будешь его фавориткой.

Александрия почувствовала, как её бросило в жар, и, не сдержавшись, громко выпалила:

- Насколько я знаю, к Ирис султан приходит каждый день, даже после моего приезда.

У Лалы от гнева исказилось лицо.

- Кто тебе это сказал? - потребовала она. - Если Ирис, то она лжёт!

Александрия ничего не ответила, и Лала подошла ближе.

- Отвечай мне!

Александрия пожалела о своей несдержанности. Чего она хотела добиться, говоря такие вещи? Ну как можно быть такой глупой?

- Я жду, - резко сказала Лала.

Александрия с трудом сглотнула:

- Султан. (Он с ней ещё и разговаривает?!)

На лице Лалы отразился шок, тут же сменившийся новым приступом ярости.

- Ты лгунья! - прошипела она. - Я уже сейчас вижу, что ты намереваешься унизить меня в глазах всего дворца. Я этого не позволю! Впредь будешь знать своё место!

Александрия ещё даже не успела осознать сказанное, когда Лала вдруг ударила её по лицу с такой силой, что она упала на землю. Дотронувшись до губ и щеки, Александрия почувствовала резкую боль и обнаружила на пальцах кровь. Подняв глаза (и сплюнув на землю передний зуб), она увидела, как вторая жена, смеясь, подходит ближе. Зажмурившись, Александрия приготовилась к новому удару, однако ничего не последовало. Услышав тихое поскуливание, она посмотрела вверх - и её глаза расширились от изумления.

Султан стоял перед Лалой, держа её рукой за горло, в его глазах плескалась ненависть. (Видать, уже набрался дурных привычек у своего архитектора).

- Как ты посмела ударить мою новую жену?!

Он ударил Лалу по лицу с такой силой, что она отлетела на несколько шагов, ударившись о землю. Султан опустился на колени перед Александрией и приподнял пальцем её подбородок, осматривая повреждения на лице. Она слегка вздрогнула, ей казалось, что даже подбородок болит неимоверно, и это ещё сильнее распалило ярость султана. Он быстро встал и направился к лежащей на земле Лале. (То, что лежачего не бьют, ему было по барабану).

- Я буду избивать тебя до тех пор, пока ты не поймёшь, кто твой настоящий хозяин!

- Нет! - воскликнула Александрия. Она встала и пошатнулась, пытаясь сохранить равновесие - у неё всё ещё кружилась голова. Султан остановился и обернулся, взглянув на неё с удивлением. - Пожалуйста, м-мой господин. Не бейте её больше, - попросила она дрожащим голосом.

Лала приподняла голову:

- Я бы предпочла, чтобы меня избили, чем принимать от тебя какие-либо подачки!

Султан холодно посмотрел на Лалу:

- Это можно устроить, - резко он ответил. - Но я выполню её просьбу... по крайней мере, сейчас.

Он повысил голос, чтобы его услышал начальник охраны (Боже, в садах ещё и охранники разгуливают! Просто не гарем, а проходной двор!):

- Однако я ставлю всех в известность, что, начиная с этого дня, Александрия становится моей второй женой. (Во как! Нет, мало того, что автор не знает о равноправии жён в мусульманских гаремах, так они ещё и порядковый номер меняют по первому слову султана. Эдакая чехарда, развлекуха для султана: сегодня эта у нас первая, а эта четвёртая, а завтра сделаем наоборот.)

Лала ошарашено (как и все присутствующие) посмотрела на султана:

- Вы избавитесь от меня?

- Заманчивая идея, но нет. Однако ты будешь самой последней среди моих жён.

- Значит, вы держите меня только из-за договорённости с моим отцом!

- А других причин тебя держать я и не вижу, - холодно ответил он. - Ты всегда была жестокой и озлобленной, с самого приезда сюда.

Лала сердито посмотрела на него:

- Я христианка и заслуживаю мужа, которого не придётся делить с другими!

Султан нахмурился:

- Женщины свою судьбу не выбирают. Все решения принимает мужчина. Твой отец видел, какую выгоду он может получить для своего царства, и воспользовался возможностью. Ты могла бы завести здесь подруг, но вы вместо этого выбрала путь ревности, которая привела к ненависти. Именно поэтому мне нет от тебя никакой пользы. (Три раза "ха". Надо думать, все остальные женщины приносили ему  огрооомную пользу).

Прежде чем она успела ответить, султан отвернулся от неё и вернулся к Александрии. Он махнул рабыням, чтобы они подошли к ней и помогли облегчить боль от отметин на лице. А сам наклонился и прошептал ей на ухо:

- Я буду с нетерпением ожидать нашей встречи в постели сегодня вечером. Я думал о тебе каждый день с тех пор, как уехал.

Она покраснела и улыбнулась. Однако слова Лалы никак не вылетали у неё из головы. Хотя султан по-прежнему уделял внимание Ирис, его страсть к первой жене со временем поутихла. Теперь он приходил к Ирис, скорее, для ласковых разговоров. (Да ну?!) То же самое произойдёт и с Александрией. (Нет, определенно, султан-извращенец, еще разговаривает с женами...)

Ей больше не придётся испытать любовь в этой жизни. Лучшее, на что она могла надеяться, - это спокойное существование. Но стоило Александрии подумать о том, чем же она будет занимать себя на протяжении долгих дней, как она тут же приходила в уныние. Хоть одна радость у неё была - запретные книги архитектора. Это давало хоть какую-то пищу её разуму, хоть какую-то возможность учиться. Ей почему-то казалось, что само её существование зависит от того, сможет ли она найти пути для развития своего интеллекта. (!)

Глядя в глаза султана, Александрия думала, какая ирония - во дворце живёт так много людей, но она ощущает себя в полнейшем одиночестве.

Эрик, скрываясь в тени деревьев, наблюдал за происходящим. (Господи, и этот там же! Я не поняла, это что, общественные сады - заходи всякий, кому не лень?) После обеда он прервал работу, чтобы навестить Александрию перед приездом султана. Однако, судя по всему, правитель вернулся домой раньше времени. Увидеть, как султан поставил Лалу на место, было довольно приятно. Тем не менее, Эрик был потрясён, когда она вдруг в одночасье стала третьей женой. Похоже, султан действительно был влюблён в Александрию. (Или же автор выкурила слишком много своей удивительной травы... Нет, печенюшек).

Эрик бесшумно последовал за невольницами, провожающими Александрию обратно в её апартаменты. На самом деле, решение султана присвоить ей статус второй жены могло сильно ухудшить её положение. Эрик знал, внимание султана ещё больше усилит её изоляцию от других женщин.

Жаль, конечно, однако Эрику на это было наплевать.

Тут вдруг невольницы сменили направление - оказывается, они повели Александрию в купальни. Нахмурившись от нетерпения, Эрик направился к её апартаментам (из окон которых открывался прекрасный вид на купальни) и проскользнул внутрь. (Что примечательно, никакого евнуха на пороге даирэ он не встретил. Третьей жене, видать, такая роскошь была не положена). Ее комнаты по-прежнему были совершенно невзрачными: ни картин на стенах, ни гобеленов, ни... жизни. И он собирается что-то проектировать для этой женщины? Похоже, это будет весьма скучным занятием. (Судя по всему, автор считает, что работа архитектора заключается в органичном развешивании гобеленов и картин, являющихся собственностью той или иной жены.)

Эрик наблюдал, как постепенно опускается ночь, и злился, что напрасно теряет здесь время. Вконец рассвирепев от долгого ожидания, он решил выйти и пройтись по коридору. Преодолев запутанный лабиринт коридоров, он остановился перед даирэ Лалы. Рассматривая арку на входе, он вдруг подумал, что можно сделать что-либо подобное в новой спальне Александрии. Вспомнив, что спальня Лалы имеет похожую планировку с выходом на балкон, он решил зайти в даирэ. (Вот так просто - решил и зашёл. Говорю же, проходной двор.)

Евнух Лалы преградил ему дорогу.

- Ее здесь нет.

Эрик нехорошо прищурился:

- Разве я спрашивал о её присутствии?

- У вас есть какое-то дело в этом даирэ?

- Когда дело касается разработки нового дворца, я, чёрт возьми, могу идти туда, куда пожелаю. Убирайся к дьяволу с моей дороги, или я обойдусь с твоим горлом не так мягко, как в прошлый раз, -  сказал он, вытаскивая нож, спрятанный под плащом. (Господи, головорез какой-то, а не архитектор!)

Евнух отступил. Эрик улыбнулся.

- Тебе, наверное, стоит пойти проверить свою хозяйку. Думаю, после удара султана синяк с её лица сойдёт не скоро.

Евнух на секунду онемел, а потом кинулся в сад.

Эрик прошёл в спальню Лалы и стал осматривать выход на балкон. Этот, конечно, был слишком мал, плохо построен и, скорее всего, совершенно не предохранял от дождя, судя по трещинам на декоративных накладках одной из дверей. Но сама конструкция была неплоха. Он сможет спроектировать подобную, но только намного больше и роскошнее, с огромным балконом. В его голове уже теснились мысли о том, какие элементы можно будет туда добавить.

Повернувшись, он направился обратно к двери спальни и тут же застыл, услышав какой-то шум.

- Александрия сейчас купается? - раздался звучный голос султана.

- Да, господин.

- Тащите её сюда. (И вот слуха султана достигли истеричные женские вопли. С каждой секундой они становились все ближе, ближе, ближе… и, разумеется, громче. Секунда - и в дверях показалась ванна... - Олухи!!! Всех перевешаю!!! Вы кого мне припёрли, кретины?!)

Сталкиваться с султаном Эрику не хотелось. Он проскользнул в один из шкафов Лалы. (Ну точно, муж в командировке, Эрик в шкафу. У всех жён по очереди. Осталось только к Ирис залезть.) Жалюзи на дверцах позволяли ему оставаться невидимым, но при этом давали хороший обзор того, что происходило в комнате. Он услышал женский крик. Двое охранников втолкнули в спальню отчаянно сопротивляющуюся девушку. В комнату вошёл султан, и она снова закричала.

- Заткните ей рот, - потребовал султан. Та повернулась, широко раскрытыми от страха глазами глядя на султана, и тогда Эрик понял, что перед ним Лала.

Эрик бесшумно выругался, представив, сколько времени ему придётся здесь потерять. Однако, появись он вдруг сейчас из шкафа, вряд ли бы ему это сильно помогло. Разумеется, Эрику не хотелось никаких недоразумений и подозрений, что он каким-либо образом действует заодно с  Лалой. (Ага, при виде постороннего мужика в шкафу жены первая мысль, которая придёт в голову султану - это что они плетут какие-то интриги). Прислонившись к стене, он наблюдал за продолжавшейся в комнате борьбой. По крайней мере, он хоть развлечётся, наблюдая, как султан наказывает свою жену. Он уже не раз видел, как правитель пытает своих врагов, хотя сам Эрик пытал бы их гораздо дольше, прежде чем подарить им благословенную смерть. (В этом месте Эрик с гневом глянул на автора. Однако, к его огромному сожалению, над Анной он был не властен. Пришлось скрипнуть зубами и дальше терпеть инсинуации в свой адрес.) Безусловно, он мог бы подсказать султану несколько приёмов, однако с его стороны, будучи здесь гостем (или всё-таки наемным работником?), делать такое было бы невежливо. Эрик зажал на минуту уши, так как крики Лалы становились всё более раздражающими.

- Я сказал, закройте ей рот! - потребовал султан, очевидно, подумавший о том же.

Лале вставили кляп, а затем подтащили к султану, который с отвращением посмотрел на неё:

- Избиение было бы слишком лёгким наказанием за то, что ты сделала. И поскольку Александрии здесь нет, я всё же дам тебе то, что ты заслужила.

Ее глаза расширились, а в следующую секунду один из стражников быстрым движением раздел её, оставив стоять перед всеми обнаженной. (Да у них тут просто секта! Садо-мазо... Работают под прикрытием гарема...)

- Привяжите её лицом вниз, - тихо сказал султан.

Стражники толкнули её на кровать лицом вниз и привязали руки и ноги к столбикам кровати.

- Теперь оставьте нас, - скомандовал султан.

Эрик едва сдержал стон. Этот мужчина, если хотел, часами мог развлекаться со своими женщинами.
Переводчик здесь тоже мысленно застонал.

Следующую сцену - сексуальные извращения султана, именуемые здесь наказанием для Лалы - я по вполне понятным причинам вырезаю. Автору, конечно, надо лечиться.

Итак, султан "наказал" Лалу и пригрозил, что будет поступать так с ней постоянно, если она не изменит своего отношения к Александрии. Эрик всё это тихонечко наблюдал из шкафа. Сдаётся мне, его тошнило.


Одевшись, султан снова позвал охранников. Он приказал им развязать Лалу и выгнать из даирэ всех рабов, чтобы здесь не осталось никого, кто мог бы ей помочь.

В комнату вошёл один из евнухов:

- Она готова, мой господин.

- Хорошо, - сказал султан, завязывая пояс. - Я буду в комнате Александрии, и проведу с ней весь оставшийся вечер.

Когда он ушёл, Эрик выскользнул из шкафа. Лала по-прежнему лежала лицом вниз и плакала. Стражники были заняты, обыскивая даирэ и выгоняя всех рабов. (Разумеется, всем было пофигу на появившегося из ниоткуда архитектора. А что? Он же просто смотрел на балкон!)

Выйдя из даирэ, Эрик на минуту остановился.

Дальше по коридору он мельком увидел султана, обнимающего Александрию. По какой-то непонятной причине Эрик почувствовал холодок в спине, когда увидел, как она высвободилась из объятий султана, чтобы склониться перед ним в уважительном поклоне. Султан засмеялся и притянул её к себе. Не прекращая поцелуев, правитель слегка подтолкнул её в двери апартаментов.

Эрик какое-то время молча смотрел на её дверь. (Ох ты ж, чёрт, опоздал на очередное представление! А я там себе такой шкафчик удобный приготовил!) Потом закрыл глаза. Что он собирался делать? Работа. Да... он собирался вернуться к себе, чтобы поработать... Эрик посмотрел на дверь. Затем медленно развернулся и покинул дворец, растворившись в темноте ночи. (Какая, к чёрту, работа после такого шоу!)

Отредактировано Мышь_полевая (2010-09-12 06:01:30)

4

ГЫ!
По прочтении создалось ощущение, что автор - снейпоманка со стажем. Потому что это не Эрик, это Снейп чистой воды. :D

5

А у меня такое впечатление, что автор уже давно разочаровалась в собственной семейной жизни.
Табуретка и языковой барьер УБИЛИ.  :D

Вот интересно, и чего там у Лалы с султаном не ладится? Как раз друг к другу подходят, обоих в одну палату.
Напиши мне в ЛС, что там за Ызвращения, плиз.
А то голову сломаю, автору валерьянки или уже аминазинчику?

6

*присвистнув* Да это шедевр!

7

Вообще комментарии жгут! И спасают это...
Сменная нумерация жен, как футболисты  :) 

А мне еще понравилось, что у служанки Александрии было АНГЛИЙСКОЕ имя АННА, то есть все МариАнны, АнныЛизы и прочие француженки, испанки, итальянки, австрийки и прочие гречанки - позаимствовали имя в Англии. :)

8

Глава 5.

- Мануэль, сейчас же иди сюда! - крикнул Эрик стоящему неподалёку молодому человеку. Они находились на высоком холме, откуда открывался вид на строящийся дворец. На стройке сейчас трудились рабы, а сам Эрик склонился над столом, на котором были разложены чертежи, и указывал на одно из помещений в плане. - Вот размеры для этой секции. Вы поставили эту внутреннюю стену слишком близко к лестнице! (Это он на глазок, с холма прикинул?) Скажи им, чтобы снесли её и построили заново! (А перед тем, как стену ставить, слабо было с метром пройтись? Так чей косяк-то?)

- Но, хозяин ... - начал Мануэль.

- Не называй меня так! - рявкнул Эрик. (Только господин и владыка! Можно ещё Ваше Величество, так и быть.)

Мануэль принадлежал султану, но обращались с ним не как с рабом. Он уже проявил талант проектирования при постройке небольших зданий в местной деревне. (Ага, проектировал хибары для рабов и казармы для стражи.) Эрик был впечатлён, ибо построенные им сооружения получились весьма прочными, хотя и проектировались человеком, который ничего не знал об архитектуре. (Интересно, как он проверял их на прочность.) Благодаря этому Эрик позволил Мануэлю руководить ежедневной работой. (У султана, видать, действительно напряг с рабочей силой. А нанять пару людей с соответствующим образованием ему что, было не по карману? Хоррроший у него, чувствую, дворец получится. Проектирует дворец самоучка, руководит текущими работами раб, построивший пару домиков в местной деревне. Да ещё и стены косо ставят, гастарбайтеры несчастные.)

- У меня есть имя, вот его и используй! - рыкнул Эрик.

Мануэль вздохнул:

- Простите. Но стена всего лишь чуть-чуть вышла за эти размеры. (Раз с холма заметно, значит, не больше чем на пять метров в сторону ушла. Пустяки!) Я не думаю, что это сильно повлияет на конструкцию. Нам потребуется очень много времени, чтобы возвести её заново.

Эрик угрожающе подошёл вплотную к Мануэлю, и тот опустил голову.

- Не возражай мне. Я не в том настроении, чтобы позволить тебе испытывать моё терпение. (О! Знакомые слова!)

- Д-да, хозяин, - лицо Мануэля исказилось от ужаса, когда он осознал свою ошибку. - Я... я хотел сказать, Эрик. Я приношу извинения. Я не хотел оскорбить вас. Я сделаю так, как...

- Тихо! Ты впустую тратишь моё время. А теперь снеси эту проклятую стену (башкой своей дубовой)!

Эрик посмотрел вслед поспешно удаляющемуся Мануэлю и обругал себя за то, что не сдержался. Мануэль подавал большие надежды, и Эрику следовало лучше относиться к молодому человеку. Эрик сегодня был просто в отвратительном настроении. Всё шло не так, как планировалось, а когда он пытался увеличить рабам нагрузку, они начинали быстро уставать. (Удивительно, правда? С чего бы это? Какие-то неправильные ему рабы попались.)

Наклонившись над чертежами, он задумался, каким образом можно внести дополнительные коррективы в первоначальный план. Ему потребуется каждый сантиметр свободного пространства, чтобы построить даирэ Александрии. (А! Так он только сейчас над этим начал задумываться, когда уже стены для этого сносить приходится?! И вообще, нравится мне его методика работы: в чистом поле на холме, наклонившись над каким-то столом, все измерения прикидываются на глазок, небось, ещё и считает всё на пальцах и чертит от руки... Зашибись лучший в мире архитектор!)

- Эрик?

Он резко поднял голову и увидел, что Мануэль снова стоит перед ним.

- Чего ещё?! - заорал Эрик, сломав в пальцах карандаш.

Мануэль съёжился:

- (Вам это, хозяин... Нервишки бы подлечить... Валерьяночки там попить, ещё чего...) Рабы протестуют. Они слишком устали, чтобы продолжать.

- Передай им - либо они принимаются за работу, либо будут иметь дело уже со мной!

Мануэль испуганно посмотрел на него, однако ещё некоторое время колебался. Но когда Эрик пристально взглянул на него, Мануэль покорно поклонился и ушёл.

Эрику хотелось крушить всё вокруг. (Да уж, ломать - не строить.) Ему необходимо больше рабов. А султан считал, что у него их итак более чем достаточно. Эрик уставился на строительную площадку. Он бы мог просто купить своих собственных рабов, чтобы хотя бы таким образом завершить этот проект. (Во как! Быстро же он освоился среди рабовладельцев!) Однако для этого ему придется потратить значительную сумму денег. И хотя средств у него было более чем достаточно, это привело Эрика в ярость. Почему он должен тратить свои деньги, когда рабов должен предоставлять султан? (Обычно это называется - сам себя накрутил.) Выругавшись еще раз, он снова склонился над чертежами. (Ему просто в голову не пришло попросить кого-нибудь обеспечить его стулом и чертежной доской.)

И вновь услышал приближающиеся шаги. Возмущенный тем, что его снова прерывают, Эрик взорвался:

- Чёрт побери, Мануэль, клянусь, я изобью тебя до... - и резко осёкся, оторвав взгляд от чертежей.

Перед ним стояли султан и Александрия в сопровождении нескольких стражников. Взглянув на Александрию, Эрик заметил, что она избегает его взгляда.

- Что вам угодно? - уже тише спросил Эрик.

- Я смотрю, ты продолжаешь... скажем так, мотивировать моих рабочих, - посмеиваясь, обронил султан.

- Это мой проект, и я делаю то, что считаю нужным, - холодно ответил Эрик. Почему-то у него вызывал странное неприятное чувство тот факт,  что султан держит Александрию за руку (чтобы не вырывалась).

- Только до тех пор, пока я не прикажу тебе обратного, - султан нехорошо прищурился.

Эрик прекрасно знал, что правитель не станет мешать его работе. Он хотел уже сказать в ответ что-нибудь резкое, но почему-то сдержался и просто сжал кулаки:

- Я не смогу выполнить свою работу, если мне всё время будут мешать, - он выдавил из себя самый лёгкий тон, на какой только был способен.

- Александрия для тебя тоже будет помехой? - султан поднёс её ладонь к губам и запечатлел на ней ласковый поцелуй. После чего посмотрел на неё сверху вниз. - Ну как, проектирование твоего нового даирэ продвигается?

Эрик наблюдал за Александрией. Та нервно посмотрела на своего мужа, и Эрик решил, что её нервозность связана с отсутствием знаний, необходимых для проектирования даирэ. (Меня по-прежнему мучает любопытство, как же в таком случае проектировали свои даирэ Ирис и Лала.) Он сильно сомневался, что она одолела хотя бы одну главу из его книг, поскольку они были достаточно сложны для понимания. (Откровенно говоря, Эрик и сам всё никак не мог понять, о чём были эти книги, - так и таскал их с собой, пытаясь на досуге разобраться, что же это за наука такая - архитектура). Эрик уже открыл рот, собираясь рассказать ей о своей идее насчёт балкона, но тут Александрия тихо произнесла:

- Да, мой господин. Но осмелюсь сказать, что я сильно усложнила его задачу. Мне нравится необычный стиль архитектуры Виктора Орта*, особенно его уникальное использование стекла. Но и стиль Эктора Гимара** тоже производит очень благоприятное впечатление - такие средневековые мотивы в геометрических изображениях конструкций... Мне довольно трудно выбрать. (И, спрятав шпаргалку, победоносно посмотрела на ахитектора: "Накося, выкуси! Говорила же, что не блондинка!"
Эрик и султан переглянулись, на лицах обоих читалось одинаковое удивление.
- Это она щас на каком языке сказала? - шёпотом спросил султан.
- Фиг знает, - так же шёпотом ответил Эрик. - Похоже на французский, но я не уверен.)

Эрик ошеломленно уставился на неё. Давно уже он не встречал ничего, что было бы способно так его ошарашить. Ее способность запоминать информацию была... поразительной. (Кто бы сомневался!)

Султан был потрясён не меньше и, похоже, даже не знал, что сказать ей в ответ. Наклонив голову, он заглядывал ей в лицо. (Похоже, опасаясь, что вместо жены увидит там, как минимум, Шарля Гарнье).

Осознав, что оба мужчины уставились на неё, Александрия опустила голову, ожидая, какой же будет реакция султана. Женщинам в этих краях не давали возможности говорить столь открыто. Эрик на секунду даже подумал, что султан может быть оскорблён тем, что она продемонстрировала знания куда более глубокие, чем у большинства мужчин. (Например, сам Эрик для демонстрации своих познаний держал в голове всего одну фамилию - Гарнье. И при каждом удобном случае щеголял ею, слывя среди рабов и султана занудным умником.)

Султан покачал головой:

- Я и забыл, какая ты умная. Помнится, Карим говорил, что у тебя было всестороннее образование, - увидев её явное облегчение, он засмеялся. - Надо будет не забыть представлять тебя нашим будущим гостям, чтобы они видели - османские женщины не только в постели хороши, но и умны! (Вот, господа, это ученая обезьянка моя жена, умеет читать и считать до пяти!)

Она слабо улыбнулась в ответ, словно осознавая, насколько близко к опасной черте она подошла. К счастью, любовь султана, кажется, давала ей более широкие возможности по сравнению с другими. (Она только сейчас это поняла?)

- Я хочу увидеть, как продвигается строительство моих собственных апартаментов, - сказал султан. (А то с этими бабскими хоромами сплю на коврике буквально.
- Это моя кровать - коврик? - возмущенно пискнула Алекса.)

Мануэль снова появился рядом с Эриком.

- Мой господин, - произнёс он, опустив голову. - Я могу сопроводить вас на стройку... - он посмотрел на Александрию. - Только я боюсь, для неё слишком опасно находиться в том месте, пока там работают рабы. (А султану, значит, на опасно? Или он боится, что рабы всей толпой накинутся на неё с сексуальными домогательствами? Видать, действительно Эрик мало их нагружает.)

Султан посмотрел на Александрию:

- Я ненадолго, а ты можешь использовать эту возможность, чтобы лишний раз поговорить с Эриком. (Займи его, детка, развлеки, а то у него же сейчас апоплексический удар случится.)

Когда он повернулся уходить, охранники двинулись за ним, но султан поднял руку:

- Мне не нужна охрана. Пусть остаются здесь и охраняют мою жену.

Начальник стражи покачал головой:

- У меня здесь слишком мало людей. Вы же знаете, что ваши враги уже посылали убийц. Ваша безопасность превыше всего, мой господин, это мой долг и моя обязанность. Я могу привести больше солдат, но это займет время.

Султан нахмурился. (Блин, да султан я или нет, наконец?! Все, кому не лень, мои приказы оспаривают!) Уже начинало смеркаться, и скоро совсем стемнеет. Он посмотрел на Эрика.
Тот стиснул зубы, уже догадываясь, что последует дальше.

- Я оставляю мою жену под очень надёжной защитой, - султан неожиданно рассмеялся. - По-моему, один только твой характер способен спалить дотла всё живое, - он посмотрел на Александрию. - Я скоро вернусь, малышка. (Меня всё больше терзают смутные подозрения, а не оскопили ли Эрика на самом деле, раз султан с такой лёгкостью оставляет его наедине со своей любимой женой).

Эрик наблюдал, как султан в сопровождении охраны спускается на стройку. Молчание становилось всё более неловким. Этот день был таким неудачным, что его гнев готов был выплеснуться наружу от малейшего повода. А если это произойдёт, он может сказать то, о чём будет потом сожалеть. Эрик заставил себя сосредоточиться на сказанных ею словах, чтобы отвлечься от неприятных мыслей.

Он повернулся и посмотрел на неё:

- Вы читаете быстрее, чем я думал. (В следующий раз подсуну Большую Советскую Энциклопедию. По-русски читать умеете?
- А то! - хмыкнула Алекса. - Я же самая натуральная Мери-Сью!)

Она вспыхнула:

- Мне больше нечего читать.

- Я вчера хотел вас навестить, но увидел, что султан уже вернулся. Вам будет трудно дочитать это всё, если он будет... так часто приходить к вам.

Часто? Чёрт возьми, Эрик был уверен, что этот мужчина собирается проводить с ней каждый день и каждую ночь. (И когда он только успевает страной управлять, маньяк?)

Она отвела взгляд, уставившись на строящийся дворец:

- Да. Именно поэтому я и постаралась прочитать обе книги, пока у меня было время и возможность.

Эрик едва не раскрыл рот от изумления:

- Вы прочитали обе книги? (Детка, ты шутишь? Даже я их дочитать не смог!)

Ее взгляд стал нервным:

- Да.

Он покачал головой, поражаясь, как она могла прочитать книги, столь насыщенные техническими подробностями, совершенно не имея знаний об архитектуре. (А Алекса просто забыла уточнить, что прочитать-то она прочитала, да только не поняла ничего. Запомнила пару фамилий, да картинки красивые посмотрела.) Просто ужасно, что такой светлый разум должен был пропадать здесь. (Ну да, конечно, она же прочитала две книжки - гений! В гаремах такие не живут.)

- Итак... - сказал Эрик, преувеличенно аккуратно собирая чертежи (под которыми показались журналы фривольного содержания. Алекса удивленно распахнула глаза, Эрик поспешно расстелил чертежи обратно). - Какие у вас есть вопросы?

(Алекса напряглась, пытаясь вспомнить ещё какую-нибудь умную фамилию из книги. И чёрт же его дёрнул начать вопросы задавать! И снова на помощь пришла заготовленная шпаргалка.)

- Почему Виолле-ле-Дюк использовал готический стиль? Ведь некоторые его проекты были очень... - она остановилась, подыскивая слова.

- Новаторскими. (Ляпнул Эрик первое пришедшее на ум слово.)

Она посмотрела на него и в первый раз широко, радостно ему улыбнулась. (А, Эрик, я смотрю, ты тоже только картинки просмотрел в книжке!)

- Да, новаторскими. Я не понимаю, зачем было применять столь современные, новые методы для создания этой вычурной готики.

- Точно, - ответил Эрик, поражаясь её необычайной памяти (и соображая, как же выкрутиться, ибо он понятия не имел, о чём вообще идёт речь). - Более поздние готические стили имеют некоторые отличия. А его нововведения в конструкции были очень разными. Поэтому они вполне могли сочетаться. (Фух, кажется, удалось.)

Она кивнула головой (с умным видом).

- Но я всё равно думаю, что лучше бы он занимался реставрационными работами, вместо того чтобы создавать новые конструкции. (Надо же, эксперт новоявленный.)

Эрик нахмурился. (Он не знал, кто такой этот Виолле-ле-Дюк, но заявление Алексы звучало как-то ну уж слишком провокационно.)

- Это слишком решительное мнение, я не рекомендую вам высказывать его за пределами этой страны.

- Как будто я смогу когда-либо уехать отсюда, - едва слышно произнесла она.

Эрик, безусловно, понимал, что она должна была чувствовать. Золотая клетка всё равно остаётся клеткой. Однако её даирэ и личные покои станут для неё тем местом, где она сможет найти покой. Он надеялся на это.

- Что-нибудь ещё? - спросил он, побуждая её продолжить беседу. (Давай, детка, добивай меня.)

Александрия вздохнула:

- Мне очень понравились витражи, которые Эктор Гимар сделал в Замке Беранже. Вы могли бы сделать что-нибудь подобное?

Эрик (ошарашенно) кивнул, (лихорадочно) думая (как бы не ударить в грязь лицом), что её идея как раз очень удачно подходит для двери, ведущей на балкон.

- Да, создание витражей займёт некоторое время, но я знаю нескольких мастеров в одном из близлежащих городов. (Он уже успел настолько изучить близлежащие города?!) Я бы сделал их сам (забыл тебе сказать, крошка, я ещё и стеклодув по специальности), но это поможет сэкономить время, чтобы я мог поработать над сооружением балкона.

- Балкона?

Эрик начал собирать инструменты. (Пилочка для ногтей, метроном, весы, термометр и копилка в виде свинки, разумеется, были тем необходимым минимумом, без которого не мог обойтись ни один архитектор.)

- Да, - сказал он. - Ваша комната будет выходить на запад, на большое озеро, которые мы сейчас создаём в новых садах. Балкон украсит и наружную стену, и вашу спальню.

- Правда? В моей комнате будет балкон?

Эрик почувствовал внезапный прилив раздражения и холодно посмотрел на неё. (Ну вот, а я было решил, что она умная...)

- Разве я сказал что-то иное?

Она сразу стушевалась, и Эрик обругал себя. Закончив укладывать инструменты, он подошёл к своему коню и сложил вещи в седельные сумки. После чего погладил большого тёмно-гнедого жеребца, бьющего копытом землю, и покачал головой.

- Как его зовут? - спросила Александрия.

Эрик замер. Никто никогда не спрашивал его о таком, поскольку с животными в этих местах обращались хуже всего. Давать животным имя считалось просто бессмысленным. (Автор явно недолюбливает Османскую империю: даже дать животному кличку считалось там чем-то совершенно ненормальным!) Однако он решил ответить.

- Рене.

- Красиво. Это по-французски, да? (Опа! А на каком языке они разговаривают-то?! Значит, это Эрик у нас полиглот? И на каком же языке всё-таки были книги?)

Он затянул сумки, не глядя на неё.

- Да, - ответил он наконец.

- А что означает это имя?

Эрик был недоволен её расспросами. Он не хотел ни с кем делиться чем-либо личным. (Ага, и наиболее личный вопрос для него - это кличка лошади.)

- Это всего лишь имя, - пробормотал он. (Вот пристала!)

- Но должна же быть какая-то причина, почему вы его так назвали.

- Какое это имеет значение? - неожиданно рявкнул он, уставившись на неё.

Александрия слегка попятилась, но не от страха. (Так, сделала вид, что оступилась.) Выражение лица у неё было, скорее, разочарованным. Отвернувшись, она снова стала смотреть на строящийся дворец.

Эрик вздохнул. Им ещё предстоит часто общаться в ближайшие дни, когда начнётся строительство её даирэ. Ему нужно, чтобы она открыто делилась с ним своими идеями (раз уж из них двоих она прочла книги), а для этого надо расположить её к себе, чтобы она чувствовала себя с ним уверенно, что у него пока явно не очень хорошо получалось.

- Заново рождённый.

Она обернулась.

- Что?

Он подавил раздражённый вздох.

- Заново рождённый. Это то, что означает его имя... - и прежде, чем она успела задать вопрос, он продолжил. - Когда я только приехал сюда, я увидел, как солдаты объезжают пойманных диких лошадей. А с этим конём никак не могли справиться. Он был так зол, что поранил нескольких солдат, пытавшихся сесть на него. В конце концов, его заарканили и повалили на землю. Капитан сказал, что от него не будет пользы, и приказал его убить. Я зашёл туда (прямо вот так, с улицы) и сказал им, что хотел бы забрать его, если он им не нужен. (А потом вообще решил основать тут филиал Гринпис… - покраснев, добавил Эрик. - Потому что животных люблю.
Алекса прослезилась от умиления.)

- Так, значит... вам удалось сломить его сопротивление? - спросила она.

- Конечно, нет! - громко ответил он, заставив её поморщиться. Эрик взял себя в руки. - Почему я должен был делать это, зачем ломать его сильный дух?

- Тогда как же...

- Он сам выбрал меня, - резко сказал он, перебивая её. - Всю его семью поймали. (Да-да, у лошадей тоже семьи, не надо говорить мне про табун!) Он был напуган и сердит. Я просто развязал его и стал тихо с ним разговаривать. (Правда, сначала он меня лягнул и смылся, снова пришлось звать солдат, отлавливать, бить по голове... впрочем, отношения к делу это не имеет... Так вот, я стал тихо с ним разговаривать...) Освободив его от верёвок, я стал уходить, а он последовал за мной. Его гнев прошёл, и теперь он предан только мне.

- Поэтому он и родился заново, - пробормотала она.

Эрик ничего не сказал и прошел мимо неё к столу, на котором забыл свой нож. Внимательно осмотрев его, Эрик решил, что лезвие слегка затупилось. (Многовато рабов прирезал за последнюю неделю, надо бы замедлиться, а то султан что-то уже жадничать стал на новых.) Усевшись на землю (Чёрт, снова забыл потребовать табуретку!), он вытащил из-под плаща точильный камень и принялся точить нож. "Подожди-ка, может быть, не стоит делать этого перед ней, вдруг это заставит её нервничать ещё больше?" Эрик поднял голову и был шокирован, обнаружив её прямо перед собой. (Видать, Алекса ещё не была наслышана о его кровавых подвигах, потому и не боялась.)

- Какая изысканная резьба на рукоятке! Откуда этот нож? - спросила она.

Эрик снова рассердился. (Ну что за несносная особа! Весь дворец его боится до смерти, а ей хоть бы хны! И демонстративно затачиваемый ножик ей ни о чём не говорит!) Отложив нож в сторону, он жестом приказал ей сесть. (Прямо на землю, ибо табуретки у него, напомню, не было.) Когда она подчинилась (Ага, всё-таки ножик подействовал!), он пристально посмотрел на неё.

- Позвольте мне быть с вами откровенным, - резко сказал он. - Я здесь для того, чтобы строить дворец, и ваш даирэ в том числе. Расспрашивать меня обо мне самом вам совершенно ни к чему. Это понятно?

К его удивлению, она нахмурилась.

- Вы всегда так озлоблены? (Вы скрываете за злобой ранимую душу, которую я буду врачевать своими словами, слезами и поцелуями.
- Кристина! - попятился Эрик. - Я уже все осознал, любимая, забери меня отсюда!)

- Я не озлобленный.

Яростный, беспощадный, бешеный - эти слова подходили ему намного лучше. (Эрик мысленно примерил на себя пришедшие на ум эпитеты и причмокнул от удовольствия. Получившийся словесный портрет ему понравился. Надо бы добавить ещё звание "Чёрный властелин" - и образ будет завершён.)

- Я вижу. Значит, у вас есть работа и конь. И больше ничего.

- Мне больше ничего и не нужно, - Эрик поморщился про себя, ей совершенно ни к чему было напоминать ему о том, сколь малым он обладает в этой жизни. (Конь, по крайней мере, не вёл умных бесед об архитектуре, зато всегда задорно ржал над глупыми шутками Эрика.)

Александрия закусила губу (Блин, а я-то надеялась, что он станет возражать, упомянет сейчас о солидном счёте в банке и вилле на Лазурном Берегу!) и слегка укорила себя за невежливость.

- Вы думаете иначе? - рыкнул Эрик. - Мне всё равно, что вы думаете, если только речь не идёт о новом даирэ. Это ясно?

Александрия посмотрела на него с такой печалью, что он вдруг опомнился. Боже, какой же он мерзавец! Он же знал, что всё, чего она хочет, - это разговаривать с ним и чему-то научиться от него.

Научиться. (Экс-Ангел в нём снова сделал стойку.)

До него вдруг дошло, что она отчаянно жаждет новых знаний и возможности учиться, даже если это означает необходимость терпеть его характер. Если не считать султана (Правильно, чего его считать? Кто он вообще такой?), она была совершенно одинока. А султан научит её только... другим вещам, лишь для того, чтобы она могла доставить ему удовольствие. Эрик снова почувствовал вспыхнувшую ненависть к этому человеку. (Лучше бы он научил всем этим штучкам его, а не своих баб, так нет, вместо того, чтобы с архитектором гулять по борделям, он же ведет себя как примерный семьянин! Обидно, да?)

- Если вам так необходимы именно знания, я могу предоставить вам больше информации, - быстро сказал он.

У неё радостно загорелись глаза:

- Спасибо. Я знаю, вам не очень нравится разговаривать, но...

- Разговаривать? Не будет никаких разговоров. Я имел в виду, что принесу вам больше книг.

Ее глаза снова потухли.

- Да, конечно.

Между ними повисло тяжёлое молчание, и Эрик, не выдержав, снова взялся за нож. ("Может, ну её? Опять нудить будет: готика то, Виолет-ле-Дюк сё... Прирезать - и дело с концом!") Проводя точильным бруском по лезвию, он думал о том, что она сказала.

- Думаю, я ещё смогу побеседовать с вами и ответить на вопросы по тем книгам, которые я вам дам.

О чём он сейчас думает, зачем говорит это?! Чёрт побери, у него же нет на это времени! Какого чёрта он несёт?

- Спасибо, - тихо ответила Александрия. - А как вы мне принесёте эти книги?

- Это достаточно просто. Нам же ещё нужно работать над проектом вашего нового даирэ. Я могу потребовать, чтобы нас не беспокоили в это время.

Боже, он просто идиот! (И действительно, идиот. Султаном он себя, что ли, возомнил? Где такое видано - уединяться с женой султана, да ещё и требовать, чтобы их не беспокоили!)

Она кивнула в знак согласия.

- Да, я думаю, что султан это позволит. (Он, знаете ли, тряпка, даже прикрикнуть на меня не может, не то что вы!)

- Если честно, я удивляюсь, что он вам вообще позволяет что-либо делать, - пробормотал Эрик. (Другим жёнам позволяется только есть и спать... Ах да, ещё удовлетворять насущные потребности султана. Да, фантазия автора бьёт через край.)

- Это не всегда было так, - когда он вопросительно посмотрел на неё, она продолжила. - Я выросла свободной. В Греции женщин уважают и не считают собственностью. Хотя женщинам и не отводится какой-либо руководящей роли, но для мужчин вполне обычным делом является обращаться к женщинам за советом, поскольку они не менее хорошо образованы.

Ах, это объясняет, почему её кожа настолько светлее, чем у других.  Далеко же она оказалась от своего дома. (Напомните мне, разве в Греции уже прошла феминизация населения?)

- Почему вы уехали из дома? - спросил он прежде, чем смог остановиться. Где же султан? Он же обещал скоро вернуться... ("Кристи-ина", - тоскливо подумал Эрик.)

Александрия слегка развеселилась:

- Разумеется, я уехала не по собственному желанию. Когда я была совсем юной, меня похитили, чтобы сделать наложницей для правителя Константинополя. (Не поняла, она же только что говорила, что выросла свободной! Девушка путается в показаниях.) Правителям всегда стараются угодить, преподнося подарки из таких далёких стран. (Это Греция-то "очень далека" от Константинополя?! Переводчик уже в полном ауте. Автор не только историю, но и географию в школе не учила. Я почему-то всегда думала, что Стамбул находится почти у самой границы с Грецией... Хотя автор, похоже, просто не знает, что такое Стамбул.) Меня представили Кариму. Вскоре после этого я стала его женой, - она быстро заморгала, пытаясь остановить подступающие слёзы. - Я действительно любила его, - прошептала она.

"Любовь" была не той темой, которую хотел бы обсуждать Эрик. С него хватило и Кристины. К счастью, в этот момент он увидел возвращающегося султана в сопровождении охраны. Эрик встал и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Ее рука была такой нежной, что он испугался, не сжал ли он её слишком сильно. Однако она благодарна ему улыбнулась, отряхнула подол платья и посмотрела на приближающихся мужчин.

- Я очень доволен, - сказал султан, подойдя к Александрии. Он посмотрел на Эрика. - Ты делаешь большие успехи. Я же тебе говорил, что у нас достаточно рабов для такой работы.

Эрик стиснул зубы.

- Вам что-нибудь ещё нужно от меня? - ему не требовалось разрешение этого человека, чтобы уйти. - Думаю, с меня на сегодня достаточно, - добавил он. Затем не удержался и посмотрел на Александрию.

Султан прищурился. (Похоже, этот парень возомнил себя тут султаном?)

- Надеюсь, ты обращался с моей женой со всем уважением, которого она заслуживает. Она не рабыня, и ты должен давать ей все, что она пожелает. Ты меня понял?

- Ещё как.

Эрик почувствовал, как резко изменилось его отношение к происходящему. Она хочет книг, которые запрещены султаном? Что ж, теперь он из кожи вон вылезет, но даст ей все до единой книги, что у него есть! (Все три! И "Колобка"!) Чёрт побери, наверное, стоит даже смонтировать потайной книжный шкаф в её новом даирэ.

Почему его одолевают подобные мысли? Ненависть к султану заставляет его тратить слишком много времени на такие мелочи. Да, это всё из-за его злости на султана, - по крайней мере, Эрик изо всех сил пытался сам себя в этом убедить. Иначе зачем ему всё это?

На сегодня с него было более чем достаточно. Не утруждая себя дальнейшим ожиданием, он развернулся, сел на коня и уехал. (Ни здрасьте, ни до свидания...
- Милый, тебе не кажется, что этот твой архитектор считает тебя тряпкой?
- Он что-то тебе говорил на эту тему? - немедленно взвился султан.
- А ещё он назвал тебя земляным червяком, - припомнив детскую книжку, добавила Алекса, с удовольствием наблюдая, как султан мрачнеет. - Милый, давай избавимся от него?)


Александрия смотрела, как уезжает Эрик. Архитектора, конечно, нельзя было назвать доброжелательным человеком, но она готова на всё, чтобы поговорить с... да хоть кем-нибудь! И книги! Перспектива получить ещё больше книг взволновала её до крайности. Ей следовало бы быть более осторожной и не...

- Александрия?

Моргнув, она подняла взгляд на султана.

- Да?

- Ты выглядишь так, будто готовишься к битве, - сказал он, усмехаясь.

- О, - с ужасом произнесла она. Ей нужно научиться получше маскировать свои тайные мысли. - Простите меня. Я... я просто пыталась придумать, что ещё можно добавить в мои апартаменты.

Султан улыбнулся и взял её за руку, направившись к ожидающим их лошадям. Когда он подсаживал её на своего коня, она снова ощутила, как по спине пробежал холодок. Он по-прежнему обращался с ней, как со своим имуществом, а сейчас она чувствовала себя как приз, которым он хвастается перед своими солдатами. (Ну да, больше султану не перед кем похвастаться, кроме как перед своей охраной. Бедняга.) Султан уселся за её спиной, и они направились обратно во дворец. (Простите, а они на одной лошади ехали? Совсем обнищал султан, на рабов денег нет, на лошадей нет...)

Оказавшись внутри, она сразу поняла, куда они направляются, поскольку они свернули в коридор, ведущий к покоям султана. (Поразительная догадливость!) Его страсть казалась ненасытной. И Александрия презирала себя за то, что так легко уступала ему, стоило лишь ему прикоснуться к ней своими сильными пальцами. Боже! Ей даже хотелось, чтобы он хотя бы раз не смог доставить ей удовольствие. (Она что, дура? Простите...) Ей словно хотелось доказать самой себе, что её сердце сильнее, чем тело.

Неожиданно в коридоре появилась Лала. (Выскочила из засады). Прежде, чем кто-либо смог остановить её, она бросилась вперед. Султан встал перед Александрией, закрывая её собой, - очевидно, решил, что Лала собирается причинить ей какой-либо вред. Вместо этого Лала, рыдая, упала к его ногам.

Александрия была шокирована её поступком. Лала была упрямой и высокомерной, и вот так упасть к его ногам на глазах у всех было ниже её достоинства.

- Лала? - произнёс султан.

Та продолжала плакать.

Он вздохнул и поднял её на ноги.

- Мне так жаль... п-простите меня, - сказала она сквозь слезы. - Я... я так неправильно поступила. Пожалуйста, я не хочу быть в немилости у вас! Даже если вы никогда не полюбите меня, я сделаю для вас всё, что смогу! Я люблю вас.

Глаза султана смягчились, и он заговорил очень тихо, однако Александрия слышала его слова:

- Я рад, что ты выучила свой урок. Наша следующая совместная ночь будет не такой, как предыдущая, - он приподнял пальцами её подбородок. - И любовь бывает разной. Если ты имеешь в виду именно то, что говоришь, и будешь относиться к Александрии с уважением, то в один прекрасный день сможешь получить то, чего тебе так хочется. А теперь ступай, я приду к тебе через несколько ночей.

- Спасибо, - прошептала она. (Я, правда, не имела в виду сексуальные утехи, но все равно спасибо.)

Однако когда султан отвернулся, чтобы поговорить с капитаном (а, там ещё и капитан был какой-то? Проходной двор.), Александрия увидела, как Лала злобно усмехнулась, глядя на неё. Она невольно задрожала: её жизнь теперь находилась в большей опасности, чем когда-либо прежде. Может быть, стоит найти способ попасть в немилость у султана? (Нет, точно дура... Простите ещё раз.) Однако любая неосторожность с её стороны - и с ней поступят так же, как с Лалой.

- Что ж, Александрия, - сказал султан, протягивая ей руку. - Эта ночь для нас только начинается.

_____________________________
* просто так, для справки: Виктор Орта свой первый знаменитый дом построил в 1893 году. Любопытно, как сведения о нём могли очутиться в книге, подаренной Эриком? (учитывая, что этот роман написан по фильму Шумахера, события  "Фаворита" разворачиваются где-то в 1880-1885 годах).
** то же самое и с Эктором Гимаром - его первое известное здание, "Замок Беранже", было построено в 1898 году. Эх, автор, автор, погуглила фамилии, а на даты-то и не посмотрела.

Отредактировано Мышь_полевая (2010-10-29 18:41:14)

9

Мышь_полевая, это нечто! :rofl: Я насмеялась, ууууууу)))
Ты там глянь на книжку повнимательнее, точно нигде нет слова "humor"? :D

10

Violet, нет, там всё на полном серьёзе. :blink: И даже две литературные премии, что само по себе уже анекдот.

А ты зря отказалась эту главу комментировать - как видишь, тут было где развернуться. Нам пришлось буквально по рукам себя бить, чтобы остановиться, иначе весь текст был бы синим. :D

11

А ты зря отказалась эту главу комментировать - как видишь, тут было где развернуться.

Гы, да тут уже и слова вставить некуда :D.
Я бы с радостью поприкалывалась, так некогда мне сегодня. Я думала, что и тут прочитать-то не соберусь. :)

12

Ох, как здорово!
У Спасателей появился конкурент. Ей-ей, Лаура была безобиднее, она хоть не издавала свои шедЁвры.
:rofl:
Можно свои 5 копеек?

- Мануэль, сейчас же иди сюда!

Мануль-Дон-Педро-Дон-Хуан-Дон-Фернандо.  :D

Мануэль съёжился:

- (Вам это, хозяин... Нервишки бы подлечить... Валерьяночки там попить, ещё чего...) Рабы протестуют

Ога. Восстание Спартака, не иначе.

- Это мой проект, и я делаю то, что считаю нужным, - холодно ответил Эрик. Почему-то у него вызывал странное неприятное чувство тот факт, что султан держит Александрию за руку (чтобы не вырывалась).

- Только до тех пор, пока я не прикажу тебе обратного, - султан нехорошо прищурился.

А что нормальный работник не злит своего шефа, аффтару в голову не приходило? Или она ни дня в жизни не проработала?

. (Правда, сначала он меня лягнул и смылся, снова пришлось звать солдат, отлавливать, бить по голове... впрочем, отношения к делу это не имеет... Так вот, я стал тихо с ним разговаривать...) Освободив его от верёвок, я стал уходить, а он последовал за мной. Его гнев прошёл, и теперь он предан только мне.

Конечно, лягнул! И очень основательно - с чего бы наш султан такой доверчивый?

. Внимательно осмотрев его, Эрик решил, что лезвие слегка затупилось. (Многовато рабов прирезал за последнюю неделю, надо бы замедлиться, а то султан что-то уже жадничать стал на новых.) Усевшись на землю (Чёрт, снова забыл потребовать табуретку!), он вытащил из-под плаща точильный камень и принялся точить нож.

Рабу приказать заточить - не судьба?
Или Эрик за собой и посуду моет   чулки стирает ?

Яростный, беспощадный, бешеный - эти слова подходили ему намного лучше.

Да... Автопортрет достойный пятиклассника! Не пускайте детей в Интернет!

- Я вижу. Значит, у вас есть работа и конь. И больше ничего.

- Мне больше ничего и не нужно, - Эрик поморщился про себя, ей совершенно ни к чему было напоминать ему о том, сколь малым он обладает в этой жизни.

Ну просто цыган, Алеко какой-то, а не Эрик!
А вот моя логика встала на дыбы от напряжения - КТО у нас парой страниц раньше хотел на свои кровные покупать рабов для постройки дворца?
:scare:  :mad:

- Вы думаете иначе? - рыкнул Эрик. - Мне всё равно, что вы думаете, если только речь не идёт о новом даирэ. Это ясно?

Мсье Эрик, где же ваши манеры! :D
Что работнику не след сердить жену шефа, это, видимо , тоже за гранью понимания нашего Призрака.

На сегодня с него было более чем достаточно. Не утруждая себя дальнейшим ожиданием, он развернулся, сел на коня и уехал. (


Песееец....
Моя крыша уехала далеко и быстро. Что его б за уши к двери прибили за такие манеры, да еще от "неверного" - ничего?

Я уже молчу про Службу безопасности нашего султана - " если близко воробей, мы готовим пушку"(с).
:rofl:  :rofl:  :rofl: - в общем!

13

Глава 6.

Александрия наблюдала за тем, как рабы одевают султана. Это утро она снова встретила в его постели. ("Господи, да когда же мне, наконец, построят собственное даирэ! Никогда не думала, что в Османской империи будет такая проблема с жильём! Хорошо хоть, не приходится делить постель с Лалой".) Александрия с нетерпением ожидала, когда же она сможет снова вернуться в свои апартаменты, и надеялась, что Эрик сдержит своё слово и принесёт ей больше книг. (Количество одежды, которую на себя напяливал султан, начинало её бесить.)

- Ты меня слышишь, малышка?

Она покраснела от смущения. (Из-за перенесённого в детстве отита она тепеь страдала глухотой на правое ухо, но признаваться в этом султану не собиралась.)

- Простите, мой господин. Что вы сказали?

Он подошёл к ней и присел на кровать.

- В последние дни твой ум всё время чем-то занят. Тебя что-то беспокоит?

- О, нет! - слишком поспешно воскликнула она. - Я просто очень рада, что архитектор принесёт мне свои... - она осеклась. Что она несёт, чёрт побери?

- Принесёт что?

- Ну... Планы, конечно, - сказала она.

- Я думал, что вы с ним уже почти всё обсудили.

Ложь росла с каждой минутой.

- Да, но он принесёт мне чертежи нескольких идей, о которых я ему говорила вчера вечером, - на ходу придумала она.

Султан улыбнулся:

- Ну вот, а кто-то мне говорил, что не хочет разрабатывать собственное даирэ, - Александрия покраснела, и он рассмеялся. - Обожаю, когда эти щёчки краснеют.

- Это один из моих недостатков, с которым я ничего не могу поделать, - нахмурилась она. По крайней мере, они отвлеклись от темы архитектора.

Неожиданно султан стал серьёзным:

- Александрия, ты счастлива со мной?

- Конечно, мой господин, - почему он спрашивает её об этом?

Он задумчиво потёр подбородок.

- Мне очень жаль, что ты стала свидетельницей того, как я ударил Лалу. Я не всегда такой. (Исключительно по праздникам, не волнуйся.) Кажется, Эрик здесь не единственный, кто порой подвержен приступам ярости. (О! Эрик для султана, оказывается, серьёзный авторитет! Гуру!) Должен признаться, когда кто-то угрожает причинить тебе вред, я совершенно перестаю себя контролировать, - он откинулся на подушки, в изобилии рассыпанные по кровати (Рабы взвыли - тщательно уложенные складки плаща разлетелись, укладка, над которой они бились сорок минут, растрепалась... виноват султан, а накажут их). - Однако могут быть ситуации, особенно на глазах у других, когда я буду поступать именно так. Будучи правителем, я не могу выказывать какую-либо слабость. (Да, Алекса, видишь ли, не избить свою жену за проступок - это, несоменно, свидетельствует о моей слабости как правителя. Так что имей в виду, накосячишь на виду у всех - Лале позавидуешь.)

- Я никогда не считала вас слабым, мой господин, - произнесла Александрия (скрестив пальцы за спиной. Откровенно говоря, большей мямли, чем этот султан, она в жизни не встречала. Похоже, единственные, на ком он осмеливался продемонстрировать свой характер, - это его женщины). И она действительно так считала. Теперь, после того как она провела с ним столько времени (читай - столько ночей), ей было совершенно очевидно, что его авторитет никогда не ставился под сомнение. (И действительно, чего там сомневаться - об этого султана вытирали ноги все, начиная от какого-то гяура-архитектора и заканчивая начальником собственной стражи). И она подозревала, что он был весьма скор на расправу, когда кто-либо нарушал установленные им правила. (Фишка была в том, что правила он менял часто и без письменного уведомления, так что народ трепетал.) То, как он ударил Лалу, было, скорее всего, просто пустяком по сравнению с тем, что ожидало любого, кто бросал ему вызов.

Султан улыбнулся:

- Пожалуйста, пойми, малышка, эта моя демонстрация силы, которая со стороны может показаться жестокостью по отношению к другим, одновременно является решительным посланием и нашему народу, и нашим врагам. (Вот я давеча одну наложницу до полусмерти избил - так правитель соседнего государства со страху таможенные пошлины снизил... Это я так, к слову.) Я не уверен, что ты в полной мере осознаёшь то, чем мне порой приходится заниматься.

Александрия открыла было рот, желая что-то сказать, но тут же его закрыла. Боже правый, ей же нельзя так откровенно высказывать ему своё мнение! Султан приподнял брови:

- Что ты хотела сказать?

- Я... ничего, мой господин. Я думаю, что вы очень могущественный правитель.

Он покачал головой (Детка, ну совсем-то дураком меня считать не надо!):

- Ты явно не это хотела сказать, - султан выпрямился и взял её ладони в свои. Глядя ей прямо в глаза, он тихо произнёс. - Я знаю, что я человек весьма и весьма страстный. (А главное, скромный.) И физически ты удовлетворяешь меня более чем достаточно. (Судя по всему, в этом месте Александрии полагается изобразить недюжинную гордость.) Но ты должна понимать, что я хочу от тебя большего.

У неё комок застрял в горле. ("Господи, его что, традиционный секс уже не устраивает? Ему нужны извращения?")

- Большего, мой господин?

- Да. Вчера вечером ты заинтриговала меня, продемонстрировав свои познания перед Эриком. Я даже подумал, что мне очень хочется услышать твоё мнение по нескольким вопросам. (Раз уж ты такая умная, надо это использовать. А то меня окружают сплошные идиоты. Даже посоветоваться не с кем.)

Александрия была потрясена. (Неужели всего лишь пара с трудом заученных замысловатых слов производит такое неизгладимое впечатление?) Он хотел, чтобы она думала? (Боже, что делать? Она же не умеет!) На какую-то минуту она преисполнилась надежд. (Может, все-таки отстанет?) Но тут султан несколько натянуто улыбнулся (сам понял, что чушь несет, но фантазии на правдоподобное отступление уже не хватило) и продолжил:

- Хотя ты должна помнить, что такое будет только наедине со мной, - он говорил очень серьёзным тоном. ("А то ещё, упаси Аллах, кто-нибудь узнает, что с женой советуюсь, - совсем ведь засмеют!") - Ты должна быть очень осторожна и не говорить столь открыто в присутствии гостей. (Потому что учёной обезьянке достаточно считать до пяти. Сама понимаешь, какой-нибудь Эктор Гимар в устах моей жены способен довести правоверного мусульманина до кондрашки.) Если мне придётся наказывать тебя перед ними, это просто убьёт меня. Но как я уже говорил, необходимо окончательно укрепить моё слово, и я буду следовать заветам предков, правивших здесь до меня. (В общем, будешь шибко умничать при посторонних - буду рыдать, но бить смертным боем, ты уж не обессудь. Иначе какой из меня правитель?)

Александрия повертела в руках одну из подушечек (нервно общипывая бахрому и лихорадочно считая "знаю-не знаю"):

- Не знаю, что и сказать, мой господин.

Он приблизился к ней.

- Я хочу, чтобы ты вела себя естественно в моём присутствии, Александрия. Чтобы ты была самой собой, - тихо сказал он. - Разумеется, я испытываю к тебе очень сильное физическое влечение, особенно после нашей первой ночи, когда я узнал, насколько ты страстная. Но я начинаю понимать, за что Карим любил тебя. (Какой догадливый, однако! Уже все давно поняли, что Алекса - идеал, а он "только начинает".) За твой ум, твою сообразительность. (птица Говорун.) Я никогда не думал, что такое возможно у женщины, - признался он.

Александрия сглотнула:

- В других странах с женщинами обращаются как с равными. Они могут получать образование и... читать.

Его глаза потемнели:

- Здесь женщинам это запрещено. Они не равны мужчинам и никогда не будут.

- Я... я просто подумала, что если мы... я имею в виду, раз вы позволяете мне открыто высказывать своё мнение, то, может быть, вы позволите мне иметь несколько книг, - не удержавшись, она с мольбой взглянула на него. (Правильно, Алекса, сначала надо попытаться достать официальную версию, а если никак, то будем пользовать пиратки...)

Он вздохнул:

- Мне очень жаль, Александрия. Произносимые слова несут в себе куда меньшую опасность. Даже если кто-то подслушает нашу беседу, то от любых обвинений можно будет с лёгкостью отмахнуться, поскольку у этого человека не будет каких-либо серьёзных доказательств. (Спрятавшийся в шкафу Эрик злорадно хихикнул, сжимая в руке изобретённый им на прошлой неделе диктофон.) Но книги - это написанные слова, и их так просто не спрячешь. (Ба, дорогой! Да ты действительно плохо знаешь Эрика!)

- Я не понимаю, почему женщины не могут читать! - вдруг гневно выпалила Александрия. Но прежде, чем она успела извиниться, султан протянул руку и погладил её длинные густые волосы, неторопливо (наматывая пряди на палец, пока у Алексы искры из глаз не полетели от боли) пропустив пряди между пальцами.

- Разве не мужчина создал женщину? (Ой, а разве не Аллах?) Разве не обязанность мужчины заботиться о ней и обеспечивать её всем необходимым? Женщины должны доверять мужчинам и их мудрости. Всё остальное ни к чему.

Александрия, не удержавшись, нахмурилась. Она тут же попыталась справиться с выражением своего лица, но султан лишь улыбнулся:

- Это не означает, что женщины незначительны, малышка. Женщин здесь глубоко уважают, поскольку они дают жизнь, это важно для нашего будущего. Только за одно это они заслуживают всего того, что мы делаем для них, для их защиты.

- Я... понимаю, мой господин. ("Ах так! Значит, я тебе важна лишь как самка-производитель! Ну держись! Эрииик!"
Эрик в шкафу нервно сглотнул.)

Он придвинулся ещё ближе, почти касаясь её губ своими губами.

- Правда, Александрия? Значит, ты понимаешь, что пока я султан, ты будешь возвышаться над всеми остальными женщинами?

Вдохнув его запах, она снова покраснела от стыда, почувствовав прилив желания. Если он действительно хотел, чтобы она была с ним откровенна, то теперь самое время, чтобы его проверить:

- Я не понимаю, как можно возвысить меня над всеми остальными женщинами, мой господин. Ирис ждёт вашего первенца, и если это будет сын, неужели вы не назовёте его своим наследником? (Хороший заход. Судя по всему, Алекса быстро разобралась, как нужно упрочить своё положение в гареме.)

Он слегка отстранился, и она затаила дыхание, ожидая его реакции.

- Я знаю, ты слышала, что я сказал Лале, - тихо произнёс султан. - А я сказал ей, что существует много форм любви, Александрия. Я люблю Ирис, но не так же, как тебя.

Она с трудом сглотнула.

- Поскольку я была влюблена... - начала было она, но остановилась, когда её голос предательски задрожал.

Он ободряюще кивнул:

- Продолжай, Александрия.

Она глубоко вздохнула:

- Поскольку я была влюблена, я не согласна с тем, что вы говорите. Существует только одна форма любви, и это... то, что объединяет одного мужа и... одну жену. (Да, любовь бывает только между мужем и женой! А между любовниками любви как таковой нет, исключительно один секс.)

Султан снова сел, глядя на неё с серьёзным выражением. ("Откуда она такая взялась на мою голову?")

- Ты завидуешь другим женщинам, с которыми я делю свою постель?

- Нет, мой господин. (Так она ему и призналась!)

Он выглядел удивлённым.

- Почему? Ты только что сказала, что любовь должна быть только между мужчиной и женщиной. По-моему, у большинства женщин христианской веры, таких как Лала, серьёзные трудности с этим понятием. Но мужчина не может оставаться моногамным, живя всю жизнь с одной женщиной. Это против его природы. Подумай об этом, Александрия. Посмотри на животных, с которыми мы вместе населяем этот мир. Ведь у большинства самцов несколько самок?

- Да, но мы не животные, мой господин.

Он усмехнулся её смелости.

- Нет, но мы всё равно обладаем теми же инстинктами. И согласись, у некоторых самцов несколько самок, но в конце концов они спариваются для продолжения рода только с одной из них. (Это у каких животных такое интересное поведение? Автор ещё и в зоологии решила новые открытия сделать?!) Однако ты не ответила на мой вопрос. С момента твоего прибытия я любил только одну тебя. Можешь ли ты честно сказать, что тебя не обеспокоит, если я сегодня же ночью приглашу в свою постель одну из гаремных девушек?

На самом деле она очень хотела, чтобы он провёл эту ночь с ней, но сказать об этом не посмела.

- Нет, мой господин.

- Потому что ты меня не любишь.

- Вы очень добры ко мне, и я буду честно выполнять свои обязанности жены. Но...

- Я не Карим.

- Нет, - прошептала она. Теперь он рассердится. Боже правый, что, если она лишится его расположения из-за этой беседы?

Однако султан, кажется, не сердился. Он мягко взглянул на неё:

- Он был великим и благородным человеком. Я завидую той любви, которую ты ему дарила.

Александрия изо всех сил старалась держать себя в руках. Она быстро заморгала и отвернулась, чтобы он не увидел слёзы в её глазах.

- Александрия, - тихо позвал он. - Иди сюда.

Она почувствовала, что не может вздохнуть. Если он сейчас её обнимет ... (он окончательно испортит себе причёску и помнёт ту одежду, которую ещё не помял, а значит - задержится, чтобы всё исправить. "Эээрик", - с тоской подумала Алекса.)

Именно это он и сделал. Обвил её своими сильными руками и бережно прижал её голову к своей груди. Воспоминания о Кариме разрывали ей сердце. Александрия изо всех сил пыталась сдержаться, но безуспешно. Пока она плакала, султан гладил её по волосам и тихонько убаюкивал её. (Переводчик просто прослезился от умиления.) Когда его главный евнух (у султана тоже евнухи в услужении?! Ему-то зачем?!) пришёл с сообщением, что некоторые гости уже приехали, правитель лишь отмахнулся от него. Султан устроился в постели рядом с женой, но вовсе не для удовлетворения своей похоти. Вместо этого он просто обнимал её и шептал слова утешения. (Господи, да как же она такого лапочку-султана на Эрика-то сменяет?!)

Открыв глаза, Александрия поняла, что заснула. (Спустя ещё пару минут до неё дошло, что она уже проснулась.) Султана в постели не было. Приподнявшись, она увидела на подушке слева несколько прекрасных розовых цветков, несомненно, предназначавшихся именно для неё. (Потрясающая дедукция!) От такого поворота событий у неё закружилась голова, она не знала, что и думать. Мог ли султан любить её по-настоящему? Или она просто обманывает сама себя? Но ведь на самом деле ничем из того, что она давала ему взамен, разумно объяснить такое было нельзя. Султан знал, что её верность и так принадлежит ему, знал он и то, что в постели с ним она получает удовольствие.

Но любви к нему она не испытывала. (А, казалось бы, разреши он ей читать - и всё, он бы купил её с потрохами! Но нет, на такой шаг автор пойти не может, иначе для Эрика придется искать другую Мери-Сью.)

Должно быть, в этом всё и дело. Она словно бросала ему вызов. Ни одна женщина никогда его не отвергала. Не было ни малейших сомнений, что большинство из них влюблялись в него с первого же взгляда. Александрия покачала головой. Ее отношения с ним находились сейчас в критической стадии. Если он не сможет добиться её любви, что тогда? (Такая простая мысль, как изобразить влюблённость, хотя бы для того, чтобы не подвергать свою жизнь опасности, ей даже в голову не приходила.)

Александрия вспомнила зловещую ухмылку Лалы и содрогнулась. Она не хотела... никого. Хотя ещё только вчера она с нетерпением искала хоть кого-нибудь, с кем можно было бы поговорить. Этим кем-то оказался архитектор Эрик, несмотря на все предупреждения султана о его бешеном темпераменте. Однако она продолжала задавать Эрику вопросы, к огромному раздражению архитектора. И если ей придётся сожалеть о том, что она потеряла чью-то благосклонность (которая и так висела на волоске), то пусть лучше это будет благосклонность Эрика! Она определенно ходила по лезвию ножа. (О, наивная прелестная Мери-Сью! С каким удовольствием Эрик точил этот нож для тебя!)

Быстро одевшись, она покинула покои султана и направилась в свои апартаменты. Ее встретила лишь тишина, поскольку Анну отослали для обычного еженедельного купания. (Банным днём в гареме было воскресенье. По понедельникам купались евнухи, по вторникам солдаты, по средам гости султана, по четвергам - сам султан, по пятницам - его жены, а в субботу в тот пруд, где все мылись, сгоняли скот.) Александрия зашла в свою спальню и приблизилась к тайнику. Открыв его, она ахнула - перед ней лежали ещё пять книг, от философии до искусства. Она нетерпеливо открыла одну из них. В книге рассказывалось (о Колобке) об опере. Ей доводилось слушать оперу, однако она практически ничего о ней не знала. Александрия радостно запрыгнула на кровать и приступила к чтению.

Прошло несколько дней, Эрик по-прежнему был недоволен тем, как медленно продвигаются работы. Становилось всё очевиднее, что без дополнительной помощи строительство этого дворца займёт всю его оставшуюся жизнь. (Сказал лучший в мире архитектор, гы.) Камень доставляли с перебоями. Стеклодув, которого он хотел привлечь для украшения спальни Александрии, уехал к своим дальним родственникам. Даже с личными покоями султана вдруг возникли проблемы, поскольку рабы неправильно уложили пол. (Вот что бывает, когда за реализацию такого крупного проекта берутся дилетанты.) Действительно, проект был просто грандиозным (ну да, на фантазию Призрака еще никто не жаловался), Эрику трудно было уследить за всем, и из-за всего этого хаоса он постоянно испытывал крайнее раздражение.

- Мануэль! - крикнул Эрик. Чёрт возьми! Куда он запропастился?

- Здесь, - послышался запыхавшийся голос Мануэля из-за его спины. Вверх по холму тот бежал, и теперь не мог отдышаться.

- Где ты был, чёрт тебя побери?

- Мне пришлось бежать за конём для капитана из-за ситуации во дворце. (Ну да, с рабами там напряжёнка, больше за конём послать было некого.)

- Ты должен выполнять мои приказы, а не его, - отрезал Эрик. - Подожди. Что ты сказал?

- Вы не знаете? Такое ужасное происшествие.

- Что такое? - нетерпеливо спросил Эрик.

- Второй жене султана, Александрии, вдруг стало очень плохо. Капитану приказали вернуться во дворец. Думаю, он...

Мануэль резко осёкся, увидев полыхнувший гнев в глазах Эрика.

- Где она? - требовательно спросил Эрик.

- Я... наверное, в своих апартаментах. Но зачем...

Развернувшись, Эрик опрометью кинулся к своему коню. Времени было мало. Он не знал, как давно проявились у неё первые симптомы. (О каких именно симптомах, интересно, идёт речь?) Проверив свои сумки, он обнаружил бутылочку, которую искал. (Потрясающе! Заметьте, Эрик тут же поставил точный диагноз со слов раба "вдруг стало очень плохо", и даже знает, какое именно лекарство ей поможет. Гений медицины!) Сев на коня, Эрик поспешил во дворец. Подъехав, он спрыгнул с коня ещё до того, как тот остановился. (Трюк не удался. Нога зацепилась за стремя, Эрик со всего размаху впечатался лицом в пыль, конь протащил его ещё несколько метров, и только потом остановился. Грязно матерясь, Эрик выпутался из стремени и воровато оглянулся. На его счастье, рядом никого не оказалось, так что никто не видел его позора. Быстро заменив пришедшую в полную негодность маску, Эрик побежал во дворец.)

Во дворце царил полный хаос. Евнухи, рабы и солдаты толпились в коридоре рядом с апартаментами Александрии. (Во как! Это даже не проходной двор, я даже не знаю, как это назвать. Какой смысл вообще держать евнухов, если в гарем, к апартаментам жены могут свободно пройти и рабы, и солдаты, и всякие там архитекторы? Бред.) Но Эрик, растолкав их, прошёл вперёд, не обращая внимания на приказы солдат остановиться. (Правильно, пока у султана все деньги уходили на постройку дворца, и вооружать своих солдат ему было на не что. Поэтому Эрик со своим ножиком имел явное преимущество. Солдаты тоже это знали, поэтому особо не высовывались: покричали и расступились.) Зайдя в её спальню, Эрик едва не заколебался, заметив султана, - таким злым он его ещё никогда не видел.

Посмотрев на кровать, Эрик обнаружил, что Александрия уже задыхается. Ее лицо было белым, словно пепел. Не менее бледными были и лица так называемых лекарей султана, пытавшихся ей помочь. Эрик быстро подошёл к ней, достал бутылочку, зажал ей нос и влил в рот содержимое. (Лекари недоумённо посмотрели на него. На самом деле девушка давно страдала аллергической астмой, и как раз сейчас они собирались дать ей что-нибудь антигистаминное. А теперь ишь молча разводили руками, не зная, что за гадость влил в неё Эрик.)

В следующую секунду его дёрнули вверх и с силой припечатали к одной из стен.

Придя в себя после удара спиной, Эрик посмотрел на того, кто осмелился сделать с ним такое. И встретился с горящими глазами султана.

- Что ты сделал? - взревел султан, снова швыряя Эрика к стене. (Рабы аплодировали стоя, солдаты радостно улюлюкали: отметелить мерзкого архитектора мечтали все, от капитана гаремной охраны до последнего осла на конюшне.)

От ярости у Эрика потемнело в глазах, и он вывернулся из хватки султана. Они мновенно поменялись местами, и теперь уже он припечатал султана к стене. Руки Эрика сами собой потянулись к горлу мужчины, но к его удивлению, султан оказался невероятно силён: он с легкостью разжал пальцы архитектора. Тогда Эрик изменил тактику (отбросив прочь все аристократические замашки и избрав самую действенную), изо всех сил ударив султана кулаком в лицо. (Отвёл душу, что называется.) Пока тот пытался оправиться от удара, Эрик достал нож и прижал его к горлу султана.

Что, как он быстро обнаружил, было очень глупым поступком с его стороны. (Поправочка - это был самый идиотский поступок, который он только мог совершить в подобной ситуации.)

Несколько пар рук оторвали Эрика от султана и с такой силой швырнули его на пол, что у него отшибло дыхание. Прежде чем он успел отреагировать, один из солдат уткнул ему в грудь меч, в то время как другие стали жестоко его избивать.

(Султан некоторое время полюбовался на происходящее, и только когда Эрик находился уже на грани потери сознания, правитель соизволил вмешаться.)

- Прекратить!

Султан вышел вперёд, и солдаты тут же расступились с поклонами. Потирая челюсть, правитель (напоследок пнул Эрика между ног. Архитектор совершенно негероически скрючился. Евнухи забросали султана охапками роз) посмотрел на лежащего Эрика:

- Объяснись! Сейчас же!

У Эрика внутри всё просто кипело от ненависти к этому мужчине. Несмотря на боль, он сумел холодно взглянуть в глаза султану.

- Как теперь выглядит (наша... ой, простите) ваша фаворитка? - с усмешкой спросил Эрик.

Окружавшие его мужчины растерянно переглянулись, но тут их внимание привлекли удивленные возгласы лекарей, стоявших возле кровати Александрии. (Те возносили хвалу Аллаху за то, что та неизвестная субстанция, которую сам Эрик принимал за противоядие, на самом деле оказалась сильнейшим антигистаминным препаратом.) Они повернулись, вглядываясь в неё, и на их лицах проступило отчётливое потрясение. Солдаты тут же выпустили Эрика, и все находящиеся в комнате заговорили одновременно.

Когда никто, разумеется, и не подумал ему помочь, Эрик с трудом поднялся на ноги. Он поморщился от боли в спине - вынужденное соприкосновение с каменной стеной давало о себе знать, не говоря уже о нескольких хороших ударах по туловищу. Но он тут же забыл про это, увидев, что к Александрии вернулся цвет лица. Дышала она теперь легко, и даже попыталась сесть.

- Не надо! - резко сказал ей Эрик.

В комнате стало тихо, и все снова уставились на него.

- Что ты ей дал? - тихо спросил султан.

- Кое-что из того, что, как я знаю, нейтрализует обычный яд, применяемый в этих местах, - сердито ответил Эрик. Он посмотрел на Александрию. - Вы должны оставаться в постели и всю оставшуюся (жизнь) часть дня пить побольше жидкости, чтобы вымыть остатки яда из организма.

- И всё же, откуда ты узнал, что она была отравлена? - спросил капитан, угрожающе приближаясь к нему.

Эрик презрительно усмехнулся:

- Для меня это неудивительно. Такие симптомы, когда кому-то резко и неожиданно становится очень плохо, как правило, связаны с ядом, - он пристально посмотрел на султана и с удовлетворением заметил, что его слова произвели на правителя впечатление. - Не сомневаюсь, что она для многих в этих стенах является объектом нападения. Это был всего лишь вопрос времени.

Султан серьёзно посмотрел на него.

- Должно быть, яд был добавлен ей пищу. Она как раз поела перед тем, как ей стало плохо. (Еще один гений дедукции. Не надо было просто жрать всякую дрянь!)

Он быстро подошёл к своему капитану:

- Где Лала?

Сквозь толпу солдат протиснулся главный евнух султана:

- Мой господин, подождите...

- Приведите её ко мне, сейчас же! - крикнул султан, не обращая внимания на евнуха. Вскоре послышались крики Лалы, и её затащили в комнату. Она отчаянно сопротивлялась, когда солдаты с силой толкнули её к ногам султана. Упав на колени, она опустила голову, стиснув трясущиеся руки.

Дрожащим голосом Лала принялась умолять султана:

- Нет! Мой носподин, нет! Вы должны мне поверить. Я не имею с этим ничего общего. Признаю, я ревновала вас, но я никогда не стала бы делать такое. Никогда!

- Мой господин, - тихо сказал его главный евнух. - Довольно трудно поверить в то, что ваша третья жена могла бы быть настолько поспешной в своих действиях - сразу вскоре после предыдущего инцидента с Александрией. Даже если бы она и хотела сделать это, откуда ей знать о компонентах, чтобы составить яд? - евнух султана покачал головой, глядя на неё. - Она же понятия не имеет, что надо использовать или где найти такое. (Оказывается, главный евнух султана по совместительству является и личным евнухом Лалы? Или там вообще на весь гарем один евнух? Да, напряг с рабочей силой налицо.)

Султан, прищурившись, посмотрел на Лалу и вновь повернулся к евнуху:

- Но кое-кто очень близкий к ней знает.

В этот момент Эрик понял, что султан догадывается об отношениях между Лалой и её обожаемым евнухом (и расстроился. Он рассчитывал срубить бабла на шантаже).

Лала в ужасе раскрыла глаза:

- О, Господи, нет... Я клянусь, мой господин... Он бы не сделал этого. Пожалуйста...

Но было уже слишком поздно, она лишь подтвердила догадки султана. Хотя и не было твёрдой уверенности в том, что именно главный евнух Лалы пытался убить Александрию, рисковать султан не хотел.

- Ко мне их. Сейчас же! - прорычал султан. Затем повернулся и взглянул на Эрика. - И ты тоже.

Эрик выругался и посмотрел на Александрию. Удовлетворённый тем, что она почти полностью пришла в себя, он побрёл за султаном, окружённым личной охраной. Следом солдаты тащили Лалу.

Прибыв в приёмный зал следом за султаном, Эрик обнаружил, что всё помещение заполнено людьми. В некоторых из них он узнал советников, остальные, скорее всего, были гостями из других стран. (Ну разумеется, кем же ещё могли быть незнакомые люди во дворце султана? Ведь в этой стране Эрик уже каждую собаку знал.) Те, кто не знал Эрика, с изумлением уставились на него.

Султан уселся на своё место, у его ног устроились рабыни (с вышивкой в руках). Он подал знак капитану, тот кивнул и ввёл в зал евнуха Лалы.

- Нет! - воскликнула Лала, когда солдаты заставили её встать на колени посреди зала.

Султан обратился ко всем присутствующим. ("Сейчас я вам покажу самую быструю и эффективную систему судопроизводства!")

- Я не собираюсь рисковать жизнью Александрии. А поскольку есть подозрение, что всё случившееся - дело рук этого евнуха, он будет казнён, - он взглянул на Лалу. - Я делаю это также для того, чтобы исправить твои ошибки, моя третья жена. Я верю, что высказанное тобою прошлым вечером желание загладить свою вину было искренним. Считай это не наказанием, а жестом защиты тебя от тех, кто мог дурно влиять на тебя. Все рабы в твоём даирэ будут заменены на преданных лично мне.

Дрожащего от ужаса евнуха вывели на середину зала и заставили встать на колени. Султан кивнул, и капитан мгновенно обезглавил приговорённого. Отрубленная голова покатилась к ногам Лалы, которая на мгновение застыла, а затем упала на пол в глубоком обмороке.
(- Хорошо, что обморок, в прошлый раз после суда султана одного зрителя стошнило на мои сапоги, - доверительно шепнул один из послов Эрику. Эрик закрыл рот обеими руками, чтобы не повторить злодеяние того зрителя.)

Султан довольно кивнул капитану, который вытирал меч о рукав казнённого евнуха. Капитан в ответ поклонился и подошёл к Лале. Подняв её на руки, он подал знак нескольким рабам следовать за собой и вышел из зала.

- Я буду беседовать с Эриком, наедине, - сказал султан, понизив голос. Зал быстро опустел (иностранные гости спешили убраться подальше, проклиная тот день, когда им пришла в голову мысль приехать в эту дикую страну), за исключением невольниц, которые по-прежнему сидели на полу у подножия трона правителя (и с увлечением мотали цветные нитки для вышивания. Ну нравилось султану такая фишка с рабынями, ничего не поделаешь. А чтобы они не разбалтывали содержание секретных бесед, на должность "сидящих у трона" набирали исключительно глухонемых особ.)

Эрик наблюдал за тем, как тёмно-красная кровь продолжает вытекать на пол из обезглавленного тела. (Действительно, симпатичное зрелище, завораживающее.) Молоденькие рабыни пытались убрать её, но она продолжала вытекать, и вскоре девушки оказались просто в луже крови. Некоторые из них в ужасе давились и затыкали себе рты, но ни одна из них не посмела заплакать, опасаясь неминуемого наказания. (Ну прям какой кошмар! Автор изо всех сил пытается нас впечатлить ужасами Османской Империи, при этом у меня всё больше создаётся впечатление, что она просто перепутала её с Римской Империей времён императора Калигулы.)

- За последние несколько недель до меня дошли слухи о твоей прежней репутации, - сказал султан, не обращая внимания на невольниц, которые ползали на коленях, убирая с пола кровь.

Эрик пожал плечами.

- Не вижу принципиального отличия моей прежней репутации от нынешней.

Султан усмехнулся.

- Да уж, однако я слышал, что ты весьма хитёр, когда дело касается того, чтобы легко выскользнуть из когтей смерти, - он слегка подался вперёд. - Ты ведь знаешь, что этот евнух, скорее всего, не причастен к отравлению.

- То есть вы просто убили его, потому что вам этого захотелось, - констатировал Эрик.

Султан улыбнулся.

- Конечно. (Объявить публично о том, что этот мерзавец спал с моей женой, я не мог - а то от клички "Рогоносец" я бы ввек не отмылся, а тут такой повод избавиться от любовника Лалы!)

Эрик шумно вздохнул.

- Так чего вы хотите? Я отстаю от графика.

- Ты всегда от него отстаёшь, Эрик, и всегда будешь отставать, потому что тебе трудно угодить.

- Чего вы хотите? - резко спросил Эрик.

- Чтобы ты разобрался, кто мог отравить Александрию.

Эрик только закатил глаза. ("Господи, у него и на сыщика нормального денег нет! Всё хочет моими руками сделать, небось, без прибавки к жалованию!")

- Она же ваша фаворитка, поэтому мотив может быть у многих.

- Да, и у меня есть основания полагать, что со временем ты найдёшь в своём тайном мире больше запрятанных секретов, которые я смогу использовать для своих целей. Я ясно выражаюсь? (Эрик поморщился: опять султан скурил весь экспортный укроп и предложения строил, мягко говоря, странно.)

Эрик стиснул зубы. Теперь этот тип сделал его не только своим архитектором, но и чёртовым шпионом. (Детективом! Д е т е к т и в о м, а не шпиёном, чуете разницу?)

Султан мимоходом наклонился и поднял одну из молоденьких рабынь, усадив её к себе на колени. Он рассеянно погладил её грудь, легонько касаясь пальцами соска. (То, что она была вся в кровище, султана не смущало.) Девушка задрожала, но султан, не замечая этого, продолжил:

- Я хочу, чтобы Александрия была защищена любой ценой. Кто-то явно не посторонний в этом дворце сильно желает её смерти, и я просто хочу, чтобы ты следил за происходящим. Это всё, чего я прошу. (Услышав в этой фразе намёк на "All I ask of you", Эрик побледнел и скрипнул зубами.)

- Конечно, я посмотрю, что смогу сделать, в те бесчисленные часы, когда мне нечем заняться, - с сарказмом ответил он.

- Хорошо.

Эрик почувствовал прилив гнева.

- Почему я? Я же ей не хозяин.

- Ей на самом деле никто не хозяин, - тихо сказал султан. - Точно так же, как ты мне говорил, помнишь? О том, что ты никому не кланяешься, - он улыбнулся. - А поскольку теперь вы с ней вместе работаете над её новым даирэ, я рассчитываю, что ты присмотришь за ней, когда я буду вынужден отлучаться.

- Я здесь не для того, чтобы заботиться о потребностях вашей жены.

- Нет, - усмехнулся султан. - Эти особые потребности могу удовлетворять только я, других мужчин это не касается, - сказал он, очевидно, сразу расставляя все точки: когда дело касалось его физических нужд, она была целиом и полностью в его власти. - Предлагаю тебе сделку. Если ты предоставишь мне информацию, которая может помочь обеспечить безопасность Александрии, я согласен покупать тебе для нового дворца столько рабов, сколько ты захочешь. (Можно подумать, что этот дворец нужен Эрику больше всех!)

Эрик прекрасно знал, что для завершения постройки ему требовалось ещё столько рабов, что купить их мог лишь султан. Проклятье. Он вздохнул:

- Я согласен.

Отредактировано Мышь_полевая (2010-10-16 09:47:17)

14

Мышка_полевая, это просто вынос мозга!!!

По мордасам бить, да еще ножом угрожать самому султану!
Жене его любимой проктически на смертном одре хрень какую-то в горло вливать!!

И вот этот чудный переходик , где логика ускакала в ужасе:

"Вы, султан, убили глав.евнуха просто так?
И что вы от меня хотите? "( занять вакантную должность? - могло бы последовать предположение)
Но Э. тут же говорит, что выбивается из графика ( мол, кроме меня НИКТО не закончит все твои даире)

 

Комментарии как всегда жгут! :rofl:
Просто укатилась под стол с графиком банных дней и апплодисментами зрителей зрелищу отметеленного гяура-архитектора.

Отредактировано Hand$ome (2010-10-12 17:43:45)

15

Несмотря на тотальное отсутствие читательского интереса в этой теме, я всё-таки принесла вам продолжение сего, с позволения сказать, романа.

Ибо всё равно, пока я гощу у родителей, заняться мне больше нечем, я с собой ничего, кроме этой дурацкой книжки, не захватила. :)

Глава 7.

Лежа в постели, Александрия вздохнула, глядя в окно. День был пасмурным, по небу бежали тучи. В воздухе витал запах приближающегося дождя. (Внезапно в воздухе отчетливо запахло серой, и в языках пламени пред ней явился Дон Жуан Торжествующий. "Какие интересные галлюцинации вызвал этот яд, - подумала Алекса, - надо попросить травануть меня ещё раз. Или это от противоядия Эрика?")

Александрия опустила взгляд на книгу об опере, которую она держала в руках. Из всех книг, что принёс Эрик, эта нравилась ей больше всего. (Две книги - про разведение бонсаев и учебник сопромата - тоже её изрядно развлекли, а вот четвёртая книга с жутким тыквенноголовым монстром на обложке, здорово напугала. "Ничего себе книжки читает Эрик на ночь", - думала Алекса, оставляя на ночь включённый свет, чтобы монстр по кличке Колобок не пришёл за ней.) Хотела бы она иметь возможность увидеть все эти великолепные спектакли. Но, разумеется, это было исключено. (Читателей плавно подводят к тому, что сбежать с Эриком - единственный способ воплотить в жизнь мечты: и книг тебе будет завались, и оперы... и концерты домашние.)

Султан уехал рано утром, заявив, что у него есть какие-то дела, за чем-то там надо было присмотреть, и вернуться он должен был только через несколько дней. Она полностью оправилась от вчерашнего инцидента с ядом, но он настоял на том, чтобы она оставалась в постели. Обычно такие вещи раздражали её. Однако, благодаря его отсутствию, она сможет свободно проводить всё время за чтением. Анна уже доказала свою преданность хозяйке, она предупредит Александрию, если кто-нибудь приблизится или войдёт в апартаменты. Анна никогда не высказывала собственного мнения и делала то, о чём её просили. Но Александрию не оставляло ощущение, что невольница весьма заинтригована тем обстоятельством, что её хозяйка умеет читать.

Раздавшийся снаружи стук в дверь заставил её подскочить. Анна крикнула, что она идёт, - это также должно было служить предупреждением для Александрии. Спрятав подальше книги, она откинулась на подушки, словно так и лежала всё время.

- Александрия! - в спальню, сияя улыбкой, вошла Ирис. - Ты хорошо выглядишь! - она подошла и села на кровать.

Александрия улыбнулась в ответ. Первая жена султана действительно ей нравилась. ("Глазки-незабудки, щёчки-розочки, шейка лебединая, маленькая грудь, попка ничего так... Тьфу, что за мысли, - оборвала себя Алекса, - султан, думай о султане".
- Какой султан?! - возмутился автор. - Эрик!
- "Архитектор", - послушно переключилась Алекса и вздохнула.)

- Да, сейчас я, кажется, в порядке.

- Я так хотела тебя увидеть! - воскликнула Ирис. - Но султан и его главный евнух (это тот, обезглавленный?) запретили мне даже приближаться к твоим апартаментам из-за моей беременности. (Видимо, они считали, что отравление передаётся воздушно-капельным путём. Или беременность...)

Александрия кивнула.

- Это понятно.

- Ты сильно испугалась?

- По правде говоря, я даже не поняла, что случилось, - призналась Александрия. - Я только-только поела, и мне вдруг стало плохо. Анна увидела, что мне трудно дышать, и подняла тревогу. Больше я почти ничего не помню, - она на секунду нахмурилась. - Нет, на самом деле, я ещё смутно помню, как Эрик насильно что-то влил мне в горло. Но это было похоже, скорее, на сон. (Откуда у простого архитектора коньяк такой выдержки...)

- Ты хотела сказать, на кошмар, - поправила её Ирис. - Какой ужас! Но как Эрик спас тебя, это просто потрясающе! Я слышала, он много путешествовал. Должно быть, ему немало известно о таких вещах.

- Да... - Александрия поколебалась. - Ирис, зачем ему было спасать меня?

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, его, кажется, никто не волнует. Честно говоря, если бы я умерла, он бы, наверное, только обрадовался - ему бы тогда больше не пришлось вносить все эти исправления для моего нового даирэ.

- Нет, конечно! - Ирис улыбнулась ещё шире. - Скорее, он был бы раздражен, потому что твоя смерть означала бы, что ему придётся снова изменять то, что он уже начал. (Хм, надо Эрику посоветовать настроить побольше даирэ. Запасных. Вдруг султану приспичит ещё жен взять N штук. А то если с каждой женой всё вверх дном переворачивать... Зато теперь понятно, почему на востоке так много дворцов: взял новую жену - построил новый дворец...)

Обе засмеялись, и Александрия впервые за долгое время почувствовала, что расслабилась. Ирис потянулась к ней и взяла её за руку. ("Ага, пульс уверенный, жить будет. Значит, надо подлизаться".)

- Извини, что я почти не виделась с тобой до того, как это произошло, - расстроенно сказала Ирис. - Я была так занята, и знаешь, чем ближе подходит срок моей беременности, тем сильнее я устаю. Но я должна по-прежнему поддерживать отношения с приезжающими к нам гостями, проводить ряд важных встреч. Очень важно предоставить им всё, что может хозяйка, особенно из-за этой напряжённости, ведь многие приезжают для того, чтобы обсудить предстоящее расширение нашей империи. Большинство пытаются быть дипломатичными, но в конечном итоге все они хотят знать, что планирует наш господин, и как эти планы могут затрагивать их интересы. Моя работа - заставить их расслабиться, насколько возможно, чтобы обстановка не накалялась. (Массажик там, винца подлить... ну, ещё чего... Как ты сказала? Это называется "гейша"? Ой, детка, это просто обязанности жены султана.)

- А как ты это делаешь?

- В основном мои обязанности состоят в том, чтобы как следует накормить и развлечь их. (Да, мы уже поняли, что со слугами у султана проблема. Кормить и развлекать гостей приходится в одиночку беременной первой жене.) В особых случаях султан даёт разрешение, и я даже выбираю в гареме девушку, которая согреет гостю постель. (В других странах такое заведение назвали бы борделем, а "первую жену" - "мадам", "мамочкой" и т.п. А султан, конечно, молодец. Не брезгует же потом спать со своими наложницами после... кхм... "особых гостей"!) Моя роль очень важна, хотя иногда это очень утомительно.

Александрия покачала головой.

- Ты, как первая жена, слишком многого требуешь от себя. Сомневаюсь, что султану понравилось бы услышать такое.

Ирис снова улыбнулась.

- Возможно. Но должна признаться, эта роль мне нравится. (По крайней мере, самой ублажать гостей в постели было бы куда неприятнее. И знаешь, можно ещё таким образом отыгрываться на особо вредных особах из гарема, - Ирис подмигнула. - Напакостит тебе одна, а ты её потом - раз! - и подложишь в постель к какому-нибудь мерзкому толстому старикашке. Жаль, Лалу не могу никому подсунуть, жена всё-таки...
- Да уж... - вздохнула Алекса.
Женщины понимающе переглянулись.)

Александрия почувствовала лёгкую зависть. (Конечно, как спать с султаном - так она, а как выбирать девиц для гостей - так Ирис! Где справедливость?)

- Хотела бы я иметь больше обязанностей - таких, как у тебя. Это, по крайней мере, дало бы мне хоть какое-нибудь занятие!

Первая жена усмехнулась.

- (Ну ещё бы, дорогуша! Весь гарем об этом мечтает!) Сейчас у тебя есть обязанность, и очень серьёзная. Ты - любимица нашего господина. Именно с тобой он отдыхает от политики и стрессов. Ты должна гордиться тем, что доставляешь нашему господину такое удовольствие.

Александрия опустила взгляд на руку Ирис и тихо спросила:

- Ты любишь султана?

Ирис сжала её ладонь:

- Да, люблю.

Александрия подняла глаза:

- Тогда как ты можешь мириться с тем, что он хочет быть со мной?

- Разумеется, раньше я беспокоилась из-за других женщин, - вздохнув, сказала Ирис. - Конечно, став его первой женой, я какое-то время была его фавориткой. Но я знала, что его интерес неизбежно ослабнет, особенно когда я забеременела. Однако я была приятно удивлена, поскольку он по-прежнему очень ласков со мной и почти каждый день приходит, чтобы поговорить со мной. (Да ну?! Действительно, когда же он находит на всё время?) Я действительно чувствую, что он заботится обо мне. Я поняла, что когда он счастлив, даже если он проводит время с другой женщиной, он всё равно думает обо мне. (Вот, выкуси! Хоть ты и фаворитка, а всё равно я! Я в его мыслях!)

- Я не уверена, что смогу полюбить его, - призналась вдруг Александрия.

Ирис посмотрела на неё чуть ли не с ужасом:

- Это твоя обязанность как жены, как христианки. Ты должна найти способ смириться со своей участью. (Во как! Оказывается, добропорядочная христианка обязана смириться с тем, что муж держит гарем, и всё равно любить его! Автор ничего не попутала в религиях, как думаете?)

- Или закончу, как Лала?

Первая жена нахмурилась:

- Лала сама навлекает на себя свои беды. И да, ты можешь увидеть, к чему приводит ревность.

- Ревность или любовь? - спросила Александрия. И покачала головой. - Если бы мой муж, Карим, обращал внимание на других женщин, я бы наверняка вела себя так же, как Лала.

- Он очень сильно любил тебя, - взгляд Ирис смягчился.

- Да... и... он не хотел больше проводить время с другими женщинами. Я знала, что он имеет на это право, и даже ожидала этого. Но к моему удивлению, после нашего бракосочетания он перестал посещать свой гарем. И каждую ночь проводил со мной. (Ахха! Так, значит, у Карима всё-таки был гарем! Как же тогда понимать слова султана, что Карим "никогда не проверял на практике, на что способны девушки из гарема"?! Автор путается в показаниях. Хотя нет, конечно, гарем мог и быть, но он туда просто боялся заходить... эти стамбульские барышни такие страшненькие...)

- Тебе очень повезло, - пробормотала Ирис. Вдруг она подскочила и положила руку на живот.

Александрия засмеялась:

- Он у тебя сильный.

Ирис погладила живот и улыбнулась:

- Да, мне порой кажется, что он пытается пробить себе путь, чтобы выбраться наружу! -  она гордо подняла голову. - Это будет прекрасный сын.

Александрия улыбнулась ей, с тревогой подумав, что будет, если ребёнок окажется девочкой. Что тогда будет с Ирис? Александрия была уверена, что султан ещё раз попробует со своей первой женой. Но если Ирис не подарит ему наследника, в конце концов султан обратит свой взор на одну из других жен. (Это как понимать? Что, в 19 веке существовало такое планирование семьи, да ещё и в мусульманских странах? И остальные женщины, коих в безмерном количестве пользовал султан, от него не рожали? Только жёны, и то лишь в порядке очереди?!) И у Александрии не было ни малейших сомнений, что следующей будет она, поскольку теперь она была его второй женой, а также его фавориткой.

Первый муж научил Александрию, как контролировать зачатие с помощью устройства, которое она сама вставляла вовнутрь. (Переводчик выпал в осадок. Судя по всему, имеется в виду цервикальный колпачок... В мусульманской стране?! И её этому научил муж?!?!) Прекрасно понимая, что его ждёт, Карим не хотел иметь детей, опасаясь, что они будут убиты, как только султан получит власть над городом. Приехав сюда, она продолжала использование устройства, хотя и не была уверена, разрешено ли это. (Ну да, понятно, мусульманин Карим разрешал и читать, и контрацепцию использовать, а нехороший султан всё запрещает!) Но она не хотела рисковать, ведь родись у неё сын, в случае успеха Ирис его будет ждать лишь смерть. В этой стране только один может стать султаном. А это означает, что остальные сыновья правителя, когда придет время, будут просто убиты. (То есть нормально, да, рожаешь очередного сына – и его нет, чтобы гуманно утопить, как котёнка, сразу после рождения, так нет, его растят до определённого возраста, тратят на него бюджетные средства и только потом убивают – как гуся для фуа-гра. Наверное, там и праздник был какой по этому поводу – народ, завтра выходной, завтра день убиения сына султана!)

Раздался стук в дверь, и они услышали, как Анна приглашает кого-то войти. (Чисто формальность. Мы уже давно поняли, что этому "кому-то" приглашение вовсе ни к чему.) Ирис похлопала Александрию по руке.

- Я должна идти, а тебе надо отдохнуть, - твёрдо сказала она.

Александрия слегка улыбнулась в ответ, но когда новый посетитель оказался в её комнате, эта улыбка увяла, сменившись почти шокированным выражением. (Он не принёс ни одной книги, сволочь!)

Эрик вежливо наклонил голову, когда к нему с улыбкой подошла Ирис.

- Благодарю вас за то, что вы спасли жизнь моей сестры.

Эрик равнодушно пожал плечами.

- Вам уже недолго ждать осталось, - сказал он, имея в виду её беременность. (И недоумённо посмотрел на автора. В принципе, он был не против и поздороваться с женщинами, и поговорить о чём-нибудь приятном, но автор была неумолима - ему постоянно требовалось производить как можно более плохое впечатление, из-за чего порой приходилось нести полную чушь.)

- Да! - воскликнула Ирис. - Он уже доказывает, что будет сильным сыном, - с улыбкой сказала она, накрыв руками живот.

Эрик кивнул и посмотрел на Александрию.

- Как вы себя чувствуете? - спросил он, отметив про себя, что цвет её лица значительно улучшился. (Из нездорового розового он стал прекрасным салатовым.)

- Совершенно нормально. Как вы думаете, я достаточно поправилась, чтобы встать с этой постели? (И перейти в вашу? - кокетливо стрельнула она глазами.)

Ирис кинула на неё яростный взгляд:

- Александрия! Не смей покидать эту постель! Султан сказал, что ты должна оставаться  в ней.

Эрик нахмурился:

- У меня есть к ней несколько вопросов по поводу нового дворца. Я прослежу, чтобы она не покидала постель. (О! Как двусмысленно это звучит!)

- Спасибо, - ответила Ирис, всё ещё выразительно глядя на Александрию. - Отдохни немного, и может быть, я скоро ещё раз зайду к тебе.

Когда они попрощались, Эрик отошёл на другую сторону комнаты, снова вытащил планы и посмотрел на неё:

- Ну, что? Теперь идите сюда.

Александрия изумлённо посмотрела на него:

- Я думала, вы сказали...

- О, я вас умоляю, - насмешливо сказал он. - Вы не хуже меня знаете, что прекрасно можете встать с постели. Я сказал это только для Ирис.

- Да, Боже упаси, как я могла подумать, что вы и правда хотите, чтобы я отдохнула.

Эрик холодно посмотрел на неё:

- Хорошо, повинуйтесь во всём своему мужу.

Повернувшись к столу, чтобы взглянуть на планы, он улыбнулся про себя, зная, как разозлит её подобный комментарий. Разумеется, не прошло и минуты, как она очутилась рядом с ним. Насколько же она предсказуема...

- Почему "Фауст" так популярен?

Эрик вскинул голову:

- Что?

- "Фауст". Опера. Она, кажется, очень популярна, поскольку в книге упоминается несколько раз. Намного чаще, чем другие оперы.

Прошло уже столько времени с тех, как Эрик последний раз вспоминал об опере (да, целых четыре дня с тех пор, как он скрупулезно выбрал для неё эту книгу), что он стоял там, как идиот, шокированно уставившись на неё. Ладно, хорошо: она не так предсказуема, как он думал. Он вздохнул. ("Господи, ну и вопросики она задаёт... Откуда ж я-то знаю, почему "Фауст" популярен?! Лучше бы она про "Колобка" спросила... Ладно, надо как-то выкручиваться.")

- "Фауст" привлекает многих, благодаря сюжету. Многие мечтают о том, чтобы чем-нибудь пожертвовать ради возможности вернуть молодость.

- Но не любовь.

- Что? - переспросил Эрик, чувствуя себя всё более неуютно из-за того оборота, который принимал разговор.

- Любовь. Каким бы красивым и молодым ни был человек, это не значит, что тот, кого он добивается, будет любить его.

Эрик уткнулся обратно в чертежи, плечи его были напряжены.

- Хватит. Я хочу показать вам зону для отдыха в спальне.

Однако, к его раздражению, она едва взглянула на отмеченный им участок.

- А вы много спектаклей смотрели?

Эрик стиснул зубы. (О, да, детка, я видел массу спектаклей. Вот один мне, помнится, очень понравился - как крошка Зизи на бис попой лопала воздушные шарики. Ах, Мулен Руж, Мулен Руж, ах, молодость, молодость...)

- Думаю, вряд ли это имеет значение.

- Ну я просто поинтересовалась, вы ведь, кажется, так много знаете...

- Довольно! - закричал он на неё. - Я здесь не для того, чтобы давать вам проклятый экскурс в историю оперы и тем более в историю моей жизни!

К его удивлению, Александрия не съёжилась от страха, а смело встретила его взгляд:

- Вы сказали, что я могу задавать вам вопросы.

- О книгах, а не обо мне! - отрезал Эрик.

- Я и спрашиваю вас о книгах. Я спрашивала об опере, поскольку вы, кажется, много знаете по этому вопросу.

Разъярённый, Эрик вдруг подошёл к ней так близко, что, когда он наклонился, она могла видеть только его глаза. (О! А до этого она видела что-то ещё? Или он маску уже не носит?) Когда он, наконец, увидел проблеск страха, он ещё больше надвинулся на неё, так, что она, споткнувшись, отступила.

- Что такое, госпожа? - насмешливо спросил Эрик. - Вы боитесь того, что видите? Или, вернее, того, чего вы не можете увидеть?

Однако Александрия выпрямилась и вздёрнула подбородок:

- Надо же, как интересно, вы пытаетесь сменить тему или запугать меня, когда опасаетесь, что я задам вам несколько личных вопросов.

- Опасаюсь? Опасаюсь? - прошипел Эрик, возвышаясь над ней. - Кто здесь должен опасаться, так это вы, если это даирэ не будет закончено в срок! (Да ну? Я думала, за нарушение сроков строительства в первую очередь поплатится именно он, а оказывается, жена султана виновата.)

- Прекрасно, - отрезала Александрия. Проскользнув мимо него, она практически строевым шагом прошла к чертежам. - Мне не нравится, что зона отдыха расположена так далеко от окон. Я и так сижу в клетке, но вам совершенно не нужно лишний раз напоминать мне об этом!

Удивленный, Эрик подумал, что её замечание имеет смысл. Почему бы не создать больше окон в этой части комнаты? (Правильно, и плевать на то, что стены не наружные. Пусть будут окна... в коридор и соседние комнаты! А что? Оригинальный, свежий творческий подход.) Придётся проделать кое-какую дополнительную работу, но он может найти способ...

- И если бы потолок был повыше, создалось бы ощущение большего пространства, открытости и... свободы, - сказала она с горечью.

("Вау!" - восхитился Эрик. - "Гениально! Ни за что бы не догадался!") Что-то внутри него сжалось, и впервые он пожалел о том, как относился к ней всё это время. Достаточно ужасно и то, что её муж всецело властвует над ней. И Эрик сейчас вёл себя не менее отвратительно. Но затем Эрик подумал, что его лицо так или иначе сделало его чудовищем.

Вдруг ему в голову пришла ещё одна мысль, и Эрик резко спросил:

- Кто вам вчера приносил пищу?

Удивленная таким резким изменением темы, она непонимающе посмотрела на него.

- Отвечайте, - нетерпеливо потребовал Эрик.

- Я... я не знаю. Когда я вернулась в свою комнату, еда уже была здесь.

- Где ваша рабыня? (У неё всего одна рабыня?! Ах, ну да, ну да...)

- Она к этому непричастна.

- Откуда вам знать? - рыкнул он.

- Потому что... она уже оберегает мою тайну - про те книги, что вы принесли.

Некоторое время Эрик молчал. Похоже, найти того, кто её отравил, будет невозможно. (Разумеется, ибо такими поисками должны заниматься сыщики. А не архитекторы.) Но он также знал, что если он не сумеет обеспечить ей защиту, султан не пойдёт ему навстречу, когда встанет вопрос о дополнительных рабочих руках. ("Эх, всё в этой стране через задницу" - горестно вздохнул архитектор.)

- Сегодня вечером я пришлю к вам дегустатора.

- Кого?

- Вы не должны ничего есть, пока он первым не попробует пищу. Понятно?

- Я... я не могу рисковать чужой жизнью ради своей! - гневно воскликнула Александрия.

Эрик снова подошёл к ней на угрожающе близкое расстояние.

- Зато я могу. И буду.

- Почему вы это делаете? - с ужасом прошептала она. (Автор злобно захихикал.)

- Султан приказал, чтобы я обеспечил вашу защиту во время его отсутствия, и для этого я готов на всё. (Вот сюда бы надо: "Я лично буду вашим дегустатором!" А то как-то голословно, ай-яй.)

- Но зачем... зачем вам волноваться...

- Я не волнуюсь! - снова рявкнул он (яростно потирая дёргающееся веко). - Меня волнует только то, что взамен я получу больше рабов.

Ее взгляд стал ледяным.

- Понимаю.

- Не думаю, что понимаете. В следующий раз, когда я приду к вам, вы, может быть, будете думать дважды, прежде чем сердить меня. Иначе я не буду столь любезен.

И прежде, чем Александрия смогла сказать хоть слово, он вновь оставил её в одиночестве.

Отредактировано Мышь_полевая (2010-10-12 14:30:27)

16

Я всё больше склоняюсь к мыслям, что:
1) либо автор задумывала роман как пародию;
2) либо автора настолько увлёк сюжет, что несостыковки и ляпы показались ей мелочью  :poet:

А дегустатором, видимо, Эрик подался из-за голодухи  :D
Комментарии блеск!

17

Я рыдала, когда читала!!
Если бы меня заставили воспринимать этот фик серьезно и без комментариев, я бы за тысячу долларов не согласилась.
Хочется спросить, что вообще афтар знает о гаремах, мусульманах и Эрике?
ps^ про средства контроля над зачатием вообще убилоооооо намертво.  :rofl:
Зато как юмор, это круто!

18

Обычно такие вещи раздражали её.

Когда ее сначала ядом травили, а потом из люльки долго не выпускали.

Ирис. - Я была так занята, и знаешь, чем ближе подходит срок моей беременности, тем сильнее я устаю. Но я должна по-прежнему поддерживать отношения с приезжающими к нам гостями, проводить ряд важных встреч. Очень важно предоставить им всё, что может хозяйка, особенно из-за этой напряжённости

Просто Ангела Меркель какая-то!

19

Laruno, ну ладно, автор собственных ляпов не заметила, но я не понимаю, почему все те, кто комментировал этот роман в интернете, и тем более, присуждал ему награды, (!) не обратили внимания на все эти нелепости?!

Veresk, могу ответить на вопрос: о гаремах и мусульманах автор не знает ничего. Это действительно так, я не преувеличиваю. Об Эрике - явно посмотрела фильм и увидела только его рычание и брутальность, совершено не поняв сути истории. Потому он у неё совершенно ООС.

Но вообще, конечно, весело. Ибо маразм крепчает с каждой главой. ^_^

20

А Эрик заболеет после дегустации? А Алекса будет класть мокрые платочки ему на лоб? Это ж классика фанфикшена!

21

Сегодня прочитала всю проду и уржалась :D
Мышка полевая, если есть еще запал, продолжай в том же духе, да побольше, побольше, у тебя замечательно получается облагородить этот бред :)

Тебе и, конечно, Елене и Violet спасибо!
http://s19.rimg.info/bc882d7673b59cd4b5241b010a54a78d.gif

Отредактировано Pandora (2010-10-13 18:20:23)

22

Анекдот в тему:
На общем собрании гарема постановили - по итогам прошедшего года признать работу султана неудовлетворительной

23

Так-с, вношу маленькую поправку. При дальнейшем прочтении выяснилось, что местный султан любил, чтобы у его ног во время заседаний сидели не рабы, а рабыни. :) Своих гаремных невольниц он туда сажал. Так что вношу изменение в текст.

Отредактировано Мышь_полевая (2010-10-16 09:47:53)

24

Глава 8.

- Пришёл главный евнух султана, он хочет встретиться с вами.

Эрик оторвался от стола, на котором перед тем сосредоточенно вносил корректировки в замеры гостиной Александрии. (Вообще создаётся впечатление, что на строительство всего остального дворца он положил большой и толстый болт, сосредоточившись исключительно на даирэ Алексы.) Дом, который ему предоставил султан и в котором он сейчас работал, был просто роскошен по своим размерам. (Ну вот, наконец-то он обзавёлся крышей над головой! А то всё на холме, под открытым небом свои чертежи ваял. Даже без табуретки.) У Мануэля нервно забегали глаза - он знал, что любая помеха может заставить Эрика взорваться. (Поэтому желание избавиться от психа-архитектора пока проигрывало нежеланию оттирать стены после взрыва.)

- Ну конечно, - проворчал Эрик, снова возвращаясь к своей работе. - Просто слов нет, как я нуждаюсь в массовом наплыве посетителей, и чем больше, тем лучше. Это несказанно поможет мне довести до конца то мизерное количество работы, которое мне осталось сделать.

Краем глаза Эрик заметил, как вздрогнул Мануэль от его саркастического тона, но проигнорировал это. Юноша оказался весьма полезен, когда дело касалось ежедневного руководства текущей работой, но иногда он был сущим наказанием - ему совершенно не хватало характера, чтобы дать отпор любому человеку, обладающему хоть какой-либо властью. (А что он ожидал от раба?)

- Вижу, вы безумно рады меня видеть, - послышался другой голос.

Снова подняв взгляд, Эрик увидел, что Мануэль исчез. Перед ним стоял главный евнух султана - невысокий, худой пожилой человек. По слухам, он ещё мальчиком был выбран для своей будущей роли - прислуживать каждому наследнику по линии султанов за последнее десятилетие. (Отсюда следует два вывода: за последнее десятилетие султаны там менялись, как перчатки, - по паре за сезон. И этот бедняга, прислуживая каждому очередному наследнику, так измучился, что за десять лет превратился из мальчика в пожилого человека. Автор хоть сама поняла, что написала?)

Это была высочайшая честь для евнуха, хотя Эрик не мог понять, зачем она вообще нужна - учитывая то, что для этого им приходилось жертвовать своей мужественностью. С другой стороны, можно подумать, что сам он лучше использовал свои мужские половые органы. (Люди, честно, у автора так и написано! Вот прямо этими словами: reproductive male organs! Я даже не стала придумывать синоним, чтобы не лишать вас удовольствия поржать.) Может быть, если бы он был кастрирован, это избавило бы его от многих неприятностей. (Подумав так, Эрик вздрогнул, на его лице промелькнула целая радуга: сначала он побледнел, затем позеленел, а догадавшись, откуда ноги растут, покраснел от возмущения. После чего достал пенджабку и, демонстративно покачивая ею в воздухе, выразительно посмотрел на автора. Та слегка занервничала и стала быстро стучать по клавиатуре.)

Да ну, к чёрту. К этой части своего тела он и близко никого с ножом не подпустит. Бесполезен этот орган или нет, но одной мысли о том, что кто-то попытается его удалить, было достаточно, чтобы Эрику тут же захотелось убить любого, кто рискнул бы предпринять такую попытку. ("Вот так-то лучше", - хмыкнул Эрик, пряча удавку. Автор украдкой перевела дух.)

- Моё терпение на исходе, - прорычал Эрик, холодно посмотрев на слугу. - Что понадобилось султану?

- Я пришёл не от султана. То, что я хочу вам сказать, касается не только меня, но и вас.

- И что это должно означать?

- С самого вашего приезда султан был очень терпим к вам. Боюсь, настало время, когда его снисходительность пойдет на убыль.

- О, да неужто? - протянул Эрик. С минуту он пристально изучал евнуха. - А могу я узнать имя высочайшего служителя султана?

На лице евнуха отразилось искреннее удивление. (До сих пор никому и в голову не приходило поинтересоваться, как его зовут. Ещё несколько дней назад все его называли просто "Эй, ты!" или "Эй ты, евнух!" И только теперь уважительно обращались: "Господин главный евнух!" А вот имя его до сих пор никто не спрашивал. Откровенно говоря, он и сам его уже забыл.)

- Моё имя? (- спросил он, пытаясь потянуть время и надеясь, что этот несносный архитектор отвяжется.)

- А что, здесь есть ещё кто-то, занимающий более высокое положение, чем вы?

Тот нахмурился (пытаясь понять, серьёзно он спрашивает или издевается. По всему выходило, что издевается. Но придумать адекватный ответ евнух так и не сумел. Зато от возмущения вспомнил, как его зовут.)

- Меня зовут Якуб.

- Понятно, Якуб. Значит, вы считаете, что я, так сказать, исчерпал благосклонность султана?

Евнух выдал странную улыбку.

- Пока ещё нет, но некоторые признаки налицо.

Эрик хохотнул:

- Тогда говорите. Должно быть, моя жизнь в огромной опасности.

Проигнорировав его сарказм, Якуб сел в кресло напротив стола.

- Я не говорил, что ваша жизнь в опасности. Я сказал только, что его терпимость подходит к концу.

- Объясните, что вы имеете в виду, - оборвал его Эрик. - У меня нет времени на всю эту ерунду!

- Когда вы в последний раз видели Александрию?

- Несколько дней назад.

- И с тех пор вы её не проверяли? (Осмотр по полной программе, зубы, там, почки, пальцы не пересчитывали?)

- Нет.

- Простите меня, но султан будет очень недоволен, обнаружив такое положение дел. Он доверил вам её личную безопасность на то время, пока он отсутствует.

- Тогда я предложу султану выполнить для начала свою часть сделки, - хладнокровно ответил Эрик.

Якуб покачал головой.

- Я пришёл к вам, чтобы предупредить, что султан очень благодарен вам за спасение жизни Александрии.

- Простите, я не совсем понял причину вашего визита. Предупредить, что он благодарен? - недоверчиво спросил Эрик.

- Да. Султан будет очень недоволен, если вы не примете его благодарность.

Эрик закатил глаза.

- Очень хорошо, я принимаю его благодарность. А теперь убирайтесь.

- Нет, вы, кажется, не понимаете... Если вы не примете его благодарность открыто, это будет... оскорбительно.

- То есть вы хотите, чтобы я публично признал его благодарность перед всеми членами двора.

- Что-то вроде того, да. (На коленях там поползать от радости, подолы султанских одежд облобызать...)

Эрик прищурился:

- Политика - для тех, кто правит. (Нет, сынок, для тех, кто хочет жить.) Я здесь для того, чтобы создавать дворец. Это было моей единственной целью, когда я решил приехать именно сюда!

Евнух погладил свою маленькую седую бородку. (Борода? У евнуха?! Султана что, предыдущий опыт ничему не научил, раз он на должность главного евнуха снова назначил не полностью кастрированного товарища?)

- А для этого вы должны вести политическую игру. Вы это знаете, вы же умный человек. Но я очень боюсь, что ваш гнев и злоба помешают вам.

Эрик рассмеялся.

- Ой, да ладно тебе, старик, ты ведь уже знаешь, что я никому не позволяю командовать мною. И султану в том числе.

- Какой ценой? - спросил Якуб. - Вы действительно столь бессердечны, каким кажетесь, или уже сожалеете о некоторых своих действиях?

Эрик угрожающе прищурился. Воспоминания о времени, проведённом в Опере, встали у него перед глазами, но ненадолго.

- Я ни о чём не сожалею. А теперь оставь меня.

- И вы примете благодарность султана?

Эрик раздражённо вздохнул:

- Тебе-то это всё зачем? - он вдруг улыбнулся. - Или султан выместит своё недовольство и на тебе тоже?

Якуб только усмехнулся, усилив его раздражение.

- Султан никогда не поднимет на меня руку. Для этого у него достаточно невольниц. (Гы, девушки для битья... Видать, боксерских груш у него ещё не было.) У меня другие мотивы.

- Например?

Старый евнух покачал головой:

- Я служил нескольким поколениям султанов. Не стоит считать меня столь наивным.

- Твой язык меня уже утомил, - низким голосом ответил Эрик (и закашлялся, при его голосе долго говорить басом было затруднительно). - Оставь меня (старушка, я в печали).

- Султан пожелал увидеть вас сегодня во второй половине дня, сразу после его возвращения. Он уверен, что вы будете просто счастливы, увидев новых рабов, которых он выбрал.

Эрик откинулся на спинку стула. Значит, султан всё-таки выполнил свою часть сделки. (Судя по его удивлению, это было что-то из ряда вон выходящее. Обычно этот султан обещал с три короба и ни черта не выполнял.)

- Он приобрёл только нескольких рабочих, - улыбаясь, сказал евнух, словно прочитав мысли Эрика. - Остальное зависит от того, как вы в дальнейшем будете защищать Александрию. Вряд ли он доброжелательно отнесётся к очередному отравлению.

Эрик махнул рукой.

- Скажите вашему султану, что я буду во второй половине дня.

Якуб благодарно склонился в ответ.

Вернувшись во дворец, Александрия нахмурилась, увидев старика, внимательно проверявшего её еду. (Надо же, Эрик у нас гуманист. Не стал подвергать опасности юную жизнь, назначил дегустатором старика, честь ему и хвала!) Эрик прислал его к ней сразу же после их последнего разговора. (А старик был счастлив - пенсия маленькая, мясо не каждый день, фруктов в рационе вообще нет, а тут всё-таки жена султана, кормёжка от пуза.)

"Разговор? Скорее, стычка", - подумала она, нахмурившись. Этому мужчине она была абсолютно безразлична. Сначала она думала, что книги были хоть каким-то признаком доброжелательности от него. Как же она ошибалась! Все его действия были направлены только на то, чтобы получить хоть какую-нибудь выгоду. Так же, как этот дегустатор, который продолжал отковыривать куски от принесённого для неё обеда. ("Он же все слопает!" - мрачно подумала Алекса.) Дегустатор находился здесь не потому, что Эрик действительно беспокоился о том, что она может умереть. Нет, единственное, что было важно для Эрика, - это его работа, а ещё возможность добиться того, что ему было нужно. Это всё, что его волновало.

Старик вдруг улыбнулся ей.

- Вы можете есть, госпожа.

Александрия поблагодарила его и села на стул, который он отодвинул для неё. Но не успела она приступить к еде, как в столовую вошли охранники, а следом за ними - султан. (И снова проходной двор, входи, кто хочет. Судя по всему, тот факт, что в гарем, кроме женщин и евнухов, мог входить один лишь султан, автора нисколько не беспокоит. Как же, без толпы вооружённых мужиков несолидно!) Старик, пробовавший её пищу, упал на пол в выражении полнейшей покорности. (Еда всё-таки была отравлена.) Александрия вскочила на ноги и опустила голову. Вспомнив о том, как надо приветствовать вернувшегося из путешествия султана, она уже собиралась опуститься на колени (и ползти к постели), но он остановил её и, улыбаясь, обнял:

- О, Аллах! (А ведь ещё несколько глав назад он восклицал: "О, Христос!") Я так скучал по тебе в последние дни, - он отстранился и посмотрел на неё с высоты своего роста. (Как он при росте в метр сорок умудрялся смотреть на всех свысока, оставалось загадкой.) - Если бы я мог, я бы всегда держал тебя рядом с собой.

Александрия сглотнула.

- Вы позволите мне путешествовать вместе с вами, мой господин?

Он выглядел удивлённым.

- А ты бы хотела?

Александрия поняла - он надеется, что ею двигает желание быть с ним. Реальной же причиной было то, что она была согласна на всё, лишь бы только увидеть что-нибудь за пределами этой страны.

Прежде чем она успела ответить, он коснулся её лица:

- Думаю, в следующую поездку я с огромным удовольствием возьму тебя с собой. Мне будет очень приятно, если ты будешь рядом.

У неё аж перехватило дыхание от волнения.

- Благодарю вас, мой господин.

Подошёл начальник стражи:

- Вас ждут во дворце.

- Ах, да, - спохватился султан, выпуская Александрию. - Архитектора позвали?

- Да, мой господин. Он уже идёт.

- Идём, Александрия, - сказал султан, поднося её руку ко рту для поцелуя.- Я бы хотел, чтобы ты увидела подарок, который я купил для Эрика.

- Подарок, мой господин?

Он засмеялся.

- Конечно. Он спас тебе жизнь. Хоть я и не могу как следует вознаградить его за проявленное им великодушие, думаю, с моей стороны было бы справедливо купить ему то, в чём он нуждается. (Книгу, которую Эрик давно разыскивал - "Месть Колобка", издание второе, дополненное.)

Александрия направилась следом за ним в приёмный зал. Среди присутствующих она заметила женщин из гарема. Когда они, в свою очередь, увидели её, глаза их недовольно сощурились. К глубокому удовлетворению женщин, султан жестом приказал нескольким из них выйти вперед, и они триумфально улыбнулись. Когда он сел, они с радостью заменили рабынь, обычно сидящих у его ног. Но их победа была недолгой - султан приказал, чтобы рядом с его троном положили большие подушки для Александрии. Мягко потянув её за руку вниз, он тихонько сказал ей, чтобы она легла рядом с ним на бок и расслабилась. (Такую позу он недавно видел на картинках с обнажёнными невольницами, и она ему очень понравилась. Да, лежащая рядом красивая женщина удачно оттеняет девушек у его ног - пожалуй, ансамбль, призванный пустить пыль в глаза иностранным гостям, можно считать законченным.) Гаремные девушки у его ног должны были оставаться на коленях, эта поза уже через несколько минут стала причинять им жуткое неудобство.

Тут вдруг появился Эрик, и, несмотря на охватывавший её чуть раньше гнев на него, Александрия обнаружила, что не может оторвать от него глаз. Эрик, как всегда, был в маске, полностью закрывавшей его лицо, однако одет он был на этот раз в нечто похожее на чёрные шёлковые одеяния, а сверху был накинут тяжёлый плащ. ("Тум-тум-тум! Ту-ду-дум-тум-тум! Па-ба-ба! Ту-ду-дум-бам-бам!" - раздалась знакомая мелодия из "Звёздных Войн". Все вздрогнули. Мануэль за дверью удовлетворенно хмыкнул и выключил магнитофон. Алекса со смесью ужаса и восторга смотрела на фигуру в чёрном, из-под маски которой раздавалось отчётливое дыхание: "Хррр-пшшш! Хррр-пшшш!") По сравнению с другими присутствующими в зале он выглядел очень мощным и властным. Более сильное впечатление производил только сам султан (при росте метр сорок... магистр Йода?!), остальные не шли с ними ни в какое сравнение.

Александрия была удивлена, когда Эрик, приветствуя султана в присутствии столь большого количества людей, даже не соизволил склонить голову. (Ещё бы, шлем же упадёт!) Однако, судя по всему, её муж позволял подобную снисходительность, поскольку султан лишь улыбнулся в ответ.

На мгновение Эрик перевёл взгляд на неё, и она едва не покраснела под его испытующим взором. На ней было тонкое, открытое платье. (У законной жены мусульманина? В присутствии толпы людей?! А про паранджу она никогда не слышала?) Это было одно из любимых платьев султана, поскольку оно почти не оставляло простора для воображения.

- Добрый день, Эрик, - раздался звучный голос султана, эхом прокатившись по всему огромному помещению.

- Взаимно, - ответил тот, избегая каких-либо подобных любезностей. (Правильно, а зачем? Ну подумаешь, Восток... Что ж теперь, перед каждым султаном распинаться?)

- Думаю, ты будешь очень доволен тем, что я купил для тебя.

По кивку капитана стражники вывели вперёд двенадцать мужчин и сдёрнули с них рубашки. Александрия едва не ахнула - такими они были огромными, намного выше большинства обычных мужчин. Широкоплечие, мускулистые невольники неотрывно смотрели в пол. Александрия ощутила невольную (волну интереса к этим брутальным мужчинам) жалость - теперь они полностью находились во власти Эрика, так же, как и она была во власти султана.

Эрик хоть и не улыбнулся, но кивнул. (Интересно, а как они сквозь маску определили, что он не улыбнулся?)

- Я удовлетворён.

Главный евнух откашлялся, и Эрик сердито посмотрел на него, после чего высоко поднял голову и чуть громче произнёс:

- Благодарю вас за ваше великодушие. Я очень доволен. (Ну прям силком из себя выдавил! Наступил на горло собственной песне! Через гордость переступил! С ума сойти!)

Присутствующие в зале, судя по всему, были поражены - это было очень необычно для Эрика. Султан кивнул:

- Это меньшее, что я могу сделать за то, что ты спас жизнь моей любимой жены. Но я нашёл и кое-что ещё - думаю, тебе это пригодится.

Из тени вывели молодую рабыню. Когда стражники сняли с неё одежды, у Александрии расширились глаза. (Султан покосился на Алексу. "А на меня она никогда так не смотрела! Как всё-таки я здорово придумал - втюхать эту девицу архитектору. Пусть. От греха подальше", - он тихо кашлянул, Алекса вышла из транса) Девушка была высока и стройна, её тело было просто совершенным: полная упругая грудь с позолоченными сосками, плоский живот, кожа на вид нежная, словно у младенца. Даже лоно её выглядело изящно: внизу живота виднелось лишь небольшое количество волос с крошечными завитками. ("Милый, - промурлыкала Алекса на ухо султану, - а давай мы Эрику Анну мою отдадим, а эту цыпочку - мне-я-у?" Автор поперхнулась и застрочила быстрее.)

Улыбаясь, султан ещё раз кивнул стоящему за спиной девушки капитану, и тот вытащил заколку, удерживающую её волосы. Александрия увидела, как расширились глаза Эрика в тот момент, когда волосы девушки свободной волной хлынули ниже талии. (Алекса даже пискнула от восторга. Эрик причмокнул губами. Автор в ужасе отшатнулась от монитора. "Эх, - подумала рабыня, - при таком раскладе я не жилец в этом романе, надо было соглашаться на роль у Толстого.") Похожие своим цветом на сияющее солнце, эти волосы были просто великолепны. Настолько, что на девушку уставился весь гарем. С такой красотой было трудно конкурировать даже им.

Однако вытянутые по швам руки Эрика лишь сжались в кулаки. Он переводил взгляд с девушки на султана, и Александрия готова была поклясться, что в его глазах кипела ненависть.

- Как тебе нравится мой личный подарок в знак благодарности, Эрик? - спросил султан, лицо его теперь было совершенно серьёзным.

Архитектор отчего-то снова взглянул на главного евнуха, который неловко переступил с ноги на ногу. Наконец Эрик поднял голову и произнёс:

- Я... благодарю вас за такую щедрость. Я очень впечатлён. Тем не менее...

Главный евнух снова откашлялся, на этот раз достаточно громко, чтобы привлечь внимание. Эрик мельком глянул на него.

Султан поднял руку.

- Всё в порядке, Якуб. Я знаю, что думает Эрик.

Архитектор удивлённо посмотрел на султана, а тот тем временем встал и положил руки за спину. Правитель наклонил голову к Эрику и проникновенно произнёс:

- Уверяю тебя, она гораздо сильнее, чем кажется. Ее предыдущий хозяин обучил её экзотическим искусствам, таким, как бондаж. Её будет не так легко сломать, как ты думаешь. (Еще она отлично может тебя выпороть, если тебе по вкусу английские штучки, ещё вполне искусна во всяких французских забавах, Камасутру знает наизусть, в общем, Эрик, всё что угодно, лишь бы ты на жену мою, - султан угрожающе зарычал, - не заглядывался!!!)

Эрик открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Александрия готова была поклясться, что услышала, как он скрипнул зубами.

- Спасибо. Я... весьма впечатлён.

Удовлетворенный ответом Эрика, султан снова сел.

- Да, и ещё кое-что. С сегодняшнего дня ты можешь сколь угодно долго оставаться в стенах этого дворца. Апартаменты рядом с апартаментами Александрии будут твоими до тех пор, пока не будет завершён новый дворец. (Он бы его ещё в гарем поселил. Или прямо в апартаменты к Алексе. Какой-то странный у него подход: читать не даёт, а мужика рядом поселить - да пожалуйста!)

Все присутствующие разом зашептались. Только самым почетным гостям предоставлялись апартаменты во дворце. Александрия нервно шевельнулась, поскольку Эрик выглядел не слишком-то довольным. (Ну ещё бы ей не нервничать: слушать, как он за стенкой будет развлекаться со своей новой рабыней, а самой локти кусать от зависти, будет не очень-то приятно!)

- Я очень ценю подобную... щедрость, - сказал он, пытаясь не обращать внимания на обнажённую рабыню, всё ещё стоявшую перед ним. - Однако я предпочитаю находиться ближе к строящемуся дворцу. Вы, конечно же, понимаете, что для меня удобнее оставаться там.

- Но тогда тебе будет не удобно присматривать за Александрией, когда я в отъезде. Решено. Ты остаёшься в этом дворце.

Эрик, не выдержав, громко выругался, вызвав испуганные восклицания у присутствующих. (Изысканной французской матерщине, конечно, обучали всех присутствующих, чтобы они понимали, когда архитектор приказывает что-то сделать на стройке, а когда просто ругается.) Но султан лишь рассмеялся.

- Твой язык, как всегда, ужасен, - заметил султан. Он прищурил глаза. - Но пока ты на моей земле, ты будешь мне подчиняться.

Весь двор напрягся, когда Эрик застыл. Тишина казалась оглушающей.

Наконец, Эрик склонил голову перед султаном (шлем для этого пришлось снять. "Вот гадство, такой был эффектный костюмчик!"):

- Я отдам все необходимые распоряжения. Но должен вас предупредить, что этих рабов, несмотря на всю вашу щедрость, хватит ненадолго. (Ест он их, что ли?) Для вашего дворца требуется гораздо большее количество.

- Разумеется, - пробормотал султан. Протянув руку, он погладил Александрию по волосам - так, словно она была кошкой. - Ты можешь получить намного больше наград, если будешь просто делать то, что я хочу. (Султан игриво глянул на Эрика, и тот поперхнулся от ужаса. Автор хихикнула: "Будешь знать, как пенджабкой грозить!".)

- Не думаю, что это действительно будет просто, - огрызнулся Эрик, к огромному ужасу евнуха. - А теперь, если позволите, меня ждёт работа.

И исчез прежде, чем султан успел дать ему разрешение уйти.

25

-  Меня зовут Якуб.

Бляхо-мухо!
Тут я икнула.
У нас декан истфака - как раз невысокий худой человек, по фамилии Якуб!!!!!!!

26

Елена (ФП), так может он того... евнух? :rofl:

27

На ней было тонкое, открытое платье. (У законной жены мусульманина? В присутствии толпы людей?! А про паранджу она никогда не слышала?) Это было одно из любимых платьев султана, поскольку оно почти не оставляло простора для воображения.

Продолжая тему ЗВ - Лея и Джабба Хатт?  :sp:

28

Елена (ФП), так может он того... евнух? :rofl:

Ага.
Подрабатывает им по вечерам в фике данного автора. :))))

29

Типа султан с полуодетой (или полураздетой?) Алексой у его ног, да?

http://usa.worldcupblog.org/files/2008/09/star-wars-jabba-the-hutt_l.jpg

30

Елена (ФП), убила наповал!  :rofl:


Вы здесь » Наш Призрачный форум » Юмор » Фаворит султана